Чтение онлайн

– Поясните же нам, я не понимаю. – недоумевал король.

– Пока я стоял снаружи и ждал позволения вашего королевского величество войти, я отчетливо слышал каждое слово, произносимое здесь. Также, как и я, его слышат все. Стоящие в карауле гвардейцы, ваши адъютанты, курьеры, ожидающие приказов, да и просто проходящие мимо. Они слышат всё, о чем говорят здесь! И это происходит в условиях войны с противником, который имеет глаза и уши, который сражается с нами на территории, которая ему известна, и которая, я уверен наводнена его шпионами. Здесь полно финских войск, а им я не доверяю. Ни офицерам, ни солдатам. Я встретил одного по дороге сюда, он очень внимательно меня рассматривал. Именно по этой самой причине нас изначально преследовали неудачи во всех тайных диверсиях, а я… - офицер тяжело вздохнул, - а я потерял своего горячо любимого брата близнеца.

– Напомните мне еще раз ваше имя? – в растерянности спросил Густав.

– Капитан лейб-драгунского полка Иоганн Гусман. – очень четко произнес офицер. Но король пожал плечами. Имя ничего ему не напомнило.

– Мне кажется, наш любезный капитан несколько сгущает краски. И откуда такая подозрительность к нашим финским полкам? – вмешался Армфельд.

– А я согласен с капитаном Гусманом! Финны ненадежны! – неожиданно сказал Вреде.

– Это не удивительно, что ты не согласен! – про себя подумал Армфельд. Они весьма недолюбливали друг друга. Густав молчал, предоставив расспросы своим любимцам.

– Почему вы связываете смерть вашего брата с отсутствием секретности в подготовке тайных диверсий против русских? – задал вопрос Вреде.

– Мой брат погиб во время пуумальского инцидента! – Все присутствующие вздрогнули и переглянулись между собой, - Он командовал тем самым отрядом… - капитан замолчал, опустил ненадолго голову. Затем вскинул и с жаром продолжил, - Ваше величество, давайте продолжим беседу не здесь, а хотя бы на воздухе, когда мы увидим, что нас никто не может слышать.

Густав закивал головой в раздумьях.

– Вот что, мои друзья, - обратился он к Армфельду и Вреде, - не подумайте о том, что я не доверяю вам, но я действительно хочу прогуляться с капитаном Гусманом вдвоем. – И чтоб не обидеть их, добавил, как бы оправдываясь.
– Двое прогуливающихся не вызовут подозрение и не будут смотреться смешно, нежели четверо шепчущихся мужчин. А после того, как мы переговорим с капитаном Гусманом, я все вам расскажу. И тоже наедине. А вас, - Гусману, - прошу дать руку своему королю и сопроводить меня.

Капитан учтивейшим образом поклонился, и вместе с королем покинул палатку. Оставшиеся бросили друг на друга злобные взгляды и разошлись, каждый по своим делам.

– Так что же вы, господин капитан, хотели предложить своему королю? – заинтриговано спросил Густав, когда они остались в относительной изоляции от возможных лишних ушей. Где-то в стороне шумел военный лагерь, а здесь на берегу безымянного ручья, никого поблизости не наблюдалось. Караульные гвардейцы, были остановлены королем заранее неподалеку, но так, чтобы слышать разговор они не могли бы. – И объясните мне, наконец, свою подозрительность.

Гусман расстегнул мундир и достал из-за пазухи сложенный вчетверо листок бумаги:

– Вот, ваше величество, это предсмертное письмо моего брата Карла. Мне нет смысла его вам зачитывать, я расскажу все на словах. Он написал его мне перед самым выходом на русскую территорию, откуда, как вам известно, они должны были учинить диверсию, переодевшись русскими казаками.

Густав отвел глаза в сторону – это его была идея с маскарадом, и ничего не ответил, но качнул головой – мол, продолжайте.

– И далее все было очень странным…

– Что именно? – спросил король заинтересованно.

– Да, все. – пожал плечами Гусман. – Брат написал мне, что только глухой не слышал о том, что партия шведов, переодетая казаками уходит на ту сторону. Что ему предстоит произвести нападение на наиболее сильный финский пограничный пост.

– Кто принял такое решение? – последовал быстрый вопрос Густава. Он смотрел прямо в глаза капитану.

– Бригадир Гастфер в присутствии полковника Стединка и адъютантов.

– Но это мои верные солдаты! – возразил король.

– Брат написал мне, что именно в Пуумала уже несколько раз были произведены неудачные попытки диверсий с русской стороны. Он успел разузнать об этом до выхода своей партии. И его посылают снова в тоже место. Когда, при таких тайных диверсиях, если речь идет о поданных вашего величества, число жертв должно быть минимально. Главное, шум, произведенный подобной акцией. Я не прав, ваше королевское величество?

– Вы правы, капитан. – вздохнул Густав, - вы абсолютно правы. Мало того, что диверсия оказалась совершенно явной, а не тайной, так и потери были огромные. Более десятка человек. И я был поставлен в весьма деликатное положение, когда писал статью для европейских газет о вероломстве русских.

– И еще, ваше величество… - капитан хотел сообщить нечто на его взгляд очень важное. Глаза его горели, он весь пылал от нетерпения.

– Что?

– Я разыскал труп моего брата. Я успел это сделать до того, как его похоронили. Он не был убит случайной пулей финского солдата!

– Ну и о чем это говорит? – не понимал король.

– Мой Карл был искуснейшим фехтовальщиком. Пожалуй, лучшим в шведской армии.

– Что из этого следует?

– А то, ваше величество, что он убит был в поединке! – Шауман закончил мысль почти торжествующе.

– Да? – король все равно не понимал, что так взволновало капитана. – Что с того?

– Неужели вы, ваше величество, полагаете, что хоть один финский солдат владеет шпагой в таком совершенстве, как шведский офицер, тем более искусный фехтовальщик, коим был мой брат. Карл убит великолепным выпадом, поразившим его в глаз, и клинок противника пронзил его мозг. Брат умер мгновенно.

– Какие ужасы вы мне рассказываете! – Густава даже передернуло.

– Это правда, ваше величество, простите меня, если доставил вам несколько неприятных минут. – Гусман почтительно склонился перед королем.

– Не стоит, мой друг, война не бывает красивой! Я уже убедился в этом. К сожалению это не театр. – печально произнес Густав и положил руку на плечо капитану.

– Я бы очень хотел посмотреть в глаза тому, кто убил моего брата… - ненавидяще произнес Гусман.

– Вы кого-то подозреваете, мой капитан?

– Нет. Пока что. Но я выяснил, что финны, что были в том самом деле у Пуумалы, служат под начальством полковника Стединка.

– Мой друг, - успокаивающе произнес Густав, - барон фон Стединк один из тех офицеров, которым я верю, как самому себе. И могу сказать со всей определенностью, что он подбирает в свое окружение людей самых, что на есть наидостойнейших. Взять хотя бы майора Егерхурна, что прибыл ко мне вчера с донесением от полковника Стединка. Очень, очень способный и опытный молодой офицер. Не стоит, право, мой друг искать того, кто обидел вашу фамилию. Я полагаю, все-таки, это была случайность, нелепость, а не жестокое убийство. Хотя для вас, капитан, для вашей семьи, это трагедия, и я, ваш король, вам искренне сочувствую. Я назначу соответствующую пожизненную ренту, что бы хоть как-то отметить заслуги вашей семьи перед отечеством. – король сказал это так прочувственно, что могло показаться, как слезы навернулись у его величества, после Густав принял царственную позу и протянул руку для поцелуя. Капитану ничего не оставалась, как прильнуть к ней.