Чтение онлайн

— Неправда! — воскликнула Катя.

— Докажи обратное, — засмеялась Пелагея, — объясни людям. С тобой будут бояться за руку здороваться. Сифилис… Фу!

— Вы сами им болели! — закричала Катерина. — И наградили ужасным недугом своих детей.

— А где доказательства? — нежно пропела Пелагея. — Я в отличие от тебя в клинике не лежала, мне никаких диагнозов не ставили. Вы с Ленкой с детства развратницы, с малолетства спали с мужиками, по вокзалам шлялись, генетика у вас такая. Мне с супругами не везло, отвратительные экземпляры попадались, вы в них пошли, горе мне принесли. Я, когда про сифилис узнала, устроила детей в больницу, а сама с нервным срывом слегла, и на то документ есть — я пробыла год в клинике доктора Сердюка, там лечат психические расстройства. Вот так! А о тебе у меня на руках есть бумажка с диагнозом. И потом, я в пластической хирургии не работаю и мужа своего не обманываю.

— Я вам не верю, — Катя решила стойко держать оборону, — нет у вас моей истории болезни.

Пелагея закатила глаза.

— О боже! Почему вы такие одинаковые? Я никогда не лгу. Смотри!

Морщинистой рукой с ногтями, выкрашенными в ярко-красный цвет, Пелагея открыла сумочку, вытащила оттуда пачку сброшюрованных листов и швырнула на стол Кати.

— Любуйся, доченька, — сказала Пелагея, — вот она, истина.

Нервно пролистав странички, Катя схватила бумаги и сунула их в измельчитель.

— Очень глупо, — пожала плечами мамаша. — Это же копия, подлинник я отдала на хранение.

— Кому? — чуть не теряя сознание, спросила Катюша.

Пелагея опять вынула сигареты.

— Лучшему другу моей жизни, — сообщила она. — В общем, тебе до бумаг не добраться. Хватит чепуху молоть, давай договоримся: отстегиваешь тысячу долларов каждый месяц. Первый взнос сегодня. Я человек благородный, плату повышать в ближайшее время не стану, потом посмотрю. Можешь быть уверена в моем умении держать язык за зубами, никому не намекну о твоей позорной тайне. Пока ты помогаешь мне — я молчу. Ну так как? Отсчитаешь сумму или мне к Сергею пойти? Дорога не долгая, его кабинет рядом.

Катя отперла сейф, вынула купюры, приготовленные для корреспондента одного издания, в котором предполагалось разместить хвалебную статью о клинике, и протянула их Суворовой.

— Вот и ладно, — одобрила Пелагея Андреевна, — следующая выплата через месяц. Не пробуй меня обмануть, я имею все твои координаты: домашний адрес, телефон. Да, и не вздумай поменять мобильный! Сюда приехать легко, скрыться тебе не удастся.

Положив деньги в сумочку, Пелагея встала, помахала Кате рукой, дошла до двери и внезапно обернулась.

— Кстати! Хочу сообщить тебе одну деталь.

— Что вам еще надо? — в изнеможении прошептала молодая женщина.

— Если со мной случится несчастье, — угрожающе проговорила Суворова, — скажем, машина меня собьет или хулиган нападет, ножичком пырнет, то все документы моментально попадут в газеты. Тебе нужно молиться о моем здоровье! Поняла, доченька?

После этого Суворова ушла, оставив в кабинете аромат терпко-сладких духов. Катя, тупо глядя на закрытую дверь, поняла: это был не сон, к ней на самом деле приходила Пелагея Андреевна, она превратилась в разукрашенное чудовище, но по-прежнему пользовалась парфюмом фирмы «Кристель». От знакомого с детства аромата Катюшу затошнило. Она наклонилась над корзиной, и тут в кабинет вошел муж.

— Что случилось? — испугался он.

— Отравилась, — простонала жена, — мне надо уехать домой.

Войдя в квартиру, Катя бросилась к Сонечке и рассказала о визите Суворовой. Бывшая нянька обняла воспитанницу.

— Успокойся, я попробую к ней съездить и поговорить.

— Ой, не надо! — взмолилась Катерина.

— Не волнуйся, — сдвинула брови Соня, — у меня есть рычаг давления на нее. Она тебе свой адрес дала?

— Сказала, на прежнем месте живет.

— Значит, жди, — велела Соня и, быстро собравшись, укатила.

Вернулась она через несколько часов и мрачно сказала:

— Знала я, что она дрянь, вот только размеров ее подлости не представляла!

Катюша прижала руки к груди.

— Она тебя выгнала?

Соня пожала плечами.

— Нет, мы побеседовали по душам. Я тебе никогда о Пелагее не рассказывала, а зря. Не хотела душу твою травмировать, думала — Суворова давно покойница, с ее-то образом жизни. Но, видно, гадюку яд консервирует, она моложе меня выглядит, здоровья у нее через край. Ты что о Пелагее знаешь?

— Она была проституткой, — ответила Катя.

— Кто тебе сказал? — удивилась Сонечка.

— Даша Кондратьева из детского дома. Она наверняка не знала, просто предположила, — призналась Катя.

— Честно говоря, уж и не знаю, как твою мамашу назвать, — вздохнула Соня. — Ладно, слушай, дело так обстояло…

В молодости Пелагея была очень красивой. Учась в институте, она вела свободный образ жизни. Девушка рано поняла, что привлекательная внешность — товар, который легко можно продать обеспеченным мужчинам. Замуж Пелагея не собиралась, вернее, она не хотела оформлять отношения до тридцати лет.

— Вот пойдет мне четвертый десяток, — смеялась Суворова, — подступит старость, тогда заживу матроной при богатом супруге. А в молодости надо нагуляться.

И Пелагея веселилась вовсю.

Кто заразил ее сифилисом, неизвестно, ясно только, что один из сексуальных партнеров. И Пелагея понятия не имела, что страдает венерическим заболеванием. Как это могло случиться? Да очень просто. Когда человек заражается сифилисом, у него через короткое время появляется язва — твердый шанкр. Она не болит, часто находится на таком месте, куда женщине самой не заглянуть, никаких неудобств не доставляет и через некоторое время проходит. Если даже человек и ощущает некий дискомфорт, он, как правило, не идет к доктору, а покупает в аптеке мазь и успокаивается, когда рана зарубцовывается. Но это преждевременная радость — болезнь затаивается и через некоторое время вступает во вторую фазу, которая характеризуется сыпью. Снова больной физически не страдает и к врачу не торопится. Многие считают, что у них крапивница, аллергия, псориаз, и пытаются лечиться самостоятельно. Кожные высыпания то активизируются, то совсем пропадают. И эта стадия может длиться годами. О том, что у него сифилис, человек зачастую узнает случайно. Например, собирается лечь на операцию, сдает необходимый в таком случае анализ крови и видит ошарашивающий результат. Женщина во время беременности передает инфекцию плоду, но в большинстве случаев младенец после родов выглядит здоровым. Иногда на ладонях и на подошвах стоп появляются высыпания, и вдобавок крошку мучает насморк. Но эти признаки быстро исчезают или врачи, в особенности молодые, принимают их за золотуху и присоединившуюся к ней простуду. Конечно, после анализа крови истина тут же открывается, но не все будущие матери ложатся в роддом.

Первого ребенка Пелагея родила от женатого человека. Трудно в такое поверить, но Суворова намеренно подловила мужчину, хотела увести его от законной супруги и решила, что, забеременев, устроит свое счастье. Роды принимала на дому акушерка, ее услуги оплатил любовник, который не хотел, чтобы Пелагея попала в больницу, где у нее начнут выпытывать имя отца младенца. Суворова чувствовала себя прекрасно, всю беременность пропорхала птичкой и никакие анализы не сдавала. Она не стала препятствовать домашним родам. Любовник должен был увидеть, что будущая мать обладает золотым, сговорчивым характером, а потому бросит свою глупую сварливую жену и пойдет в загс с покорной ему Пелагеей.

Расчет не оправдался. Любовник во всем покаялся законной жене, получил прощение и разорвал с Пелагеей отношения. Правда, дочку он признал и давал приличную сумму на ее содержание. Новорожденная девочка прожила недолго, она заразилась корью и умерла в возрасте семи месяцев. Диагноз «корь» ей поставила районный педиатр, только что получившая диплом врача. Вскрытие делать не стали, кончина выглядела естественной, корь легко переносится детьми школьного возраста, а вот для младенца она может быть смертельной. Пелагея не слишком убивалась по дочери — Надя была для нее обузой. Девочка должна была стать канатом, который притянет к Пелагее мужа, но рыбка сорвалась с крючка, а воспитывать ребенка одна Суворова не хотела, она даже подумывала о том, чтобы отдать Надю на содержание государству, и тут кроха весьма своевременно скончалась.