Чтение онлайн

— При чем тут пятки? У твоей новой подруги грибок? Подари ей зонд, — засмеялся было Коди, и вдруг осознал, в каком плачевном состоянии находится сама Мурси.

— Найди скайтрей, он где-то рядом, — последнее, что пробормотала она, и упала без сознания в объятия Ванно.

__________________

* «Гимн шута» Король и Шут.

Мурси стояла на четвереньках, уткнувшись взглядом в каменную породу под собой. Тело не слушалось. Казалось, оно превратилось в толстую извилистую структуру, отяжелело под натиском мутировавших клеток, отрастило себе дополнительные конечности и не меньше дюжины хвостов. И все эти конечности с хвостами агонизировали в предсмертных судорогах.

Нужно двигаться дальше, чтобы не застрять. Из последних сил капитан переставила окровавленную ладонь, приближаясь еще на полсантиметра к цели. Подтянула сбитое колено. Следующая израненная ладонь, следующее разбитое колено. Не останавливаться.

Острые мелкие камни впивались в кожу и, казалось, начинали блуждать под ней, потому как болело всё тело. Режущая, огненная хворь разрывала бок, колола лёгкие, ломила кости. Густой, как грибной коктейль твилекка, воздух отказывался проникать внутрь. Он натыкался на препятствие почти сразу за языком и скапливался в горле, раздувая шею, подпирая челюсть. Будто Мурси нечаянно проглотила булыжник, а тот застрял, мешая кислороду пройти.

Немезис — пустующая планета кошмаров, полная немого ужаса. Живой туман осязаемо давил на хребет, приковывал к земле, не давал встать и идти. Но, чтобы выжить, нужно доползти до точки впереди. Да, Мурси отчетливо вспомнила, что во всех своих снах ей нужно было куда-то добраться. Куда?

«Я есть Сила, но Разум направляет меня», — сквозь боль выдохнула капитан, в надежде разжать угнетающие тиски Зова самой планеты. «Нет эмоций, лишь покой. Не неведение, а знания. Нет страстей, есть безмятежность». Впервые в жизни она искренне молила о чистоте Разума, принимала заповеди, всегда казавшиеся ей бредом. У этого сна обязана быть разгадка. Хватит слепо двигаться во тьме, пора сосредоточится на развязке Пути. «Отринь Хаос и стремись к Гармонии. Не Сила ведет Разум, но Разум управляет Силой».

Белый и липкий дым отступил, словно живой, как только Мурси усмирила неистовство агонии, отрешилась от боли, разделила дух и тело. Восстановился первый психоблок против Тёмной Материи, смешавшейся здесь с туманом. Дышать стало проще, лёгкие больше не горели, а движения сделались свободней. Наконец, Мурси смогла задрать голову и отлепить взгляд от бесконечных камней под собой. Что ты хочешь показать, Немезис? Куда направляешь?

В тягучем мороке заряжённой атмосферы маячила небольшая гора с идеально круглым входом в пещеру. «Знания», — прошептала Мурси, вглядываясь в неё, силясь переставить руку. Не скальная порода, не песчаник, не чернозем. Словно органическая груда плоти, гора пульсировала. Можно было даже угадать ритмичность пульса. И каждый раз, с новым тактом, она будто вспыхивала сотней ярких разрядов. Живое, дышит. Ждёт её.

— Komm her, bleib hier, — позвала пещера.

Именно этот голос всегда и слышался самым громким в Зове. И в то же время он был близок с детства, запечатанным в Сознание с рождения. Не мать, но кто? Упорно молит о встрече, манит, по какой-то причине ждёт на Немезис. Не враждебный, скорее, наоборот, успокаивающий, дарящий надежду и… твёрдую как камень почву под ногами. «Отринь Хаос, стремись к Гармонии».

— Иду, — твёрдо прошептала Мурси, протягивая руку вперёд.

***

Капитан резко открыла глаза и попыталась сесть.

— Девчонка, лежи, — заворчал Ванно, выронив из-за её резких движений пинцет из рук. — Мне и так дали оборудование для лилипутов. К тому же дай своим рёбрам хорошенько отдохнуть, их только что собрали в единое целое.

— Где Морган? — выпалила Мурси застрявший в голове вопрос.

— А как же «Ванно, я тебя так рада видеть!»? И что-то там про старика?

— Где Морган, старинный противашка? — капитан позволила себе откинуться обратно на подушку и немного успокоиться.

Она на корабле, Ванно рядом и в доброжелательном расположении духа. Значит, должно быть, у него всё под контролем. А вот тело и впрямь ломило, но не так сильно, как во сне. Вихрем пронеслась перед глазами схватка с Лилей, останавливая фрагментарно воспоминания именно в тех моментах, в каких сама Мурси получала увечья. Да, ей хорошо досталось. Давненько не приключалось с её тщедушным телом таких «органических повреждений». И как ещё удалось настолько долго продержаться и, вообще, выстоять? Поистине удивительны высоты, до которых взбираются физические показатели, когда Разум сконцентрирован на решении определённой задачи.

— В медчасти твой катар. Над ним сейчас колдуют сразу двое — мальчик и баба. А Ванно колдует над тобой. Надо вытащить крупные осколки, а то эти ваши наноботы возиться будут лет сто, не меньше. А Ванно так со скуки помрет. Так что лежи спокойно.

— Что с Морганом? Конкретней! Его сильно помотало?

— Почти размотало. Ничего, ничего, выкарабкается. Забацали ему искусственную кому, плавает в чертогах Разума. Утыкан шприцами как торт на юбилее агента Ла. Правда, нужна пересадка кожи. В запасах бабы, как понял Ванно, нет ни материала, ни инструмента, ни опыта. Лежи, я сказал. Всё равно ты ничем не поможешь, а вот сделать себе хуже, так это запросто. И с кем Глава Рода вакуйев в спарринге меситься будет? Нет, доводить себя до агамогенеза* тебе никак нельзя.

— Жена научила так интеллихэнтно ругаться? — хмыкнула Мурси и максимально расслабила руку, зажатую в лапищах друга.

— Конечно. Моя Элли такая всесторонне развитая, не по годам! Она знает и партеногенез, и агамогенез, и еще уйму умных слов! — улыбнулся в ответ Ванно, возобновляя работу по вытаскиванию особо крупных осколков стекла, засевших во всех мыслимых и немыслимых уголках тела напарницы. — Обидно! Не прилетела, не познакомилась.

— Она бы меня пристукнула одной оплеухой вместо «здрасте-пожалуйста». И было бы поделом! Всё же за такого мужика, как ты, я бы и сама кого угодно ухайдохала.

— То-то же, — растаял компаньон. — Но не переживай, ты своё получила от другой бабищи. Ванно обязательно поведает об этом Элли. Кто такая эта «Дракон»?

— Одна из Трех.

Вакуй на секунду замер, пристально посмотрел на Мурси, силясь распознать, не врёт ли та, и замолчал, обдумывая новую информацию и что полезного из неё можно выудить. Капитан же с благодарностью приняла эту передышку. Попусту говорить ей совсем не хотелось, тем более что даже такое пустяковое дело отнимало часть накопившихся за короткий сон сил.

Тишину нарушал только звон стекла, падающего на тарелку. Плоская и неглубокая, приспособленная товарищем в качестве мусорной тары, она стала якорем, за который зацепилось сознание капитана. Поверхность уже окрасилась разводами красной крови, а на середине горкой лежали бесформенные кусочки, переливаясь радугой в свете тусклой лампы. Вот что восприятие окружающей среды трансформировало в острые камни сна. А поломанные рёбра, видимо, перетекли в горящую атмосферу на Немезис.

Интересно, имеют ли кошмарные видения под собой какую-то основу или это тоже игра подсознания? Невнятные страхи остаться в одиночестве, всеми брошенной и покинутой? Наедине с Зовом? Не обуздать внутреннего демона и однажды стать полной копией матери? Частица к частице, плоть к плоти, паразит к паразиту. От этих мыслей капитана охватила волна жути. Пока Мурси — «клон» и всего лишь «дочь греха», есть призрачный шанс найти свою «самость», стать другой. А вдруг не справится? Не унесёт? Не выдержит? Слишком многое капитан узнала о своей прародительнице через прикосновение к Лиле, о чём никогда бы не хотела даже догадываться. Пот покатился ручьём, физическая боль усилилась.

— Подбавить обезбол? — обеспокоенно спросил Ванно, заметив изменения. — Тебя всегда отпускает быстрей, чем хотелось бы.

— Сколько ты уже всадил?

— Половину, как обычно….

— Достаточно, — поморщилась Мурси. О матери и Немезис она подумает позже, когда восстановятся резервы организма. Сейчас нет сил. Главное, Котик жив. На том и следует сосредоточиться. — Куда мы летим?

— Это у Крепыша осведомиться надо бы. Он тут бегал по потолку и рвал на себе волосы, а потом умотал в отсек управления и всё. Наверное, на базу.