Шотландец говорит, что да
Шрифт:
Он последовал ее примеру и откинул голову назад, оценивающе глядя на светящийся шар в небе. Но на самом деле он думал только о том, как бы побудить ее снова поцеловать его. И будет ли это уместно.
Ладно, к черту приличия. Разумно это или нет.
Чувствуя себя так же, как сейчас, как он хотел ее в течение многих лет, он сомневался, что у него хватит сил остановиться на поцелуе.
И самое главное, меньше всего ему хотелось пугать ее своей страстью. Она была милым молодой девушкой. Невинной. И уж точно не из тех женщин, которые на это способны.—
– Ты действительно думаешь, что мы хорошо целуемся?
Он оторвал взгляд от соблазнительного лика луны и посмотрел на нее. Она смотрела на него, слегка приоткрыв губы, широко раскрыв глаза и нахмурив брови от восхитительного любопытства. Дрожь пробежала по его спине. - Да, моя маленькая кошечка. Я знаю.
Ее ноздри раздулись, когда он подошел ближе, но ценой больших усилий ему удалось взять себя в руки. Он поднял палец и провел им по изгибу ее щеки.
– Во всем христианском мире нет другой девушки, которую я предпочел бы поцеловать.
– Его шепот завибрировал во влажном воздухе. Он придвинулся ближе, и на этот раз она не отступила.
– Неужели?
– Может быть, это был намек на волнение в ее голосе?
– Я клянусь.
– Он взял ее за щеку и наклонился вперед, достаточно близко, чтобы почувствовать ее дыхание. - А теперь можно тебя поцеловать?
– Она моргнула. - Разве мужчина спрашивает?
– Леди Эсмеральда отдала бы мои кишки за подвязки, если бы я этого не сделал.
– Как мне реагировать на это? Если я говорю "нет", значит, я дразню. Если я говорю "да", значит, так оно и есть—
– Невеста?
Он поймал ее, и она рассмеялась. - Тогда все в порядке. Один поцелуй.
Ах, как ему нравилась эта улыбка на ее губах, когда он наклонился, чтобы коснуться их своими.
Ах, как ему нравилось, как она отвечала. Теплый, любопытный и сладкий.
Ему не потребовалось много времени, чтобы скользнуть глубже в объятия, и, к его радости, она была с ним всю дорогу. Когда он скользнул языком в ее рот, она замерла, но только на мгновение, а затем—о боги—ответила взаимностью.
Вспышка возбуждения пронзила его тело. Если бы он уже не был тверд, как скала, это было бы сделано. Не в силах сопротивляться, он притянул ее ближе и прижал свой член к ее животу. Она застонала и выгнулась ему навстречу.
Он провел ладонью по ее спине, а затем медленно, о, так медленно, обхватил ее грудь. Все это время он ласкал ее губами, целовал в щеку и покусывал за шею. Когда он решительно поднял большой палец, то обнаружил ее сосок, твердый и готовый к работе.
Ее стон был неровным. Она теснее прижалась к нему.
Он прижал ее к себе и пристально посмотрел ей в лицо. Как прекрасны были эти влажные глаза, этот хорошо поцелованный рот, этот сладостный вздох, когда он снова погладил ее.
– Дункан, - простонала она. - Что ты со мной делаешь?
– Он ухмыльнулся. - Всего лишь поцелуй, моя дорогая кошка, - сказал он. - Всего лишь поцелуй.
* * *
Всего лишь поцелуй?
Она не думала, что сможет выжить после этого.
Это была мучительная, но восхитительная агония.
Ее тело пульсировало, болело, плакало. Голод поднялся в ее животе, которого она никогда не чувствовала раньше и не могла полностью понять.
Она должна была верить, что это так.
– Дункан, - сказала она, когда он попытался вырваться. Она запустила пальцы в его волосы и притянула его ближе.
– Да, Кэт?
– Сделай это еще раз.
Что-то похожее на ужас мелькнуло на его лице. - Опять?
– Ну да.
– Она обхватила его ладонь и прижала к своей груди. Что бы он ни сделал, она хотела большего.
– Нам, наверное, пора возвращаться.
– В его голосе послышалось легкое напряжение.
– Но почему?
– Они будут нас искать.
– А нам какое дело?
– Было бы неприлично, если бы нас застали здесь одних.
– Был ли в его глазах намек на панику?
– А что они будут делать?
– спросила она. - Заставят нас пожениться?
На это у него не нашлось ответа. На самом деле, его губы слегка шевелились, но Кэтрин знала, когда она брала верх. - Ну же, Дункан. Ты же говорил, что поцелуи требуют усердной практики.
– Я так и сделал. Однако ...
– Однако что?
– Честно. Его внезапное нежелание уже начинало раздражать ее. Неужели она сделала что-то не так, целуя его? Неужели она была слишком смелой? Неужели она заставила его больше не хотеть ее? Неужели она все испортила?
– Кэт, ты не понимаешь ...
– Тогда объясни мне.- она скрестила руки на груди, морщась, когда это было слишком чувствительно, и сердито посмотрела на него. Ее тело все еще гудело, болело, жаждало новых прикосновений.
– Когда мужчина целует женщину ...
– Ну и что?
– Возникают определенные, гм, вещи.
– Например?
Господи. Неужели это румянец на его щеках? - Я ... гм ...
– он посмотрел вниз. - Его, гм, страсть.
Она изумленно уставилась на него. - Ты имеешь в виду его член?
Он отшатнулся и уставился на нее.
– Неужели ты думал, что я не знаю о таких вещах?
– Славная слава. Она выросла на шотландской ферме.
– Ты невинна.
– Его лицо сморщилось. - Ты невинна, не так ли?
Она шлепнула его по плечу. - Ну конечно же. Но я знаю, как все устроено. Чего я не понимаю, так это почему ты хочешь прекратить целоваться. - Она сделала глубокий вдох. - Я ... сделала что-то не так?
С минуту он молчал, хотя губы его шевелились. - Это неправильно?
– в конце концов он зашипел.
Она отвернулась, не в силах вынести унижения. Вряд ли она виновата, что не умеет целоваться.—
Тяжелая рука легла ей на плечо и повернула к себе лицом. Ее взгляд встретился со взглядом Дункана, и она вздрогнула, увидев в нем ярость.
– Ты не сделала ничего плохого, - прорычал он, и что-то в его мрачном выражении лица заставило ее взволноваться, как летний шторм.
– Ничего?
– Нет, моя маленькая кошечка. Ничего.-И тогда он поцеловал ее, крепко и быстро.
– Тогда почему ты хотел остановиться?