Чтение онлайн

Но всё завтра, сейчас нужно хорошенько выспаться. Может быть, именно вечный недосып делает его таким нервным. А когда проснётся, так сразу вызовет нянни на тет-а-тет. Во-первых, скажет прямо и открыто, что уже давно пишет для неё стихи. Ей же понравился рисунок. Вполне возможно понравится и другое его творчество. А вдруг нет, и Моргана ждет осмеяние, как Джеймисона? Вдруг ей вообще вся ситуация напомнит об оперативнике и Мурси решит, что катар таким же образом действует? Сначала стихи прочтет, а потом и отравит. Бездна! Зачем только слушался Клару. Давно бы уже признался и точно был бы уверен — взаимны его чувства или нет.

Ладно, стихи отменяются, но обмолвиться, кто его муза, стоит. Сказать вроде: «Меня вдохновили наши с вами обнимашки». Или: «Вы для меня как солнце». Нет, просто: «Муся, вы мое солнышко». Что-то такое, банальное. Не сложное. Начнет помалу, а со временем, когда поборет робость, перейдет к большему. И про двусмысленность обговорить. Чтобы она не сдавалась сразу, если вдруг Морган не понял намека. В конце концов, он — солдафон, Муся прекрасно об этом осведомлена. А у служивых обычно мысли прямые и заточены на исполнение конкретного приказа.

Утро застало Моргана неожиданно скоро. Будильник настойчиво требовал пробудиться. Голова гудела от недосыпания, да и общее состояние напоминало полную изможденность, как будто он умудрился заболеть, простудиться в сырости Ниберии. Хотелось еще немного подремать, хотя бы просто поваляться под пледом, не шевелясь, но катар не позволил себе этого. Он заставил себя вылезти из теплой постели, чтобы точно не пропустить пробуждение капитана. Наскоро размялся, умылся холодной водой и поспешил в общую комнату.

Но надежды на совместный завтрак с капитаном или хотя бы на разговор с глазу на глаз не оправдались. Морган к своему великому сожалению застал Мурси в рубке управления. И мало того, что она уже сидела за штурвалом и направляла корабль к замершей планете, так с ней рядом в прямом смысле слова торчал этот вездесущий Коди! У него что, своих дел нет что ли? Расплылся на кресле штурмана, как кусок желе, сам с кружкой, попивает что-то горячее, глаза осоловелые. Шел бы спать, в самом деле. Или подменил бы капитана. Наверняка, ей даже не предложил ни кофе, ни помощи. Врет, что Мурси ему неинтересна как женщина, а сам настойчиво её преследует.

Сидит, втирается в доверие! Вчера устроил показательные выступления, наверное, хотел соблазнить игрой на гитаре, но капитан его раскусила. Так он сегодня спозаранку, небось не дав, как следует, Мурсику проснуться, хитрит, что сам всё придумал и устроил концерт ради неё. Лживый кворч, для которого важны только приказы от СРС! Никакой гуманности по отношению к ближнему. Беспринципный, готовый идти по головам ради повышения. Сказали, залезть в постель к бедной одинокой женщине, а он и рад! Никаких моральных рамок и ограничений. Сам хоть в зеркало смотрелся?

Мысли о Коди выводили Моргана из себя. Не ревность, нет. В Мурси после вчерашнего катар был уверен. Но какое-то другое странное незнакомое чувство овладело им. Как будто от нахождения рядом такого нечестного на руку юнца, его нянни могла и сама запачкаться. Хотелось подойти, хлестнуть пощечину и заставить Коди проявить должное уважение к такой персоне как Мурси. Заставить его сесть ровно, почтительно протянуть кружку, безапелляционно облегчить труд капитана. Воображение Моргана заиграло, он представил как агент Ко сопротивляется, смеется над его потугами, говорит гадости в лицо. Тогда катар его за это возьмет и укусит! Да, укусит за ухо! Отгрызет, если потребуется! Непроизвольно челюсть капрала щелкнула так, что из глаз искры полетели. Пусть только повод даст!

— Вы чего, капрал? — повернулась к нему Мурси. — Как не родной. Окуковели тут в дверях.

— Просто, — процедил Морган и, развернувшись, ушел. Вот посадит корабль, обязательно вызовет её на разговор по душам и всё, всё про агента Ко расскажет.

— Ка-пец, — по слогам произнес Коди. — При всём уважении, он странный. Стоит, глаза выпучил, челюсть сжал. Я подумал, убивать пришел. И такой: «просто». Тебе не показалось, что он мне сейчас угрожал? Я ведь вчера так выступил! Клара, наверное, ему все уши прожужжала о моих талантах.

— Не проснулся еще, вот и всё, — спокойно ответила Мурси. — С ним бывает. А так, Морик добрейшей души катар. Просто более замкнутый.

— И давно его замкнуло? — гыкнул Коди.

Морган постарался больше не прикладывать усилий к тому, чтобы слушать оскорбительные реплики настойчивого ухажера капитана. То, с какой нежностью Мурси его защищала, грело сердце, хоть и не гасило странного желания поквитаться с Коди. Пусть только повод даст — покажет агенту Ко, какой он добрый катар.

Из медчасти вышла Клара.

— Ты чего? — спросила она друга, проходя мимо.

— Просто, — оскалился Морган, но больше ничего не сказал.

***

Корабль летал на орбите вот уже битый час, ожидая, когда наземные службы космопорта подготовятся к их приему. Как назло ударил необычайный мороз и работа на Илуме замерла, вмерзлась в вековечный лед планеты, без единого шанса вырваться из него по скорому. Оставалось только уповать на надвигающуюся оттепель. Жизнь в радиусе небольшого городка — жилые комплексы, развлекательные центры, даже техника в посадочных доках — застыла, напоминая поставленный на паузу кинофильм. Однако же, в условиях ожидания находились все без исключения, а поэтому волноваться причин не было. Лена, брат Жовани и возможное враждебное сопровождение их встречи застряли на полпути к цели.

Самому же Моргану показалось такое стечение обстоятельств только на руку. Теперь уж он точно не упустит возможность остаться с Мурси наедине, пока Коди увлечен ухаживаниями за Кларой. То, что подруга явно симпатизирует парню, он давно заметил. Это было, пожалуй, единственным искренним проявлением чувств агента, в котором никто ни на секунду не сомневался. И как вчера оступился в общении с Кларой, какую дал позорную осечку своим нескромным предложением, лелеяло надежду, что Дорн и сама может справиться с его настырностью. За подругу Морган больше не волновался.

Но как ни пытался катар выкроить время и возможность поговорить без посторонних ушей, ничего у него не выходило. Стоило капитану покинуть любое помещение, где есть камеры, и уйти на кухню или же к себе в каюту, так за ней следовал Коди. Он буквально накрыл Мурси, словно медным тазом, своим попечительством, не давая ей и шагу ступить без его непосредственного вмешательства, вместе с тем хороня перспективы чувственного объяснения катара с нянни. Чем еще сильней бесил Моргана. За первую половину дня не выспавшийся капрал пять раз вступал с ним в перебранку по незначительным поводам, каждый раз потом ругая себя за горячность. Наконец, разозлившись окончательно, Морган громко и настойчиво постучался в каюту капитана, где незадолго до этого Мурси попыталась спрятаться от чужих глаз, сказавшись уставшей, но и туда за ней увязался агент, не стесняясь громко во всеуслышание добавить, что поможет ей «релакснуть» как следует.