Чтение онлайн

— Ай, веди себя прилично! — невольно сделал замечание Базиль. — Дед бы не одобрил, если б его невестка стала плеваться, как последняя оборванка.

— Дед твой, всех предавший, мне не указ, — ответила нахальная девчонка. — Да только чтобы ему досадить, я согласна все Поле заплевать, и тебя научить! Пошли уже, вежливый ты мой, дальше. На таком ветру все равно не уснешь.

…К тому времени, как краешек огромного оранжевого солнца показался над бескрайним зеленым морем тундры, они уже успели пройти изрядное расстояние, пару раз перейти вброд небольшие ледяные речушки. Когда робкое северное солнце наконец всплыло из-за горизонта, ослепительно яркое, но не греющее, оно вызвало в душе у обоих бурю восторга.

— Теперь потеплее будет, — высказал общую надежду Базиль.

В этой земле множество рек, от крошечных, которые можно перейти вброд от истоков до устья, до огромных, по сравнению с которыми эрхавенский Асивилд и даже пограничная Симли показались бы жалкими ручейками. В пути такие не встречаются, но Базиль, всегда любивший землеописание, почти наизусть знает их расположение (по крайней мере, на карте), помнил их название, а также местонахождение дорог, большинства поселков и городов в этих негостеприимных местах. Благо, последних тут раз, два и обчелся. Теперь эти сведения здорово облегчают выбор пути. Заодно Базиль скрашивает трудный путь, рассказывая все это Айше, которая и слова-то такого — «землеописание» — не знала. Базиль заметил: девчонка слушает и впитывет сведения, как губка.

Поле Последнего Дня — огромная, едва ли не самой большая на материке, безлесая равнина. На юге она ограничена цепью Стылых холмов, по высоте и крутизне не уступающих горам. По суше из Поля в коренные области Империи Ствангар можно добраться лишь через несколько перевалов, самый крупный и удобный среди которых — Салванг. С севера Поле омывается водами Замерзшего и Студеного морей, первое из которых сковано льдами почти весь год, а второе судоходно с Шестого по Восьмой месяцы.

С этих морей и обледенелого северного материка, называемого Землей Ночи, или же Ледяной Землей, почти весь год дуют холодные ветры. Они не встречают здесь препятствий, например, гор или лесов, в то время как от южных ветров Поле закрывают Стылые Холмы. Потому даже летом здесь холодно, ночами возможны заморозки. Уже в Девятом месяце ложится снег, и морозная, с долгой полярной ночью зима господствует вплоть до Шестого месяца.

Большая часть равнины заболочена, а где болот нет, из-за короткого, холодного и сырого лета почти невозможно земледелие. Урожаи таковы, что их едва хватает дотянуть до весны, в города каждое лето приходится завозить обозы с продовольствием. Иначе тот же Марддар вымрет от голода в первую же зиму.

Но, обделив Поле теплом и плодородием, Боги неслыханно щедры к нему в остальном. Здешние реки и моря исключительно богаты рыбой, моржами, чьи шкуры и бивни очень ценятся на юге. На болотах встречаются целебные травы, которые больше не растут нигде, и которые в Семиградье приходится покупать по баснословным ценам. А главное — самые крупные на обитаемом Мирфэйне залежи каменного угля, железа и многого другого, необходимого Ствангарской Империи. Императоры, не считаясь с расходами, стремились заселить эти земли: прокладывали дороги, строили города. Крупнейшим стал Марддар, столица новой провинции, так и называвшейся — Поле Последнего Дня. Место для города выбрано особо удачно: сюда можно добраться и сушей, и морем, а потом по судоходной реке Марддар, что облегчает подвоз продовольствия. Здесь находятся важнейшие оружейные заводы страны, мастерские, где совершенствуется оружие, и многое другое, необходимое имперской армии.

Не пустуют и окрестные тундры. Всегда находятся смельчаки, что надеются найти в Поле прибыль, благополучие и свободу. Такие селятся по большей части по берегам моря или рек, занимаются рыболовством…

— Совсем, как мы, — усмехнулась Айша.

— Именно, — ответил Базиль. — Их здешнее правительство недолюбливает, но терпит: они продают излишки рыбы в города и позволяют сократить завоз продовольствия. Слушай дальше.

…Некоторые пытаются заниматься земледелием, но это в здешних краях тяжелое и неблагодарное дело. Есть поселки старателей, на свой страх и риск работающих на основанных ими же самими приисках. Власти провинции предпочитают собирать с них чисто символический налог, а добытое скупать подешевле. Важнейшие рудники, впрочем, правительство не доверяет никому, и трудятся там или осужденные каторжники, или наемные работники…

Айша слушала, не перебивая. «Вот бы порадовался мой наставник, если б я так же слушал, — с запоздалым раскаянием подумал Бонар — самый младший. — А то ведь, хоть и интересные вещи старик рассказывал, но так, что можно было уснуть…» Базиль не думал, что все это пригодится, а ведь пригодилось. Прав Раймон — никакое знание не бывает лишним.

Надо выйти к морю и поискать один из рыбачьих поселков. Там они не возбудят ничьих подозрений, а Айша так и вовсе придется, так сказать, ко двору в краях, издавна привлекающих энергичных и предприимчивых. А когда обзаведутся теплой одеждой, пообвыкнутся, можно и отправиться с торговцами рыбой в Марддар, чтобы оттуда начать путь в Эрхавен. Вот почему, когда зоркая Айша, взобравшись на один из холмов, крикнула:

— Да это же море! — Базиль рад еще больше ее. Рыбачьих поселков довольно много даже на берегах Замерзшего моря, и найти один из них, скорее всего, дело одного-двух дней.

— Пошли скорее! На берегу моря больше всего поселков! — объяснил он. И, больше не обращая внимания ни на холод, ни на противно зачавкавшую под ногами воду, быстро идет на далекий блеск. За ним, стараясь не отставать и вздрагивая, когда ноги погружаются в почти ледяную воду, спешит Айша.

Вот путь преградила высокая холмистая гряда, но они взобрались на нее с ходу. Айша поскользнулась на мокрой траве, Базиль успел схватить ее за руку, не дав упасть. Наконец, они поднялись наверх, откуда в лучах проглянувшего сквозь тяжелые тучи низкого солнца сверкали бескрайние морские просторы. Но как же было непохоже это море на привычное обоим Торговое!

Конечно, и в Эрхавене порой бывали страшные шторма, вроде того, приснопамятного, который смел с лица земли поселок «незаконных» рыбаков. И это еще не предел — где-то раз в столетие случались такие ураганы, что гибли даже горожане, если хватало ума поселиться в портовых кварталах или на Базарном острове. Но в то море при нужде можно, стиснув зубы, зайти даже в Междугодье. Здесь же…

Сверкающие там, где на них падали солнечные лучи, и свинцово-серые там, где отражали небо и усеянный валунами берег, крупные волны тяжко, с грохотом обрушивались на землю. Они словно бы стремились проломиться сквозь холмы туда, на бескрайние равнины, и от тупого упорства, с которым они бросались на штурм берега, становилось не по себе. Базилю вспомнились уроки военной истории: точно так же держава Атаргов стремилась поглотить Эрхавен, а потом и остальное Семиградье, вплоть до Таваллена. Последняя «волна» прошла на их глазах. А если все-таки удастся с ней справиться, то будет следующая, а потом еще одна… И так пока одна из них не захлестнет берег… Неужели это — судьба Эрхавена? Или этой последней волной были ночные события в городе? Нет, как пришли, так и уйдут, а не уйдут, мы поможем, зло сказал себе Базиль. Стискивая зубы, они спускаются к воде.

Базиль тут же понимает, что сделал лишнее: очередной вал воды пополам с ледяным крошевом обрушивается на ноги, вымочив по пояс. Лед бьет по ногам, царапает, рвет многострадальные штаны. На горизонте белеют куски льда покрупнее — столкновение с такими сулит гибель даже линейному кораблю, не говоря о судах помельче. От Раймона Базиль слышал о кошмаре северных мореходов, айсбергах, но и представить себе не мог, каковы они в действительности.

Базиль отскакивает, вытряхивая из башмаков воду. Айше проще: если обуви нет, ее нельзя намочить. Намок и отяжелел лишь подол талхи, теперь, после всех приключений, она едва ли сгодилась бы даже для уличных выступлений. Впрочем, Айша полагала, что при наличии времени и ниток подходящего цвета древнему наряду можно вернуть изначальный вид. Этим она занймется, как представится возможность. Пока предстоит найти одно из прибрежных селений, которых здесь штук десять — по меркам Поля Последнего Дня не так уж и мало.

Погода часто, резко и непредсказуемо меняется. То ярко сияет солнце, и становится почти по-летнему тепло (впрочем, «по-летнему» — сильно сказано: в Эрхавене такая погода сошла бы за раннюю весну), то небо застилают непроглядные тучи, так что, кажется, наступают сумерки. И тогда начинает сыпаться ледяной дождь, порой и мокрый снег.

Вечером они остановились в небольшой пещерке в скале, куда не долетал холодный ветер. Здесь сухо, уютно — почти как в доме. Зато, к огромной радости Базиля, обнаружился аккуратно сложенный в недоступной для сырости части пещерки уголь.

— Мы на верном пути, — сказал он, показывая на уголь.

— Думаешь? А если это просто стоянка охотников?

— Конечно, стоянка. Но все равно люди здесь бывают. Значит, до ближайших селений не так уж и далеко. А вообще нам надо хорошенько отдохнуть перед дорогой, а не беспокоиться о пустяках.

— Ничего себе пустяк — еще месяц так тащиться, — присвистнула Айша.

— По крайней мере, мы не можем это изменить. Значит, надо идти и наслаждаться красотами природы… даже если в животе бурчит, — неожиданно криво усмехнулся он.