Чтение онлайн

– Пиво.

– Снимай рюкзак!

Штирлиц вздохнул и снял рюкзак, достал кастет, но подумав "Все-таки дети", положил обратно. Штирлиц любил детей.

– Долго еще ждать?
– спросил обнаглевший юнец.

Звонкой оплеухой Штирлиц сшиб его с подоконника, ловко подхватил за шкирку и мощным пинком запустил его по лестнице.

Оторопевшие подростки хотели ускользнуть на верхний этаж, но ни один из них не покинул место инцидента без помощи Штирлица.

– Сколько лет?
– спросил Штирлиц, взяв испуганную девчонку за подбородок.

– Семнадцать...

– Пиво будешь? Пошли.

В прихожей было накурено, стояли черные лакированные сапоги с надетой на них фуражкой.

"Не иначе как Айсман, - подумал Штирлиц.
– Больше трех бутылок не дам. Старая халява!"

Он пнул фуражку ногой, сдернул с вешалки грязные портянки Айсмана, и, прислушиваясь к доносившейся матерщине, прошел в комнату.

Айсман, упираясь пятками в свежую скатерть, развалился в кресле, обнимал двух красоток и рассказывал похабные анекдоты. В этом он был большой дока и порой смешил даже Штирлица, который, как чекист, стремился быть невозмутимым.

– Айсман!
– расвирепел Штирлиц.
– Ты почему сам разулся, а баб не разул?!

– А может тебе их еще и раздеть?
– отозвался Айсман.

Не отвечая, Штирлиц подошел к столу, спихнул ноги Айсмана, поставил на стол стакан из кармана и налил коньяка. Закусив огурчиком, который ему услужливо протянула одна из красоток, Штирлиц сказал:

– Сам раздену, если надо будет.

Тут в комнату вошла девушка с лестницы. Она тащила за собой громыхающий рюкзак.

– Пиво!
– возрадовался Айсман, вскакивая с кресла и, мгновенно растеряв свой респектабельный вид, в три прыжка оказался у рюкзака.
– А это что за лапочка?

– Познакомься, - сказал Штирлиц.
– Как тебя зовут?

– Элена, - пролепетала девочка.

– Элена - это хорошо!
– довольный Айсман доставал бутылки и раставлял их на полу, как фельдфебель раставляет своих солдат на плацу.
– Чисто немецкое имя. А вот это, - он указал на своих красоток, - Эльза и Гретхен, или нет, наоборот, Гретхен и Эльза. Или... Впрочем, это не важно.

Они сели за стол и стали пить пиво из бутылок. Штирлиц давно научил офицеров Рейха пить прямо из горла, ссылаясь на свои хорошие манеры.

Айсман занялся Эленой и полез к ней под юбку. Элена смущалась и создавала видимость, что ничего особенного не происходит.

– Люблю молоденьких девочек, - пояснил Айсман Штирлицу.

– А я люблю Фюрера!
– флегматично сказал Штирлиц.

– И я тоже!
– поддакнула Элена.

– Фюрера каждая собака любит. Ты меня полюби, - не унимался Айсман, пытаясь раздеть сопротивляющуюся Элену, которая стеснялась Штирлица.

– Ну, - говорил Айсман, делая вид, что теряет над собой контроль.
– В этом же нет ничего плохого. Вот был вчера в офицерском клубе, там такой стриптиз показывали, мы так нажрались.

– Подумаешь стриптиз!
– сказала одна из красоток, кажется Эльза, оставив Штирлица на некоторое время в покое.
– Я лучше могу!

– Посмотрим, - сказал Айсман.

"Опять бардак, - подумал Штирлиц.
– А ведь хотел просто попить пива! В этой Германии все не как у людей..."

Штирлиц вздохнул, встал, подошел к радиоприемнику. Радио Берлина, охрипнув от чревовещаний доктора Геббельса, передавало спортивные новости. Штирлиц покрутил ручку громкости, заглушив ржание Айсмана.

Репродуктор, подрагивая мембраной, бодрым молодцеватым фальцетом бубнил:

– Сегодня в семнадцать тридцать по Берлинскому времени состоится футбольный матч на кубок "Седьмая улыбка Евы Браун" между нашими любимыми командами "Морские львы" и "Небесный эдельвейс".

– Айсман! Ты любишь "Морских львов"?
– спросил Штирлиц, возвратившись в кресло.

– Не пробовал, - всхрапнул Айсман, поглаживая колени Элены.

– Как я тебе нравлюсь, Штирлиц?
– вызывающе помахала ножкой голая Эльза на столе.
– Лучше мой стриптиз, чем тот, который видел Айсман?

– Не люблю стриптиз, - сознался морально устойчивый Штирлиц. Люблю футбол.

– О!
– воскликнул Айсман.
– Женский футбол - это хорошо! Помню в Мадриде там были такие клевые телки! У одной во время игры порвались трусы. Весь стадион оборжался!

– Какой женский футбол?
– поморщился Штирлиц.
– Ему предлагают сходить на матч, а он хочет какие-то трусы!

– Отличная идея!
– вскочил Айсман.
– И как она пришла к тебе в голову? Я бы не додумался! А за кого будем болеть?

– Не знаю. Давай подкинем десять пфенингов. Если орел "Небесные львы", решка - "Морской эдельвейс".

– Монетка есть?
– спросил Айсман у Элены.
– О, отлично!

Он подкинул монету и полез доставать ее из-под дивана.

– Скоро там?
– поинтересовался Штирлиц.

– У, черт!
– запыхтел Айсман.
– Я, кажется, застрял.

Женщины с радостным визгом, как будто они этого долго ждали, бросились к ногам Айсмана.

– А-а-а!
– орал тот, отбрыкиваясь, и в конце концов вылез пыльный и озадаченный.

– Не нашел. Но, по-моему, это был орел.

– Элена!
– скомандовал Штирлиц.
– Достань!

Девушка полезла под диван. Айсман с вожделением разглядывал ее стройные ножки и белые трусики.

– Что хорошо в женщинах, так это их нижнее белье, - шепнул он на ухо Штирлицу.

– Фу, - сказал Штирлиц.
– Эй, под диваном! Сколько там пфенингов?

– Десять.

Элена вылезла из-под дивана.

– Возьми себе на мороженое, - сказал добрый Штирлиц.

– А как лежало?
– волновался Айсман, проявляя профессиональное любопытство.
– Орлом или решкой?

– Кажется, орлом.

– Я же говорил!
– воскликнул обрадованный офицер.
– И стоило проверять!

– Значит, - решил Штирлиц, - болеем за "Морских львов". Предлагаю сделать флаг.

Он поднял с пола юбку Эльзы, которая, сидя на столе, болтала ногами.

– Это, пожалуй, нам подойдет.

Айсман залез на окно, сорвал шторы, отодрал карниз.

– Древко для флага, - пояснил он.

Они раскрасили юбку в цвета любимой команды. Штирлиц свернул из жести огромный рупор. Айсман принес из туалета две мотоциклетные цепи.