Чтение онлайн

"Пора уходить," - подумал Штирлиц. Ему осталось увести Мюллера и пастора Шлага, и можно было взрывать.

Ковыряя в зубах, Борман позвал:

– Штирлиц, мне надо сказать вам нечто интересное...

– Борман, а как размножаются ежики?

Борман опешил.

– Ну, это...
– он сделал неопределенный жест руками, - еж приводит ежиху, и это...
– Борман повторил свой жест.

– Понятно, - кивнул Штирлиц, - вы тоже не знаете. А как вы думаете, где ежики размножаются быстрее, в России или в Германии?

– Да не волнуйтесь вы, Штирлиц! Вывезут их всех из России! Уже эшелон едет.

Штирлиц откинулся в кресле.

"Эшелон! Вывезут из России! Да, но ведь тогда в России нарушится биологическое равновесие, и мы, русские, умрем с голоду!"

– Штирлиц, - бубнил Борман, - отойдем, мне надо сказать вам чтото важное...

– Отстань, - отмахнулся Штирлиц.

В его голове шла огромная мыслительная работа. Штирлиц понял, что спасти ежиков намного важнее, чем уничтожить кучку пьяных офицеров, которые и так когда-нибудь умрут.

Борман, видя что Штирлицу не до него, огляделся вокруг и заметил Фрица.

"Адьютант Гиммлера," - подумал он и позвал:

– Фриц! На минуточку!

И схватив пальцами за медную пуговицу на мундире адьютанта, жарко зашептал:

– Фриц! Вы хотите помочь Штирлицу?

– Ясный пень! Это мой лучший друг. Я с ним даже пил на брудершафт.

– Понимаете ли, у Штирлица связь с Евой Браун...

– Понимаю, - кивнул Фриц.

– А об этом проведал сам Кальтенбрунер. Может случиться беда. Надо спасти Штирлица!

– Я готов, - вытянулся Фриц.

– Передайте Штирлицу это письмо.

Борман оторвал пуговицу на мундире Фрица и тайком сунул ему за пазуху конверт.

Штирлиц пробирался к выходу.

Окрыленный Фриц догнал его только около двери.

– Господин штандартенфюрер, я должен...

– Ничего вы мне не должны!
– оттолкнул его Штирлиц, - пьяная свинья.

На улице к Штирлицу пристал патруль.

– Позвольте документы, господин офицер!
– сказал плешивый капрал.

– Да пошел ты...
– Штирлицу было некогда.

Капрал открыл русско-немецкий разговорник.

– Похоже, что это Штирлиц, - произнес он, глядя вслед уходящему разведчику.

"Я - пьяная свинья?" - удивился Фриц, прислонясь к портьере. У него стали заплетаться мысли.

Английский агент внимательно следил за происходящими событиями. Он вышел из-за портьеры и, оправляя передничек, кокетливо позвал:

– Господин адьютант Гиммлера, не могли бы вы уделить мне несколько минут.

– Извините, фройлен, мне надо спасти Штирлица.

Ударом профессионального боксера "фройлен" свалила адьютанта на пол. Потирая ушибленный кулак, агент присел над бездыханным телом и привычно ознакомился с содержимым карманов. Кроме письма, он прихватил двадцать пфенингов, коробок спичек и гаечный ключ.

Прочитав письмо, агент поздравил себя с повышением и удачно проведенной операцией в Берлине. Не зря он столько дней был переодет женщиной.

На Штандарт-штрассе, агент быстро нашел дом номер 15.

– Вот и все, - сказал счастливый агент и зашел в дом.

Дверь за ним закрылась.

Это была самая удачная шутка Бормана...

ГЛАВА 15

Штирлиц лежал на пригорке, на развилке железной дороги, и смотрел в бездонное голубое небо. Этот день мог стать последним днем в его жизни. Но Штирлиц был спокоен, потому что знал, что выполняет свой долг, долг не только перед Родиной, но прежде всего перед самим собой.

Штирлиц прикурил последнюю "Беломорину", смял пачку и протер ею ствол крупнокалиберного пулемета.

На горизонте показался эшелон с ежиками.

– А я так и не успел бросить курить, - вздохнул Штирлиц и щелкнул затвором. Паровоз поравнялся со Штирлицом, и Штирлиц бросил первую гранату.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

За окном шел дождь и рота красноармейцев.

Иосиф Виссарионович отвернулся от окна и спросил:

– Товарищ Жуков, вас еще не убили?

– Нет, товарищ Сталин.

– Тогда дайте закурить.

Жуков покорно вздохнул, достал из правого кармана коробку "Казбека" и протянул Сталину. Покрошив несколько папирос в трубку, главнокомандующий задумчиво прикурил от протянутой спички.

Через десять минут он спросил:

– А как там дела на Западном фронте?

– Воюют, - просто ответил Жуков.

– А как чувствует себя товарищ Исаев?

– Он опять совершил подвиг, - печально сказал Жуков.

– Вот это хорошо, - сказал Сталин, - я думаю, что его стоит повысить в звании.

– И я того же мнения, товарищ главнокомандующий,- поддержал его Жуков.
– Мне кажется, что он достоин звания группенфюрера СС.

– Группенфюрер?
– задумался Сталин.
– Это хорошо. У меня для него есть новое задание...

А за окном шел дождь.

Москва-Михнево-Балашиха-Пушкино

15.04.86-16.06.87