Чтение онлайн

Обрадоваться по поводу грядущего отдыха я не успел, меня тут же назначили в дозор. Зато напрягся, поскольку в компанию мне достались Симон и Фернандо, и последнего определили старшим, да еще отправили нас в другой конец здания.

Когда мы уходили, я поймал напряженный взгляд Ингвара — этот тип вполне мог размышлять, как бы получше меня прикончить.

Пока мы лазили на разведку, ситуация несколько изменилась, наши слегка потеснили врага вверх на южной лестнице, отжали вход на второй уровень и даже немного поднялись. Поставили два дозора, один загораживал лестницу, другой наблюдал за залом, где осталось некоторое количество врагов, и вот последний мы и сменили.

В самом зале изменения тоже были, хотя и не такие явственные, как внизу — под полом гудело, громадные машины выглядели посвежевшими, словно на них обновили краску или даже отполировали какие-то детали.

— Ты, говорят, с дрищами якшаешься, коллега? — спросил Фернандо, когда мы заняли свое место, расположились у выхода с лестничной площадки.

Я недоуменно посмотрел на него — чего тебе надо, образина безволосая?

Я мог видеть мертвый лифт, и проход между рядом «десептиконов» и конвейерной лентой. И далеко-далеко, у ее окончания, около подножия серебристой колонны с аварийной лестницей внутри двигались туда-сюда фигуры, похожие на прямоходящих летучих мышей.

— Не стесняйся, тут все свои, да, — Симон улыбнулся, показав дырку на месте одного из передних зубов.

Или я ее раньше не замечал, или он просто не улыбался никогда.

— Мы должны доверятеньки друг другу, — продолжил Фернандо,рассматривая меня темными глазами без ресниц, которые делали его самого не очень-то похожим на человека. — Должны доверять всем формам разума, вне зависимости от их цвета кожи и тем более от биологического вида. Или ты боишься довериться своим дружочкам? Да ладно, не стоит!

Я отвел от него взгляд, поскольку в зоне наблюдения обозначилась какая-то движуха. Подобрался,ведь обозначилась она достаточно ближе, где-то за ближайшим «десептиконом» у правой стены.

Неужели дрищи подбираются, чтобы атаковать?

— А вот не отвечать вообще невежливо и нетолерантно, — Фернандо пощелкал языком.

Я уловил движение за спиной, и начал поворачиваться, но слишком, слишком поздно. Тяжелый удар обрушился мне на спину, пол впечатался в щеку, и я обнаружил, что лежу, вдыхая запах теплого металла и смазки, а калаш выкручивают из руки, вытаскивают из-под меня.

— Тихо, — проговорил Симон, и ствол автомата воткнулся мне в затылок. — Не дергайся. Пошевелишься — капут тебе. Подашь голос — тоже, да.

— Вы свихнулись? — прошипел я. — Мы на передовой!

— А мы в курсе, коллега, — Фернандо сноровисто обыскал меня, сдернул с пояса нож. — Поднимайся, и иди вперед.

— Куда?

Эти двое сошли с ума? Решили прикончить меня прямо тут?

— К своим милым друзьям, дрищам, — безволосый улыбался ласково и хлопал меня по макушке шлема. — Будем наводить мосты дружбы и выстраивать межрасовые отношения. Мирные и взаимовыгодные.

Нет, они решили прикончить меня чужими руками.

Но с Симоном все понятно, для него я обманщик, посягавший на владение истиной. Неясно, что движет Фернандо… просто неприязнь к тому, кто не принадлежит к прекрасному новому миру всеобщей толерастии и демократизма?

— А если я выживу? — спросил я.

— Кому поверит Шредингер? Тебя он знает семь дней, а мы воюенькаем с ним давно.

— Вперед, обнаглевшее мясо! — Симон ткнул меня стволом автомата в спину, и если бы не бронежилет, это было бы очень больно.

Подставить меня на пули дрищей, а затем рассказать, что те напали, и я геройски погиб, закрывая собой товарищей, и сделать это все с истинным надрывом, со слезой в глазу и обещанием за меня отомстить — рабочий вариант.

Я медленно поднялся… метнуться по лестнице вниз, нет, не получится… атаковать их? Двоих с автоматами, безоружным…

— Это тебе за осквернение священной плоти! — выпалил Симон. — За богохульство!

Они пихнули меня вдвоем так, что я кубарем влетел зал, шлепнулся перед лифтом. Краем глаза заметил движение впереди, за ближним «десептиконом» справа, и на конвейерной ленте тоже.

— Встал! Или мы сами тебя расстреляем, — велел Фернандо.

Ну что же, деваться некуда.

Я поднялся на колени, и в этот момент дрищ выступил на открытое место, прицелился в меня.Одновременно нечто дотронулось до моего мозга, легкое и мягкое, словно крыло бабочки.

В этот раз соприкосновение двух разумов вышло не таким, как в прошлый, хотя оно никогда не повторялось, всегда происходило иначе. Я не перестал быть собой, не уловил поток чужих мыслей или чувств, просто внутри меня что-то изменилось, перестроилось, словно начали расти новые нервы, и мельчайшие частички крови сменили заряд с плюса на минус или наоборот.

Пули засвистели вокруг, но я знал, что они не предназначены мне, что они для тех, кто прячется за мной.

— Вперед! Иди вперед! — прокричал Симон. — Или я тебя…

Он поперхнулся и замолчал, и повернувшись, я увидел, что обладатель бородки клинышком и выбитого зуба лежит лицом вниз, и от этого лица растекается лужа крови. Фернандо успел спрятаться, на виду остались только ноги, и судя по ним, он сидел, прижавшись к стенке.

Ну а я поднялся и зашагал обратно, туда, откуда пришел.

— Ты? Что ты такое? — безволосый вытаращился на меня, вскинул автомат, но я перехватил ствол и отвел в сторону.

Злость плеснула внутри обжигающей волной, и контакт с чужим разумом порвался, точно лопнула туго натянутая веревка.

— То, что тебя сейчас прикончит! — я ухватил Фернандо за горло, он попытался вырвать у меня оружие, но нам обеим было зверски неудобно, и я не мог душить его как следует, и он не имел возможности что-то мне сделать.

Шаги донеслись с лестницы, кто-то поднимался к нам с нижнего уровня.

Мы замерли, с ненавистью уставившись друг на друга.

Я выпустил шею Фернандо, он отвел автомат в сторону, и я даже успел подобрать свой собственный. Из-за поворота лестницы показался Бадави, и за ним — с полдюжины бойцов, то ли подкрепление, то ли смена, хотя для нее вроде бы еще рано.

— Что тут у вас? — комотделения-два нахмурился. — Этот готов?

— Не успели посмотреть, — ответил Фернандо. — Они напали внезапно.

Симон и правда оказался «готов», пуля угодила точнехонько в глаз, так что он даже пикнуть не успел.