Чтение онлайн

Ее голова внезапно поднимается.

— Продолжай, — зевает она. — Расскажи, как она находит его, эту свою единственную любовь.

Черт, похоже, придется дорассказать.

— Однажды ночью она хватилась своих любимых балетных туфелек и вернулась в пустой театр, чтобы их найти. Когда она вошла в огромный зрительный зал, то заметила на сцене человека, который необычайно красиво пел. Такой чистый, прекрасный голос она слышала впервые. Оставаясь в тени, она внимательно слушала. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что это не певец из театра, а Отброс, бедный рабочий, который каждый вечер подметал в театре полы.

В тот момент, когда певец заметил балерину, он ужасно испугался: если она расскажет всем про него, его накажут и приговорят к смерти. Но она даже не стала звать охранников или включать сирену. Вместо этого она попросила его петь дальше. Балерина сидела, слушала его, и слезы катились по ее щекам. Потом они говорили всю ночь, пока солнечные лучи не проникли в окна, она бросилась обратно, в свои покои.

После этого они каждую ночь встречались в пустом театре. Иногда он пел для нее, иногда она танцевала для него, иногда они просто сидели и разговаривали. Шли месяцы, и любовь взяла свое.

Они больше не могли сдерживать свою страсть, и в конце концов она обнаружила, что беременна. Оба были в отчаянии. Если об их любви станет известно, певца-Отброса убьют, а ее еще не родившегося ребенка уничтожат.

У влюбленных не было выбора, кроме как убежать вместе. Какое-то время они прятались в трущобах, где она родила мальчика.

Балерина была счастлива, как никогда, однако сильно ослабела. Она не привыкла к тяжелой, полной тягот и лишений жизни Отбросов, и после родов сильно заболела. Певец знал, что случится, когда их тайна откроется, но видеть ее страдания было выше его сил. Тогда он взял ее на руки и отнес в больницу, умоляя врачей спасти ее. Когда те поняли, кто она такая, певца немедленно арестовали и вскоре казнили. Слух о его смерти дошел до нее, и балерину охватило горе. Она выбросилась из окна и разбилась насмерть.

Родители балерины были в ужасе от позора, который она навлекла на их семью, и отказались от внука. Мальчика отдали в детский приют в трущобах, где он чудом выжил и достиг совершеннолетия. В его жилах текла кровь артистов, и он поступил в цирк, вырос и стал самым известным в мире инспектором манежа.

Но на этом его сходство с родителями заканчивается, потому что в его сердце не было даже крупицы их мягкости, любви и доброты. Он поклялся, что однажды станет настоящим Чистым и вернет себе законное наследство. С тех пор он постоянно стремится к этому.

Как же я ненавижу эту историю, где Сильвио весь из себя несчастная, заблудшая душа.

Если это правда, ему повезло больше, чем всем нам. Семья его матери владеет цирком, и хотя они никогда открыто его не признают, все же защищают. Не может быть простым совпадением, что именно он распоряжается здесь всеми и всем.

Грета спит в моих объятиях, убаюканная этой историей. Для нее это волшебная сказка, для меня — нет.

Эта история не делает Сильвио более человечным и не оправдывает его жестокости. Она делает его хуже, а не лучше. Его родители рисковали всем, чтобы быть вместе, и вот, посмотрите, к чему это привело. Оба мертвы, а их ребенок, плод их любви, стал настоящим чудовищем.

Я все еще не сплю, когда холодные пальцы рассвета заползают под занавески, и начинается еще один скучный день. Хорошо бы просто остаться здесь, дома, натянуть одеяло на голову и притвориться больным. Однако в конце концов я вылезаю из постели: надеваю школьную форму, съедаю завтрак, вежливо улыбаясь водителю, сажусь в машину. Все как всегда, но мои мысли все еще там, в цирке. С той девушкой. С Хошико.

Фрэнсис рядом со мной вытаскивает телефон и пересматривает вчерашние кадры. Затем сует телефон мне.

— Бен! — громко смеется он. — Посмотри-ка на этого парня, из номера со львами. Ты только взгляни на его лицо! Да он наложил полные штаны! Обидно, черт возьми, что мы не увидели, как его размазали по всему полу!

Я отворачиваюсь от него, надеваю наушники и смотрю в окно. Жаль, что я не могу полностью отключить его голос.

— Ну, как хочешь! Здесь есть суперские фотки.

Я не могу поверить, что мы с ним близнецы. Что когда-то я плавал рядом с ним в материнском животе. Делил с ним кислород, пищу, все такое. Как такое может быть?

— Ты хотел, чтобы он умер?

— Э-э-э… да! — на его лице появляется недоуменное выражение. — А ты разве нет?

— Нет! Я думаю, что это ужасно!

— Ужасно? Да это просто прикольно, Бен. Они всего лишь Отбросы: паразиты, которые присосались к нашему государству. — Он хихикает. — Для него будет лучше, если он умрет и тем самым избавится от страданий, прекратит свое бессмысленное, никчемное существование. — Брат с любопытством смотрит на меня. — Похоже, что ты им сочувствуешь. Это странно.

— Что странно?

— Думаешь об их чувствах, хочешь поговорить с ними. Я знаю, чего ты добиваешься, — он загадочно улыбается. — И я знаю, как положить этому конец.

— На что ты намекаешь?

Фрэнсис качает головой.

— Неважно. Ты сам скоро узнаешь.

Отвернувшись, я уставился в окно, но мне не удается заглушить его слова.

— Неужели ты превращаешься в девчонку?

Мерзкое ощущение в желудке становится почти невыносимым. Вряд ли я смогу сдерживать его дальше. Вот-вот что-то лопнет. Или взорвется. Разлетится на тысячу осколков. Возможно, это буду я.

Вой утренней сирены молниеносно приводит Грету в сидячее положение.

— Как твои руки? — спрашивает она.

Осматриваю ладони, пытаюсь сжать кулаки. Одному богу ведомо, чем именно Амина мазала меня, но ее лечение начало действовать самым волшебным образом: опухоль уже спала, а порезы начали заживать.

— Думаю, с ними все в порядке.

— Отлично. — Амина наклоняется ко мне. Непослушные волосы закрывают ее лицо. Как всегда, ей удается знать все обо всем. — Сегодня нет представления. Цирк закрывают на два дня, чтобы закончить приготовления к субботе.

Боже мой! Они никогда не прерывают выступления. Можете быть уверены: четвертое ноября, суббота — уик-энд между Хеллоуином и Ночью Гая Фокса — это ночь Шоу Призраков, самое зрелищное событие года. В этом году Сильвио поклялся сделать его более впечатляющим и динамичным, чем раньше.

— Так что, все будет закрыто?

— Не совсем, Сильвио придумал новый большой аттракцион, который он хочет попробовать. Он пригласил всю прессу.

Новый большой аттракцион. Мне не нравятся эти слова.