Чтение онлайн

Матерь, неужели она больше никогда не увидит летнего неба и солнца? Ладно, грустить об этом не было нужды. Подумаешь! Зато она не увидит больше вонючего клоповника в Междуречье и нищеты и нужды. Плевала она на это солнце с высокой колокольни.

Тесс заикнулась было о деньгах, которые ей могли бы выделить на новый гардероб. Она считала, что раз она теперь вампирша, то ее стоит одеть с не меньшим шиком чем мисс Балера.

Леонид хитро улыбнулся и сказал:

— Я пришлю к тебе швею. Она сделает все, что ты скажешь.

И гордая улыбочка Тесс куда-то скукожилась. Все что она скажет? Тереза прекрасно понимала, что ее собственного вкуса не хватит, чтобы создать такие наряды, которые носила Франциска.

— Пусть мисс Балера мне поможет.

— Франциска моя помощница, а не твоя служанка.

— И в чем же она вам помогает?

— Какой дерзкий тон, мышка. Не забывай свое место.

— Простите, магистр.

Через неделю Леонид пришел не один, а с молоденьким, лет тринадцать мальчишкой. Тот с деловитым видом закатал рукав рубашки, и Тесс увидела несколько шрамов на его запястье.

— Тебе пора учиться есть самой, Тереза.

Тесс боялась этого момента до ужаса. Она посмотрела на мальчика и вспоминал Анри. Своего милого доброго Анри. Он тоже когда-то был таким вот мальчиком.

Тереза отогнала образ брата. Если она сейчас не сделает этого, кто пришлет Анри в следующем месяце деньги, чтобы заплатить за жилье? Кто? Творец Всемогущий? Или может Шеферд? Или Леонид?

Тереза взяла у маркиза маленький острый нож, взяла руку мальчика. Нож дрожал. Она приставила его к синим венкам и сделала надрез в ужасе ожидая, что сейчас мальчик пикнет от боли и тогда она не сможет продолжать, просто выбросит нож. Показалась кровь, и мальчишка действительно вздрогнул. Но стоило запаху крови ударить ей в ноздри, Тесс уже не думала о том какую боль причиняет. Она притянула тонкое запястье и стала пить. Вкус был другой и это ее позабавило. Она пила и пила.

— Ты его убьешь, мышка. — сказал Леонид насмешливо. Тереза смутно понимала о ком он говорит. Она хотела пить и все остальное ей было безразлично.

Леонид вырвал у нее руку мальчишки и дал ей оплеуху. Голова Тесс мотнулась так, что шея хрустнула.

— Мне собственно все равно, но это собственность герцога. И мы не будем ее портить. Мы же не варвары. — Леонид поддержал мальчика. Тереза только сейчас опомнилась достаточно, чтобы увидеть его растерзанное запястье.

— Эт-то я? Я?

— Ты-ты. Только посмотри, он без сознания. — раздраженно фыркнул маркиз. — Если умрет, будет неловко, не так ли?

Тереза попятилась, стараясь держать себя в руках. Она смогла удержать слова и лицо, но мысли нет.

— Ох, мышка избавь меня от сопливых сожалений, — фыркнул Леонид и поднял ребенка на руки. — Ну хватит, я просто тебя попугал. Он не умрет. Разумеется я бы этого не допустил. Хватит корить себя, тебе это совершенно не к лицу, Тереза.

И он ушел. А Тесс осталась. Одна с осознанием, что если бы не Леонид, то она убила бы этого мальчишку. Выпила его до дна и не заметила. Тесс огляделась вокруг своим новым зрением, прошлась по комнате своей новой походкой. Ее тело изменилось, стало сильным и ловким, очень быстрым. Она могла прочесть мысли людей. Она была вампиршей и никто из людей теперь не был ей страшен.

Но теперь она боялась саму себя.

Тереза пребывала в отвратительном настроении. Все ее мечты о вампирской жизни разбивались в пух и прах. В воображении она рисовала себя в роскошном платье в обществе галантных и воспитанных собеседников. В высшем вампирском свете, одним словом. А на деле две недели сидела в небольшой хоть и приличной комнате и развлекала себя прогулками по саду да взятыми из библиотеки книгами. А Тесс ненавидела читать! Она готова была узнавать из книг новую информацию для какого-то дела, но читать ради развлечения или просветления ума казалось ей пустой тратой времени.

Тереза изнывала от скуки и одиночества. Каждое «утро» ее мучила жажда и ей приходилось резать руку очередному симпатичному подростку, чтобы ее утолить. После того первого раза она научилась останавливаться. Страх убить кого-то все еще был в ней силен, а Леонид только посмеивался над ним.

— Ничего, мышка. Это до первого раза. Или второго. Или десятого. Потом понимаешь что все эти праведные догматы Творца и Матери — просто попытка овец защититься от волков. Сильный пожирает слабого, тебе ли не знать, Тесс.

Она не могла с этим не согласиться. Набожность никогда не входила в список достоинств Терезы. Ей с самого раннего детства разглагольствования проповедников о бессмертной душе и благостных делах казались пустым сотрясением воздуха. Тереза не была совсем уж бессовестной тварью, но и праведницей ее было не назвать. Она ведь и воровала и дралась. А Всеблагие заступники рода людского Матерь и Творец велели ей подставлять вторую щеку и терпеть. В лучшем мире после смерти, мол, воздастся. Тереза предпочитала выгоду здесь и сейчас.

И здесь и сейчас ей было плохо.

От необходимости вечно помнить о том что нужно держать мысли под контролем или в голове начинали звучать всякие тупые мыслишки местной прислуги, Тереза сходила с ума. Вечное умственное напряжение, самоконтроль, мягко говоря, не был ей привычен. Тереза была вспыльчивой и искренней, часто взрывалась в гневе, а теперь каждый ее взрыв сопровождался роем голосов в голове и выволочкой от Леонида.

Один раз Тесс случайно довела собственную горничную до припадка, от любопытства решив залезть к ней в голову. Та упала и забилась на полу с пеной на губах. Тесс испугалась так, что запрыгнула на постель и заорала.

Леонид появился через пару минут, горничную унесли.

— Мэтр, я…я случайно! — бормотала Тереза в ужасе. Она и правда не хотела ничего такого.

— Я велел тебе держать дар в узде. Какого черта ты полезла к ней в голову, Тереза! Ты понимаешь что это расползается среди людей. Слухи, страшилки, кривотолки. Это дом Великого Герцога и тут не место экспериментам неумехи! — взорвался Леонид. Тереза никогда не видела его таким раздраженным.

— Так научите меня! — тоже не удержалась Тесс. — Почему вы не учите?!

Леонид заледенел и выпрямился.

— О… Кажется, тут нужно внести небольшую ясность.

Он подошел к ней и это было очень быстро. Человеческим взглядом Тесс бы ни за что не уследила. Стальные пальцы стиснули ей подбородок и сжали губы.

— Ты забываешься, Тереза. Снова и снова. Считаешь, что ты стала мне дороже чем была смертной? Считаешь, что теперь ты можешь приказывать мне?

— Тогда зачем вы обратили меня?! — прогундела Тесс, потому что рот ее был перекошен от хватки. — Чтобы я сидела тут?! В этой комнате?!