Чтение онлайн

леди Мона, баронесса Калани».

Эта фраза была более чем странной. Выражать преданность бывшему шуту наряду с преданностью королю?

Даже не смешно.

Вообще говоря, леди Мона в замке называла его только шутом, и никак иначе.

Леди Калани. Вздыбленный конь. Письмо, запечатанное семейной печатью — отнюдь не секретное послание…

И Эдин стал читать.

«Милорд, граф Верден попросил меня написать это письмо вскоре после вашего с леди Аллиель Кан бракосочетания. Точнее, он попросил меня как можно подробнее описать для вас все, что произойдет утром, когда вам надлежит явиться перед королем и двором с молодой супругой. Признаюсь, сначала эта просьба вызвала у меня недоумение, но, видимо, она была вызвана своевременным предчувствием».

У Эдина засосало под ложечкой.

Предчувствием? Граф не может писать? Или … что?..

Что же там, в Лире, произошло?

«Итак, в положенное время все собрались в Большом зале: все королевское семейство, принцесса Ильяра с матерью и почти всем гретским посольством, и, кажется, вообще все, кто имел малейшую возможность прийти, этим утром в Большом зале было тесно. Граф Верден тоже был там, чем многих удивил, как мне показалось. Он держал в руках кожаный футляр для бумаг, и был очень слаб — впрочем, как и всегда в последнее время.

Разумеется, ждали вас, то есть короля-шута и леди Аллиель. Вся свита короля-шута уже расположилась за столом, шут Кука старался отвлекать внимание, что на этот раз плохо ему удавалось. Его величество уже проявлял нетерпение. Наконец королева Кандина сказала:

— Сын мой, и вы, лорды и леди, не будем же мы упрекать новобрачных в том, что они проспали? Они же новобрачные, в конце концов!

— Что ж, так и быть, дадим им выспаться! — с улыбкой согласился король, и это разрядило обстановку.

— Прошу вас к столу, лорд Кан, вы наш гость сегодня, — добавила королева Кандина.

Граф поклонился и присел у дальнего края стола. Мне показалось, что он ничего не ел.

Завтрак был окончен, королевское семейство и придворные покинули Большой зал, чтобы вскоре собраться для выезда в город на коронацию королевы шутов. Его высочество принц Эрдад впервые за много дней явился на своих ногах, хотя он прихрамывал и опирался на трость. Многие поздравляли его с выздоровлением. Он был весел и не отходил от своей невесты.

Я слышала, король приказал, чтобы король-шут и будущая королева шутов выехали в город в составе общей процессии сразу за королевским семейством, а также у них с королевой Астинной возник спор насчет того, как должна быть одета леди Аллиель. Королева настаивала, что единственный наряд, уместный на леди Аллиель в этот день — алое платье новобрачной, а королю хотелось, чтобы наряд королевы шутов более соответствовал ее будущему титулу. Распорядитель, я полагаю, в это время обливался холодным потом, потому что наверняка никакого «специального» наряда для леди Аллиель не приготовили. Наконец королева согласилась с тем, что на запястье леди Аллиель повяжут пестрый платочек».

В этом месте Эдин не удержался от злой усмешки.

Пестрый платочек. Вероятно, что-то сродни той тряпочке, которую носил на рукаве геройский командир шутов барон Лажан.

«Ну так съешь теперь с супом этот платочек, король, редкий идиот, недоразумение на кандрийском троне», — подумал Эдин, невольно задышав чаще.

И это потомок короля Сая Крансарта…

А леди Калани, похоже, решила уморить Эдина подробностями, слишком старательно выполняя приказ Графа. Почему бы сначала не изложить суть, а потом можно и подробности?

Он вернулся к письму.

«Мы, разумеется, с нетерпением ждали вас с леди Аллель, нам казалось, что вы появитесь с минуты на минуту. Но вместо этого доложили, что вы еще не выходили из своих покоев.

— Да в чем дело? Шута еще не разбудили? — рассердился король. — Да что же вы за остолопы? Сломайте дверь, если нужно!

Распорядитель умчался выполнять приказ.

Тем временем королева Кандина подошла к графу Вердену, который все это время оставался за спинами придворных. Я находилась рядом, поэтому хорошо все слышала.

— Хочу поздравить вас, лорд Кан, — сказала королева Кандина. — Вы ведь рады браку вашей дочери? Вы хотели получить в зятья именно этого молодого человека?

В зале стало гораздо тише, потому что многие прислушивались.

— Благодарю, ваше величество, — ответил граф. — Честно говоря, я и мечтал об этом с осторожностью. Теперь же могу сказать — да, я счастлив.

Думаю, многие не поняли — граф шутит, иронизирует, или сошел с ума? Некоторые засмеялись.

— Вы так и не перестали говорить загадками, лорд Кан, — заметила королева-мать.

— Ох, ваше величество, простите, — граф поклонился, — вряд ли мне суждено отвыкнуть от этой привычки.

Королева Кандина с улыбкой продолжала:

— Я немного познакомилась с будущим зятем и даже сыграла с ним в шахматы. Он выиграл так легко, что это меня даже задело.

— У меня он тоже частенько выигрывал, ваше величество, — ответил граф. — А иногда проигрывал специально, из сострадания к моей немощи.

— Вы меня утешили, — королева рассмеялась.

— Как, лорд Кан, вы и раньше были знакомы с королем-шутом? — воскликнул король.

— О, да, ваше величество, — граф поклонился в сторону короля. — Должен заметить, этот юноша наделен столь многими талантами, что, возможно, сам пока не осознает этого в полной мере. Но смею надеяться, что в дальнейшем он достойно их применит.

— Гм… талантами, да еще и многими? — несколько насмешливо уточнил король.

— Именно так, — сказал граф твердо. — Он вырос в бродячем цирке, ваше величество. Судьба не раз подвергала его испытаниям, которых, к примеру, ни один отец в здравом уме не пожелал бы своему ребенку, и я искренне сожалею, поверьте. Но в то же время я благодарю судьбу за то, что мне посчастливилось повлиять на его воспитание и обучение. Эти два чувства разрывают мне душу, ваше величество.

— Вы так чувствительны, лорд Кан? С чего бы, вы ведь бывший первый министр? — поддел его король.