Чтение онлайн

Виктор будет недоволен. Ох!

Внезапная, неуместная мысль отозвалась горечью и стыдом, словно Анаис не оправдала все надежды Виктора и сильно его подвела. Разумом она понимала, что это не так, что ему самому сейчас не до записей Дианы, но избавиться от странного чувства девушка так и не смогла.

Ты просто влюбилась, сказала она себе, крепче обнимая за плечи и прикрывая глаза, чтобы Антуан не заметил ее смятения. Ты просто влюбилась. И нашла же, в кого!

Виктор не отзывался. Похоже, ему сейчас было не до Анаис, ее сумбурных мыслей и нравственных терзаний. Но Анаис все равно запретила себе думать о нем, переживать, смаковать чувства. Не хватало еще, что он подслушает ее размышления о том, влюблена она или нет! Это еще более бесстыдно, чем переодеваться в присутствии мужчины!

Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, Анаис принялась следить за Антуаном. Он развел огонь в камине, снял и бросил на стул мокрый жилет, оставшись в одной рубашке, прилипшей к телу. Она обрисовывала его худощавый жилистый торс, почти полностью облепив мышцы, и девушка смущенно отвела глаза.

Меж тем маг достал из ящика бюро плоскую флягу и сделал несколько крупных глотков. Резко пахнуло спиртным. Отдышавшись, он протянул флягу ей.

— Выпейте, Одетт, — голос его звучал хрипловато. — Вам сейчас это нужно, чтоб не заболеть.

Преодолевая робость и смущение, девушка осторожно взяла флягу из его рук, случайно коснувшись пальцев, таких же холодных, как и ее собственные.

— Вы совсем заледенели, — встревожено отметил Антуан. — Может, вам перебраться поближе к огню?

— Думаю, мне стоит перебраться в свою комнату, — ответила Анаис, принюхиваясь к содержимому фляги. Ей и раньше приходилось пробовать спиртное, в студенческие годы она поучаствовала не в одной веселой попойке. Но как должна реагировать на предложение алкоголя благородная дама?

Поправка: благородная окоченевшая дама.

Отбросив сомнения, девушка осторожно поднесла флягу к губам. Жидкость обожгла язык, жарким комом прокатилась по горлу и рухнула в желудок. Анаис прикрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. Тепло жаркими волнами расходилось от желудка по телу, и казалось, что ее укачивают в больших теплых ладонях. Во рту остался приятный травяной привкус. Начало клонить в сон.

Антуан внимательно посмотрел на нее.

— Возможно, вы правы. Будет гораздо неприятнее, если сейчас вы уснете и будете вынуждены утром выходить из моей комнаты.

— Да, будет очень прискорбно, если кто-то это заметит.

Антуан устало улыбнулся.

— Я провожу вас.

Только сейчас Анаис заметила, что менталист далеко не так молод, как ей до этого казалось. В уголках глаз уже образовались морщинки, усталость сильнее обозначила жесткие складки у рта, которые раньше Анаис не замечала за вечными улыбками менталиста.

— Сколько вам лет, Антуан? — внезапно для самой себя спросила Анаис. Кажется, алгоколь все-таки был лишним.

— Тридцать семь.

От неожиданности от ответил, даже не удивившись, почему ее это заинтересовало. Девушка кивнула своим мыслям.

— И вы уже давно здесь? Раз помните еще прежних виталиста и морталиста?

— Да, — Антуан пожал плечами, — если мне не изменяет память, одиннадцать лет. Мой наставник был весьма добр и отрекомендовал меня ректору, даже не взирая на мое происхождение. Лаперьер согласился с моей кандидатурой, но у него, честно говоря, не было особого выбор. Академия — место престижное, но преподавать магические науки здесь — дело неблагодарное… А маг-аристократ весьма редкая птица, и мало кто из них согласится преподавать избалованным юнцам. А сеньорины Мелансон, все-таки, не столько исключение, сколько отдельная, весьма своеобразная история.

Анаис вспомнила подслушанный разговор и ледяные глаза Лаперьера на лице Роксаны и согласно кивнула. Роксана, может, и унаследовала титул от матери, но, будучи бастардом, не могла рассчитывать на завидную партию.

Погрузившись в мысли, девушка не заметила, как начала проваливаться в дрему, и вздрогнула, пробуждаясь, только когда Антуан аккуратно забрал флягу из ее ослабевших пальцев.

— Вас совсем клонит в сон, Одетт. Еще раз прошу меня простить: мной руководили самые благие намерения, но я безвозвратно испортил вам вечер.

Он помог девушке подняться с кровати, придержал за плечи. Ноги Анаис ослабли и не желали слушаться, холод все еще гнездился в ее костях и совсем не торопился таять в комнатном тепле.

— О, вечер все равно выдался лучше, чем день, — ободряюще улыбнулась ему Анаис. В руках менталиста ей снова стало хорошо и спокойно, и не хотелось уже никуда уходить. Разум, сраженный порцией алкоголя на пустой желудок, сопротивлялся совсем слабо.

Антуан благодарно улыбнулся. Похоже, все прошло именно так, как он и хотел.

До комнаты Одетт они дошли быстро, хотя Анаис и шла, борясь со сном, чувствуя, как заплетаются ноги. У дверей они попрощались. Антуан сильнее сжал холодные пальчики Анаис, словно надеялся согреть их, пожелал спокойной ночи. Анаис тепло улыбалась и рассыпалась в благодарностях за спасенную жизнь.

— Кажется, нам стоит повторить прогулку, — предложила девушка, из-под ресниц бросая на мага хитрые взгляды, — только уже по менее… экстремальным местам.

— Да, — тихонько рассмеялся Антуан, — определенно.

Проводив его взглядом, девушка поскорее нырнула в комнату. Даже без огня, жарко горящего в камине, в ней было теплее, чем в коридоре. Ей хотелось нырнуть под одеяло, закутать с головой и провалиться в сон, надеясь, что он не будет похож на погружение в ледяную бездну. Но спать в мокром — прямой путь к простуде.

Анаис из последних сил стянула с себя платье, аккуратно повесила на вешалку, чтоб быстрее просохло. Мокрые насквозь ботинки отправились к камину — его камни еще хранили тепло огня. Разводить сейчас пламя не было сил, придется проснуться пораньше, чтоб просушить обувь.

Стягивая шерстяные чулки, девушка в замешательстве остановилась. Внимательно осмотрела один и второй. Она точно помнила, как щепки впились ей в ногу, как она рванулась в сторону, пытаясь избежать падения. Ткань не могла такого выдержать, на чулках непременно должна была остаться дыра!

Но они были целыми. Мокрыми насквозь, но ни дыры, ни затяжки Анаис не обнаружила.

Я подумаю об этом завтра, решила она и закуталась в одеяло.

В сон она провалилась так же стремительно, как и в воду. Только во сне было тепло.