Чтение онлайн

Впервые И. Лид заинтересовался Арктикой в 1889 году, когда ему было восемь лет. Именно тогда Ф. Нансен вернулся из Гренландской экспедиции в качестве национального героя. Нансен стал для юного Лида кумиром и образцом для подражания7. И, конечно же, в сознании юного Ионаса наверняка мелькнула мысль: жизнь нужно прожить, совершив великий подвиг или реализовав грандиозный проект. Однако реальность, окружавшая И. Лида, не способствовала осуществлению его амбициозных мечтаний. В девятнадцать лет, окончив старшие классы школы, он становится учеником в одной из фирм Осло, занимающейся продажей промышленных машин. В основном это был спекулятивный бизнес, который несильно интересовал И. Лида, но помог ему освоить азы коммерции и скопить первоначальный капитал для поездки в Великобританию. Параллельно с работой в фирме девятнадцатилетний норвежец, обладая незаурядным талантом к ведению коммерческих сделок, удачно играл на фондовой бирже Осло, вовремя продавая и покупая акции ведущих компаний.

И. Лид прекрасно понимал, что в маленькой Норвегии, до конца еще не ставшей независимой страной, у него значительно меньше возможностей в полной мере проявить свои способности к ведению бизнеса, нежели в «мастерской мира» Великобритании. В 1900 году И. Лид переезжает в Великобританию в Кардифф и не без труда устраивается управляющим в фирму по продаже промышленного оборудования «Ловеридж Инк.». И. Лид в силу должностных обязанностей вынужден досконально изучить особенности высокотехнологичной по меркам того времени продаваемой продукции, именно здесь проникается духом восторга от стремительного развития науки и техники. В дальнейшем, благодаря работе в Кардиффе, И. Лид становится активным сторонником внедрения технических новаций в работу «Сибирской компании».

Еще большее влияние на становление И. Лида как бизнесмена оказала его работа в Германии в фирме «Хенри Пельс и Ко», которая занималась продажей металлорежущей техники и слесарных станков. Во многом именно в немецкой фирме И. Лид освоил основы идеально организованного немецкого маркетинга и важное качество для организации принципиально нового бизнеса – внимание к мелочам. К тому же там он познакомился с изобретателем Хьюго Джоном, который укрепил веру И. Лида в возможности современной техники, а главное – благодаря его консультациям норвежец «мог сам запустить любую из этих мощных машин и продемонстрировать ее возможности в действии»8. Несколько лет спустя, когда И. Лид стал управляющим «Сибирской компанией», он лично после первой неудачи «Талла» контролировал процесс подготовки пароходов к плаванию по водам Северного Ледовитого океана. Вершиной карьеры И. Лида в фирме «Хенри Пельс и Ко» стало его назначение управляющим лондонским филиалом. Деятельный норвежец убедил X. Пельса пойти на немалые расходы и поучаствовать в ежегодной инженерной выставке в Олимпии, после которой поступило множество заказов, и немецкая фирма заняла прочное положение на рынках Великобритании. Следует отметить, что опыт проведения подобных крупных торговых выставок пригодился И. Лиду позже на берегах Енисея. В Олимпии как организатор экспозиции станков И. Лид впервые получает общеевропейскую известность, но он хочет еще расширить свой кругозор и принимает решение уйти с высокооплачиваемой и перспективной работы и уехать в отсталую по индустриальным меркам Францию.

Переехав в Париж, после интенсивного обучения французскому языку на четырехмесячных курсах И. Лид устраивается во французский филиал американской фирмы «Счетные машины Берроуза». Фирма занималась внедрением новых изобретений, облегчавших работу офисов частных компаний и государственных учреждений. Несмотря на кажущееся понижение в статусе, на новой работе И. Лид впервые познакомился с организацией крупного бизнеса. Но и эта работа до конца не устраивала юного предпринимателя, о своем положении он выражался с некоторой долей иронии: «старый продавец рыбы со временем сам становится похож на рыбу, а тот, кто продает офисную технику, сам вскоре начинает напоминать конторскую мебель»9.

И именно в этот момент 18 января 1910 года состоялась судьбоносная встреча И. Лида с Альфредом Дэрри, который смог зажечь его грандиозным проектом организации прямой торговли между Европой и устьями сибирских рек. Слова А. Дэрри попали в самое яблочко – именно организация такой крупной компании отвечала самым смелым мечтам И. Лида, и тот готов был бросить всю свою неуемную энергию на их воплощение в жизнь.

Путь к организации компании был достаточно тернистым. Ни И. Лид, ни А. Дэрри не обладали даже подобием стартового капитала, необходимого для этого дела. Начались многочисленные переговоры как с норвежскими, так и с английскими деловыми кругами, в результате которых И. Лиду удалось добиться финансирования разведочной экспедиции в Сибирь и организации торговой ярмарки в Красноярске с целью изучения спроса сибиряков на иностранные товары. Здесь, безусловно, Й. Лиду пригодился опыт, полученный им во время работы в немецкой компании «Хенри Пельс и Ко». С немецкой педантичностью и пунктуальностью он всесторонне изучил экспортные и импортные возможности сибирского рынка, реакцию местных купцов на появление конкурирующей фирмы, позицию высокопоставленных чиновников по отношению к появлению «Сибирской компании». На сбор этой информации Й. Лид потратил около года. Таким трудоемким подготовительным этапом деятельность Й. Лида принципиально отличалась от подобных попыток его предшественников и современников, предпринимаемых для освоения Карского морского пути, и поэтому увенчалась наибольшим успехом. В итоге Й. Лиду удалось привлечь значительный капитал консервативно настроенных норвежцев в это рискованное предприятие.

В начале 1912 года он зарегистрировал общество с норвежско-английским и русским капиталом в 143 тысячи крон, которое получило название «Сибирская пароходная, промышленная и торговая компания с ограниченной ответственностью»10. И здесь проявилось нестандартное коммерческое мышление Й. Лида – после первоначальной неудачной экспедиции китобойного судна «Талла» он тщательно проанализировал ошибки и, вместо того чтобы просто их исправить, при поддержке своих партнеров попытался резко повысить авторитет компании смелым шагом – приглашением знаменитого Ф. Нансена для поездки в Сибирь под флагом «Сибирской компании». Эта торговая экспедиция по Карскому морскому пути 1913 года, закончившаяся полным коммерческим успехом, не только показала жизнеспособность идеи

Й. Лида и А. Дэрри, но и поставила «Сибирскую компанию» в ряд самых крупных и успешных иностранных предприятий в России11.

Всего же «Сибирская компания», в первую очередь усилиями Й. Лида, в 1912–1917 годах организовала шесть торговых экспедиций. Не все они приносили коммерческий успех, но одна удачная перекрывала с лихвой прежние убытки. Акционерный капитал «Сибирской компании» к 1917 году составил 8 млн норвежских крон, 10 млн российских рублей и 1,5 млн фунтов стерлингов. Свои конторы «Сибирская компания» имела в Нью-Йорке, Лондоне, Христиании (Осло), Петербурге, Москве, Архангельске, Ново-николаевске (Новосибирске), Красноярске. В сибирские уездах Енисейской и Тобольской губерний имелись торговые агенты12. Они по рекомендации Й. Лида в сбыте товаров опирались на местные потребительские кооперативы и казенные переселенческие бюро, а в скупке – на производственную кооперацию. Кооперативное движение заметно оживилось, особенно в пищевой и обрабатывающей отраслях. Личный вклад в их развитие внес и сам Й. Лид, основав лесопильные и консервные заводы. Поэтому, помимо традиционно вывозимых товаров (шкуры, меха, шерсть, пенька, сало, конопля, лошадиный волос, щетина, графит) пошли на экспорт сливочное масло, сыр, льняные ткани, а с 1917 года – лесной ассортимент.

Последний поступал с Маклаковского лесопильного завода Енисейского уезда (ныне на месте с. Маклаково – г. Лесосибирск, крупнейший в Красноярском крае лесопромышленный центр. Так Й. Лид стал крестным отцом этого города). В 1916 году в эту старинную на левом берегу Енисея деревеньку было доставлено новейшее оборудование с ведущей шведской фирмы «Болиндер». Следует подчеркнуть, что Й. Лид сам лично контролировал процесс комплектования и доставки этого оборудования, так как потеря какой-либо мелкой детали могла привести к длительной отсрочке пуска производства. Здесь Й. Лид придерживался своего железного правила: в организации крупного бизнеса не должно быть мелочей. За полгода местная строительная артель возвела основные корпуса и вспомогательные службы завода, и он стал работать на полную мощность. Это предприятие Й. Лид называл «заводом нового типа». Часть оборудования была изготовлена в Красноярске на заводе «Пароходства на Енисее» на Посадном острове. То есть на счету Й. Лида был еще механический завод, который на конец 1916 года выполнил работ на 94,7 тыс. рублей и имел еще заказ на 10,94 тыс. рублей13. На заводе в Маклаково работало до 200 человек. Для них были построены две казармы, открыта заводская лавка, имелась больница. Заводская контора находилась в Красноярске в здании норвежского консульства на улице Воскресенской в доме «Ревильон-братья» (ныне пр. Мира, 49). Первым управляющим, до октября 1917 года, являлся норвежский подданный Ола Валстед14.

Завод по производству консервов из рыбы и дичи построили в 1916 году, закупив в Норвегии необходимые станки и оборудование, чтобы перевалочный Усть-Енисейский порт был рентабелен и зимой.

В создании крупномасштабного многопрофильного бизнеса заключалось основное отличие деятельности «Сибирской компании» от ее предшественников. В экспедициях, организованных по Карскому морскому пути, И. Лид добивался примерно равного соотношения между импортируемыми и экспортируемыми сибирскими товарами, что, в свою очередь, способствовало не только обогащению «Сибирской компании», но и развитию региона в целом. Причем следует отметить, что в структуре импорта «Сибирской компании» практически не было так называемых колониальных товаров. До И. Лида «Английская морская торговая компания Френсис Лейборн-Попхэм» в течение пяти лет, с 1894 по 1898 год, торговала с Сибирью. Половину товаров из ее импорта составляли «колониальные товары», и только в двух из пяти рейсов присутствовала более или менее значительная доля сибирского экспорта15. К тому же кроме торговли энергичный норвежец попытался создать в Сибири сеть производств, ориентированных на переработку естественных ресурсов, а следовательно, способствовал социально-экономическому и культурному развитию региона.

Справедливость этих слов подтверждают масштабные планы И. Лида на будущее. Он с учетом спроса на местном рынке лесоматериалов в 1917 году подготовил проект сооружения двух новых лесопильных заводов16. Отходы от лесопиления намечалось использовать на месте для производства бумаги. Под Красноярском на Затоне норвежский предприниматель в 1916 году приобрел землю под будущую судостроительную верфь, увязывая ее работу с проектируемыми другими финансистами двумя железоделательными заводами, богатых углем и рудами в местах того же Красноярского уезда17. Суда могли быть смешанного класса «река – море», ибо проект верфи и чертежи судов были заказаны в нью-йоркской фирме «Киндлунд и Дрейк», опытной в разработке речных судов для Великих озер, в которых условия навигации приближались к морским18. Четкую систему доставки сибирских грузов И. Лид пытался организовать через два перевалочных пункта в устьях Енисея и Оби и один незамерзающий базовый порт в губе Белушья на Новой Земле. В устье Енисея он еще в 1910 году выбрал защищенное от ледохода место, названное им Усть-Енисейским портом (в советское время Усть-Порт). Подобный проект порта исполнил талантливый инженер А. М. Вихман, проектировавший Одесский морской порт. Предусматривалось строительство защитного мола, зернового элеватора, развитой дорожной системы, грузового района с портальными кранами и транспортерами, района пакгаузов и жилого комплекса. Мощность Усть-Енисейского порта определялась минимум в 300 тысяч тонн.

Для беспрепятственной доставки товаров к портам И. Лид ставит под свой контроль судоходство по Енисею и Оби. В начале 1917 года им была «куплена большая часть акций главного пароходства Общества, контролирующего 10 пароходов и 30 барж на реке Енисей, также поступившего, в силу этого, в ведение г-на Лида… Значительное количество акций было куплено у главного пароходного Общества на реке Оби, контролирующего 70 пароходов и 200 барж, каждая водоизмещением до 3000 тонн».

Первая мировая война, падение царизма в феврале 1917 года и особенно приход большевиков к власти сильно осложнили реализацию этих планов. И. Лид лавирует: с одной стороны, он в марте 1917 года временно приостанавливает деятельность предприятий общества и переводит часть акций в новое «Русское общество» с капиталом в 2 млн рублей, на которые приобретает акции сибирских пароходств19. С другой стороны, уехав в 1917 году в США, он пытается установить прямые торговые контакты между Сибирью и Америкой, соединив их трансатлантической линией. Он организует экспериментальный рейс Нью-Йорк – Енисей пароходом «Обь», нагруженного американскими товарами. Сам же он по железной дороге проследовал из Владивостока в Красноярск, чтобы лично проконтролировать подготовку к экспорту сибирских товаров. Побывав в Минусинске, Маклаково и Усть-Енисейске, Лид отправился в Архангельск, чтобы оттуда на ледоколе «Седов» обеспечить ледовую проводку «Оби». Этот план не удался, и груз «Оби» застрял в Архангельске. Отправка его по железной дороге сорвалась из-за прихода к власти большевиков. Правление «Сибирской компании», бойкотируя новую власть, запретило директору-распорядителю продавать груз на месте. Лид же, побывав в Петербурге, понимает: возобновление торговли с Сибирью откладывается на неопределенный срок. Он продает груз и, оскорбленный обвинениями правления и предложением выйти из его состава, вернув стоимость акций, в июне 1918 года выходит из созданной им компании.