Чтение онлайн

Она скинула ноги с кушетки, напряглась, сосредоточилась, припоминая, как делала это в кошмарном сне, но тут в палату ворвался взъерошенный Христов, наблюдавший видимо за всем через смотровое стекло по мониторам, и пригрозил пальцем.

— Родная, ты точно хочешь меня довести до смерти, да? Нельзя ещё вставать тебе, нельзя, — дрожащим голосом чеканил он, усаживаясь рядом. А потом не выдержал и тоже крепко обнял, целуя в макушку и виски. — Родная, жива, кворченок мой, жива. Хвала Вселенскому Разуму!

— Наставник, вы меня раздавите, — проскрежетала Мурси.

— Жива, — вновь выдохнул Христов и отстранился.

Он глядел на неё, словно сам не верил в собственные утверждения. А Мурси с ужасом рассматривала его. Сморщился весь, глаза потускнели, рыжие волосы превратились в пепельные, а абсолютно белая седая прядь спадала на лоб.

— Это я вас так? — испуганно спросила Мурси и откинула эту седую прядку со лба наставника.

— Не беда, тревоги улягутся, подкрашусь, пройду омолаживающие процедуры, буду как раньше. «Красивым мужиком», — подбадривающе улыбнулся Джес и неожиданно для капитана начала склонятся, явно желая её поцеловать в губы.

Мурси вздрогнула, вытаращилась на наставника и медленно повернула голову в сторону спящего Моргана. Христов на это усмехнулся, в уголках его добрых глаз появилось то приятное лукавство, которое всегда означало, что Джес совершенно не сердится и готов простить всё на свете.

— Всё же давайте попробуем для начала стать просто нормальными учителем и ученицей. Пройдём заново этот Путь, только теперь ровно, а не теми неведомыми тропками, что плутали до этого.

— Хорошо, родная, как скажешь. Знаю я, что Морган достоин сердца и любви твоей больше, чем некоторые. Лене говорил и тебе повторюсь, я подожду, потерплю. А катар смертен, так что всё честно.

— Моту?

— Моту, — спокойно согласился Христов. — Посмотрим, поучимся сожительствовать в долгой перспективе с другими персонами, авось потом и самим легче язык найти друг с другом будет, на компромиссы соглашаться. Послал мне испытание последнее Вселенский Разум не по силам, думал, не сдюжу. Как Шериф умом тронусь. Но, наконец, принял я твою природу, выбрал сторону. Жаль, что такой ценой, но именно шанс навсегда тебя потерять и укрепила мой дух.

— Понятно, — закивала Мурси, но потом отрицательно завертела головой и добавила: — Хотя не очень.

Джес едва слышно рассмеялся и легонько приобнял ученицу:

— Надеюсь, ты никогда этого и не поймешь. По крайней мере, не испытаешь на себе.

— Так и чего делать теперь будем? — зачем-то спросила Мурси.

— Ты восстанавливаться. Куда скажешь, что хочешь, в любом монастыре тебе двери открыты. Я всё оплачу, хоть год на курорте, хоть два, хоть пять, хоть планету тебе куплю, хоть целую солнечную систему. Только повели. А дальше, делай, что в голову сбредёт. Я как наставник накладываю на тебя одно простое обязательство — не забывай обо мне, ладно? Если вдруг беда какая, сразу звони, сообщай, не ставь блоки. Покуда буду знать, что с тобой всё в порядке, так и сам счастливым жить стану.

— А вы?

— А я? — почему-то удивился Христов и прижал ещё крепче к себе. — Тоже буду делать, что в голову сбредёт, — а потом тихонечко запел старый гимн боевых храмовников: — Я три года дома не был. С братом в баню не ходил. Видел я чужое небо, робу износил до дыр. Надо мной темнели тучи, гром гремел, сгущалась мгла, я терпеть судьбой обучен, вера в Разум помогла. Если что каленой хваткой лиходею пасть порву. Буду рад, до правды падкий, послужить в сердцах добру.

— Нас не много и не мало, всех у Разума не счесть, — подхватила Мурси. — Кто в Пути в грехах замаран, а кто сберёг в годину честь…*2 — они замолчали, с нежностью и пониманием глядя друг на друга. И было в этой нежности то отношение, какое всегда и хотелось видеть капитану от наставника. Не скрашенное эротическим подтекстом, влажными фантазиями и прочей греховной атрибутикой смертных. Простое принятие родственной души, которая всегда будет рядом, не отвернется, не предаст. — Ну, без ваших песен и молитв я точно долго не протяну. Но вот что странно! Почему-то в бессознательном состоянии мне казалось, что именно вы, наставник, меня пинаете в зад, заставляя двигаться на голос Моргана.

— Ничего не знаю, тебе привиделось, — замотал головой Христов, но потом озорно подмигнул, расплываясь в добродушной улыбке.

_____________________

1 «Баллада о борьбе» В. Высоцкий

2 «Я три года дома не был» гр. Калинов Мост

Мурси довольно скоро пошла на поправку и уже через пару недель Ян разрешил ей выписаться. Морган суетился рядом, собирая многочисленные рисунки, которые ваяла от скуки капитан, её карандаши, пазлы, игровые приставки и другие скрашиватели досуга, которых в палате казалось неимоверное количество.

— Вы как хотите, но мы летим на Катарсис, — по-доброму ворчал между делом Морган. — Я с дедулей уже договорился. У него поживем. Вы же хотели пообщаться? Вот и повод нашёлся. А чистый воздух, природа, спокойствие деревенской жизни вас быстро на ноги поставят. Буду возить вас в горы на пикники, сходим на рыбалку, научу подсекать. Это такое скрупулёзное искусство, как раз помогает усидчивости.

Мурси на всё согласно кивала, иногда только чересчур громко усмехаясь. Ей нравилась идея пожить немного в деревне, покошмарить местных катаров, а то чё они? А если ещё и не в одном доме с матерью Морика, так то и красота. К тому же, Арик Джорган будет в её полном распоряжении. Вот тут она его и расспросит подробности о матушке. Вызнает всю правду. Насколько сильно сама похожа на Императрицу характером, а не только внешностью. И пока Морган так ворчал, а сама Мурси уже грезила о скором свидании с самым знаменитым в Империи катаром, в палату заглянул Коди.

— О, уже собираетесь? Я за своим падом, оставил вчера, когда показывал новый тетрис в виде котиков. Где он? — Коди заглянул зачем-то под кровать. — Ты представь, сеньорита-капитан, начал потихоньку же разбираться в делах папаши и что нашёл. Проект какого-то очень странного оружия. О, не спеши скисать миной, это не пика и не бластер. Это такое… Такое…

— Какое? — почти равнодушно спросила Мурси.

— Кароче, там только рисунок. Рукоятка специальная, а внутри микросхемы и фокусирующий кристалл. И выходит, когда «дура» эта в руке проводника, то он нажимает на кнопку, маленькая защитная панель отъезжает, происходит контакт с оголенной кожей ладони, и психосила формирует поток плазмы длины и силы, заданными микросхемой. Они называли это — «лазерный меч». И чем больше Сила проводника, тем мощнее этот меч. Слямзили, как я понял, из чертежей, которые нашли в храме какой-то недавно обнаруженной и давно погибшей цивилизацией. Я собираюсь туда рвануть на днях или раньше. Ты как?

— Я лечу! — тут же восторженно заявила Мурси. — Лазерный меч, говоришь? Звучит заманчиво. А что за шайка-лейка его изобретала?

— Какой-то культ. Именуют себя то ли Ситами, то ли Стихами. Такое, тупое название, никак не запомню.

— Так надо этот культ разкультивировать пока не поздно! Летим завтра же. А сейчас скинь мне на пад всё, что нашёл. Всю-всю информацию. А есть подопытные образцы?

— У бати не было, но где-то наверное и есть, раз подробная инструкция начертана. Дать команду, чтобы специалисты с ленкиных заводов собрали?

— Один, на пробу. И кристалл там пусть фиолетовый втыкнут, я люблю фиолетовый цвет, — и Мурси восхищенно просмаковала во рту. — Лазерный меч! Фиолетовый!

— Муся, Катарсис, — наигранно захныкал Морган.

— Морик, «лазерный меч»! Ты только представь!

— Ладно, я бы тоже не усидел на месте после таких новостей, — согласно кивнул Морган. — Ну, тогда в путь?