Чтение онлайн

— Немного странно, — ответила я. — Редко у кого погибают обе супруги подряд, да еще по одной причине.

— Спустя некоторое время Павел расписался с Ксенией. Но и она плохо кончила — утонула в речке! — воскликнул Селезнев.

Нина прикусила губу.

— Ни одна из жен с Пашей долго не прожила, — заметил Григорий. — После смерти Ксении мой друг стал сторониться женщин, но время шло, страх поубавился, и сейчас Павлик опять влюблен, на этот раз в Веру Путинкову, намерен с ней расписаться. Мне просто не по себе.

— Не верю я в глупости, — поежилась Косарь, — во всякие проклятия и сглаз, в зомби и вампиров. Любое загадочное обстоятельство имеет реальное объяснение. Но рассказанное вами звучит по меньшей мере удивительно.

— Вы рассуждаете как моя любимая жена Клара, — восхитился Григорий. — Она сказала: «Мы должны найти убийцу!»

Нина заморгала, а я в недоумении спросила:

— И кто кого убил?

Селезнев вынул из кармана замшевый мешочек, вытащил из него очки, внимательно осмотрел, водрузил их на нос и торжественно произнес:

— Кто-то лишает жизни жен Павла.

Мы с Ниной переглянулись.

— Вы только что со смаком рассказали семейную легенду Брыкиных, — напомнила Нина, — пытались убедить нас, что в ней все правда, а теперь заговорили о насильственной смерти. Где логика?

— Я не говорил, что верю в легенду, — спокойно возразил Селеезнев. — Просто сообщил: она существует, передается из поколения в поколение. И дети в самом деле в семье Брыкиных умирали. Моя любимая жена Клара… Она, понимаете ли, врач-педиатр, и от нее я знаю: есть такие заболевания, которые губят детей. Например, в прежние времена люди ничего не слышали о фенилкетонурии [2] или о лейкозе. Ребенок умирал, и причина его смерти была непонятной. Или вот вам другой пример. Пока наука не узнала о положительном и отрицательном резусе и об опасности, которая ожидает детей, зачатых людыми с полярными показателями, огромное количество малышей оказалось на том свете.

— Насколько я помню ваш рассказ, сестры Павла покинули сей мир вследствие аппендицита, скарлатины, а самая маленькая утонула, — подчеркнула Нина.

Григорий снял очки.

— Вот! Моя жена Клара предполагает: вдруг в роду Брыкиных есть некое генетическое заболевание, неизвестное науке, оно передается из поколения в поколение, убивая несчастных.

— Аппендицит и скарлатина! — напомнила я.

Селезнев кивнул.

— Хорошо. Знаете, как бывает: подхватит человек обычную простуду и умирает. А почему? Да потому, что в его организме сидела какая-нибудь инфекция или вирус, который активизировался под воздействием банального насморка. Всем кажется, что больной скончался от простуды, но на самом деле его сгубило наследственное заболевание, о котором никто не ведал, даже он сам.

— Как же называется эта напасть? Забыла! — воскликнула я.

— Ты о чем? — удивилась Нина.

Я скрестила ноги.

— Ты никогда не видела справочник болезней? Лучше не знать об этой книге, иначе сразу поймешь: выжить на планете Земля — нет шансов. Каких только недугов не существует на свете! Даже лучшие врачи не знают всего, так сказать, ассортимента. А еще вот что: если подцепишь редкую заразу в Африке или Латинской Америке, в России тебя ни один академик не вылечит. Кроме того, встречаются совсем уж хитрые недуги. Например, такое заболевание: оно убивает светлокожих голубоглазых подростков с недостатком веса, передается по наследству. Допустим, один человек в детстве смог справиться с инфекцией, окружающие подумали, что у ребенка грипп, а то была болезнь, полученная от родителей. Через десяток лет переболевший благополучно заводит семью и производит на свет младенца, который умирает… от скарлатины. Но никому не приходит в голову, что на самом деле малыша свела в могилу семейная напасть, которую несчастный получил при рождении. Детский организм мог бы справиться со скарлатиной, но к ней присоединилась семейная болезнь, и наступил летальный исход.

— Жесть! — поежилась Нина. — А ты откуда знаешь такие подробности?

— Катя рассказала, — пояснила я. — У них преподавал строгий профессор, который просто муштровал студентов-медиков.

— Вот-вот, — закивал Григорий Селезнев, — и моя жена Клара того же мнения. Мистики нет, а есть генетика.

— Но одна сестра Павла утонула, — возразила Косарь.

Я украдкой покосилась на подругу — уж не поверила ли она в россказни про проклятие?

— Ее смерть можно списать на несчастный случай, — отмахнулся наш клиент. — Главное сейчас другое! Да, в роду Брыкиных выживал только один ребенок, что, вероятно, объясняется какой-то наследственной болезнью. А вот как быть с кончиной жен Павла?

— Продолжайте! — нахмурилась Нина.

— Их смерть не случайна, — Селезнев понизил голос почти до шепота. — Моя жена Клара полагает, что их убивают.

— Кто? — изумилась я.

Григорий округлил глаза:

— Хороший вопрос! Это вам и предстоит выяснить.

Нина забарабанила пальцами по столу.

— Учитывая тот факт, что первая девушка погибла, когда Павел едва справил восемнадцатилетие, по-вашему выходит: киллер постоянно находится около Брыкина, — сказала я.

— Моя любимая жена Клара предположила, что преступник — близкий к Павлу человек, — заявил Григорий.

— Думаю, ваша Клара может сама найти виновного, — не удержалась от сарказма Нина.

— Моя Клара считает, что лучше нанять специалиста, — парировал Селезнев. — Надеюсь, вы согласитесь. Причем дело не терпит отлагательств.

— Почему? — хором спросили мы с Ниной.

— Вера хочет выйти замуж, их отношения с Павлом длятся около года, но Брыкин из-за семейной легенды никак не решается сделать ей предложение.

— Я бы на его месте тоже тормозила, — кивнула Нина.

— Терпение Веры не безгранично, — монотонно бубнил Григорий, — вокруг нее еще вертится Виктор Маландин, у него свои планы на девушку. Вера любит Павла, но тот же не торопится со свадьбой.

— Странная девица, — вздохнула я. — Лично мне не хотелось бы испытывать судьбу.

— Она ничего не знает, — вздохнул Селезнев.

— Что? — насторожилась Нина.

— Вера не в курсе того, что случилось с ее предшественницами? — поразилась я.

Наш клиент кивнул.

— Понимаете, Паша слегка подкорректировал свою историю. Про Алену не упомянул вообще, а Ксюша… Она ведь утонула, это не криминально.

— Была еще Жанна с аллергией, — хмыкнула Нина.

— И о ней Павел умолчал! К чему при невесте прошлое поминать? — раскипятился вдруг Селезнев.

— По-моему, непорядочно с его стороны утаивать от Веры столь важные сведения, — вздохнула я.

— Меньше знаешь — крепче спишь, — заявил Григорий. — Некоторое время назад Вера сказала моей Кларе: «Если на свой день рождения Павлуша не сделает мне предложение, я уйду от него. Какой смысл время зря тратить? Годы летят, я хочу детей, но заведу их лишь в законном браке — никогда не лягу в постель с мужчиной до свадьбы».

Нина вытащила сигареты.

— Это похоже на шантаж. Девушка, знающая о вашей дружбе с Павлом, явно надеялась, что ее слова достигнут ушей Брыкина.

— Вы правы, — не стал спорить Селезнев. — Моя Клара действительно позвонила Паше, а тот заявил: «Двенадцатого сентября я при всех попрошу Верушку стать моей женой».

Нина неожиданно закашлялась.

— Согласен с вами, — кивнул Гриша, — это смелое решение. Но если Брыкин побоится предложить руку Вере, он и вовсе ее лишится — та уйдет к Виктору.

— У Веры не очень хорошие перспективы, — протянула я, — похоже, ей грозит опасность. Следовало бы предупредить девушку, рассказать ей в деталях биографию суженого.