Сильная и независимая для котика
Шрифт:
— Вредитель! Я только отвернулся, а ты уже мне казенное имущество портишь! — возмутился Лорд Зейн. — И что же вы получили, гости дорогие?
— По морде, — мрачно констатировал Коди. — Ты мне нос сломал, я тебе замок. Можешь считать, что мы в расчете.
— Откуда у тебя это? — Лорд психосилой вытянул отмычку из рук агента.
— Из жопы достал, — огрызнулся Коди.
— Фу, ну и мерзость, — брезгливо отбросил её в сторону Зейн, но потом усмехнулся. — Шутки мне тут шутишь? А я поверил. Неплохо, неплохо. Отличное чувство юмора. Мне почти жаль, что тебя съедят. Но долг, он такой. Знал бы, что работа на СШГ сопряжена с таким количеством официоза и отчетов, в жизнь бы не повелся на их предложение. Впрочем, этому скоро придет конец, когда план, наконец, будет исполнен.
— Кстати о планах, — встрепенулся агент Ко. — Раз уж мы всё равно помрем, может, расскажешь, для чего вам такое количество неуправляемых мутантов? Не будут же эти звери и в самом деле добывать вам порошок?
— Ага, сейчас всё по полочкам разжую! Держи ширинку шире! Ну, даешь. Простой как одна кредитка. Умрешь в неведении. Сымай штанцы.
— Что? — не понял Коди.
— Снимай штаны, говорю! Не любит мой питомец неочищенную еду. Пойдешь в труханах на него. И куртку. Всё сымай.
— А я? — набравшись смелости, пискнул Малыш.
— О, ты еще жив, зеленый? Я думал, у тебя сердечный приступ или что-то в этом роде случилось. А ты, шнурок, прикольный чел, если бы была возможность, продал бы тебя в цирк. Такого труса с руками и ногами оторвут. Вот что бы ты сделал на арене, интересно?
— Ничего, — обреченно вздохнул Бобби. — Не надо отрывать мне ни рук, ни ног.
— Самонадеянно! — хохотнул Зейн. — Ладно, пойдешь провожатым. Сомневаюсь, что моим мутантикам по вкусу плесневелые твилекки, однако! Получится прекрасное извращение. Друг умирает на глазах друга! Какая драма, трагедия, глубокая психологическая травма! Изловлю после, если жив останешься, и точно продам, а в отчете напишу, что окочурился от остановки сердца. Можешь не раздеваться, с тебя толку всё равно нуль. А ты, рыжий, не тяни время, сымай, кому говорят!
— Отвернись, я стесняюсь! — изобразил невинность Коди, а сам первым делом стянул свой холофон, бросил его в руки Бобби, и только потом разделся до трусов.
— Ничего такой, юзабельный, — оценивающе, подмигнул ему Зейн и протянул руку, чтобы взять одежду. — Может быть отложить веселье и..? Впрочем, нет. Рожа у тебя страшная.
— Всё благодаря кому? — оскалился Коди. — До встречи с тобой, я был неотразим ни в одной луже местного болота!
Агент подал Лорду на вытянутой руке одежду, а другой молниеносно сделал выпад и вколол оба шприца с обезболивающим в район шеи, где — он точно знал — проходил самый широкий канал психосильной системы держателя Силы.
— Ах ты, кворч! — заорал Зейн и выпустил молнию в Коди, отчего тот отлетел к Малышу.
Но на этот раз сознания он не потерял, и хоть ожог красиво разлетелся сеточкой по его груди, агент Ко начал безудержно хохотать, словно обезумевший.
— Что это? — остервенело выкрикнул Зейн, выдергивая из себя застрявшие шприцы. — Яд какой-то? Ха, не у нас ли ты его украл? Если нет, мне бояться нечего. Ха!
— Обыкновенные транквлы, — радостно сообщил Коди, не переставая смеяться. — Я сам под ними. Это же весело!
— Обезболивающее, — засмеялся в тон ему Зейн. — Ты хотел облегчить мою боль от вида своей отвратительно рожи?
— Типа того, — хохотал во всю Коди и тихонько подначивал Малыша локтем, чтобы и тот включился в эту странную игру. — Не говори мне, что я ничего для тебя не сделал!
— Что? — испуганно спросил Бобби и, поймав многозначительный и совершенно серьезный взгляд своего напарника, тоже засмеялся. — Смешной он иногда бывает, прям до ужаса.
— Смешной ужас, — заржал в полную силу и Зейн. — Если мы нарядим моих вакуйев в одеяние Императора, вот это будет смешной ужас. А вы так, ужасный смех, да и только!
— Все умрут со смеху! — в голове Коди мгновенно созрел очередной божественный замысел. — Да и вообще! Они и без этого смешны! Как такие бездумные животные будут сражаться? Мозг у них крошечный, а зубы громадные. Мутанты неуправляемы, это всем известно!
— Это пока! Но ты недооцениваешь смехотрепещущую животную ярость, — стек по решетке Зейн прямо на пол, опираясь спиной о прутья. Смех душил его, заставляя задыхаться. — Я уже предвкушаю лица регулярной армии и отсупников, когда мы вошьем в черепа мутантов стимулятор, закачаем туда программу «покорность» и дадим им лидера. Вот смеху-то будет!
— Очень смешно! — истерично заливался Бобби, с удивлением отмечая, что это помогает ему также справиться со страхом. — Но зачем? Если йонгей один способен уложить всех! Или уже не способен? Боитесь, вас с аурой засмеют остальные Лорды?
— Смертные! Какие же вы тупые! — Зейн на карачках пополз к Бобби. Коди тут же откатился в сторону, уступая место. Лорд крепко обнять твилекка за плечи, прижал к себе и очень искренне, счастливо просветил: — Я обожаю вашу тупизну! А ты такой зеленый и мягкий! Дружище, как жаль, что ты сдохнешь! Это даже смешно! Я сам отправлю тебя на смерть, а мне жаль.
— Так может, вы нас отпустите? — несмело предложил Малыш. — Останемся друзьями, я буду писать письма и для потехи бояться вас всеми фибрами своей души! И ваших зомби-мутантов тоже. Всех! Пусть они сегодня походят голодными, а? Дайте им травку пощипать или может быть плесень облизать. Что-то же еще едят вакуйи кроме заблудившихся туристов.
— Юморист, видит Разум, юморист! — пуще прежнего засмеялся Зейн. — Признайся мне, ты понятия не имеешь, что едят вакуйи! А тем более мутанты. Да, что там рацион. Ни один смертный в целом свете даже не сможет отличить настоящего от поддельного!
— Этот тоже не отличит! — подхватил, вставая, Коди. Он испугался, что серьезность Малыша собьет с настроя опьяненного Лорда и поспешил исправить ситуацию: — Этот зеленый мне рассказывал, что вакуйи гнезда вьют на деревьях, представляешь! На деревьях, Зейн!
— А это отличная идея! Ну, зеленый, голова! Дай расцелую! — и Лорд действительно звонко чмокнул Бобби в лоб.
— Щекотно, — хихикнул Малыш.
— Кавот же хочет просто выпустить пару мутантиков в оживленных городах по всей галактике, чтобы повернуть остальные расы против Палачей. Но мы же можем обставить всё красиво и поржать как следует над реакцией!
— Что за еступидез! — посерьезнел на миг и Коди. — Кому пришло в голову формировать вакуйевый десант в столицах? Еще и ополчать галактику против Палачей?
— Это ты — ступидез, самый настоящий! Не нужно недооценивать вакуйев. Палачи опасны, они нечувствительны к Силе. А вот когда не станет ни их, ни иногурианцев, ни этих, как их там, забыл… А почему мы об этом говорим? — встряхнул головой Зейн.
— Потому что дурацкий план, и Кавот твой — дурак! — дал новый импульс к веселью Коди, с жадностью ловя ответную реакцию оппонента. — Как можно повернуть против одной расы целую галактику?