Чтение онлайн

И они проговорили до самого обеда. К ним присоединился и Коди, и Боббьер, и Морган, когда проснулся.

**

Христов хмуро смотрел через стекло на мониторы. Команда Матильды была в сборе и все толпились у её кровати. Джесу хотелось одного — быть там, рядом. Слышать, как ученица дышит, не сомневаться. Но он не мог.

Больше всех его раздражал Морган. Катар постоянно крутился возле постели, беспрестанно поправлял подушки его маленькой Матильде, мазал кремом места крепления кислородных трубок, грел руки, укутывал ноги. Это всё должен был делать Джес собственнолично, а не какой-то смертный капрал! К тому же поехавший наркоман. Но и подвига его Христов не замечать не мог. Как только Ванно рассказал подробности нахождения этой парочки, в голове Джеса сразу выстроилась взаимосвязь. Катар прикрыл собой его девочку, его малышку. По сути, спас ей жизнь, по крайней мере, попытался, и отрицать этого Христов права не имел. Отчего Морган бесил его ещё сильней.

— Что там происходит? — озадаченно спросила Лена, подойдя к стеклу. — Чем они там все занимаются? Ей покой нужен.

— Полагаю, они разговаривают. Решили, раз Мила не участвует в их жизни, так выстроить жизни вокруг неё. Смертные…

— Ну, по сути, примерно это и мы с тобой раньше делали. Выстроили нашу жизнь вокруг Мо, сделали её своим центром. И чуть не потеряли.

— Не напоминай, — вздрогнул Христов и громко сглотнул. — До сих пор глаз сомкнуть я не в силах. Может быть, метод разговора и сработает. Связь же с ней крепкая, чувствую я, просто Матильда не откликается, будто в клетке заперта. Может и нам следует позвать ее? На таком, тонком уровне?

— Хм, смысл есть. Ментальное очищение от душевных хворей, как ты Шерифа пытался лечить.

— Пытался да не вылечил, — Христов замолчал, в очередной раз проживая угрызения совести. Потом с досадой и нетерпением проворчал: — Чувствую себя таким ущербным на его фоне. Он делает и приходит к успеху, даже жив остаётся. Я берусь за что-то и проваливаю…

— Ты про Моргана? — слабо хохотнула Лена, замечая как катар целует руку сестры и трётся о неё щекой. — Это норма. Всякий рядом с ним чувствует себя ущербным. Расслабься. И сейчас действительно было бы хорошо, если бы его план сработал. Ты же понимаешь, что он как раз и подходит нашей Мо как никто другой? Ни ты, ни я. Не станешь, надеюсь, мешать?

— Знаешь, мы ведь действительно привыкли обозначать свое счастье через Матильду. Но у неё самой даже не спрашивали. Конечно, я мешать не стану, достаточно будет, если она просто выживет. Пора и нам становится на Путь двумя ногами. А я подожду, сколько потребуется. Не привыкать. Но сейчас давай сосредоточимся на Миле и попытаемся распутать ментальные оковы, сковывающие её.

***

Мурси очнулась в привычной пещере из своих кошмаров. Ей показалось, что очнулась, так как заторможенность мыслей всё ещё присутствовала. И ужасно болело тело. Она попыталась ощупать себя, осмотреть, но не смогла пошевелить ни пальцем, ни веком. Пригвоздил её Дуку все-таки к камню, на котором когда-то и сама она появилась на свет. Запустил последний извращенный эксперимент. Довёл до предсмертного состояния и теперь ждёт, разродится или нет.

И такая злоба овладела капитаном, что она решила лучше уж умереть, но выжить! С силой дёрнула рукой, да только прикована та была крепкими цепями. Вообще, вся Мурси оказалась опоясана тросами и удавками, по горлу проходили, по лицу, по ногам и рукам, по талии. Капитан истекала кровью, не жива уже, но до последнего бьётся, не соглашается с участью. Сейчас, сейчас, вот ещё немного сил подкопит, и с камнем на спине двинется, а потом этим же камнем самому Дуку по морде и двинет! Так двинет, что мало не покажется!

Долгая, мучительная борьба с оковами выпила последние силы. Мурси устало вздохнула. Излишне самонадеянно. Как обычно. Слишком уж хотелось верить в счастливый исход. Не сдаваться до последнего, бороться. А ради чего? Чтобы вновь гоняться за призрачным счастьем? Вновь бесцельно проживать свои дни, не зная, куда деть себя, не имея возможности подстроиться ни под одну социальную систему? Ни в Империи, ни в СШГ, ни даже среди пиратов не найдя себе места? Мурси же давно хотела самолично выйти в открытый космос и закончить всё, так вот ей и представился отличный шанс. Зачем она только оттягивает свой конец? Зачем увеличивает срок собственных страданий?

Но вдруг почудился тихий и слабый голос Моргана. Слов не различить в мутной атмосфере, давящей на грудь, но то, что это произносил Морик, сомнения не оставалось. Хотя бы ради него! Хотя бы ради ещё нескольких сладостных моментов объятий с любимым Котиком. Следом почудились голоса остальных: Ванно, Коди, Бобби и Иржи, даже Клары. Они забавно гомонили, сменяли друг друга, словно выступали на симпозиуме. Что-то проповедовали, и Мурси отчетливо понимала только одно — они её зовут. Зовут жить, вырваться из плена.

Капитан собрала всю оставшуюся волю в кулак, опять дернула рукой, и на этот раз ей показалось, что за эту же руку её потянули и наставник с Леной. Цепь лопнула. Вторая рука, ноги, голова — всё освободилось, рассыпались путы под натиском психосилы трёх сильнейших в Галактике детей Первородных. Мурси тяжело дышала, хотела дать себе немного времени отдохнуть, но вдруг ощутила больной пинок в бок. Точно наставник её мотивировал на борьбу. Только он так обычно делал.

Капитан скатилась с камня и кое-как встала на карачки. Поползла на голос Моргана. Опять саднили колени, опять сдиралась кожа на них о мелкую щебёнку пещеры, опять под ногтями пыль и пепел. Но Мурси продолжала двигаться вперёд, а когда останавливалась перевести дух, ощущала всё те же болезненные пинки то от Лены, то от Христова, то от обоих сразу. Сердилась на них и эта злость придавала дополнительные силы. Сжав зубы, Мурси продолжала ползти к свету, к голосу, к родным.

***

Мурси открыла глаза внезапно. Ей действительно трудно было дышать, тело её действительно оказалось обвито множеством кабелей и трубок, а кислород в легкие подавался через помпу. На груди умастил тяжёлую голову Морган и прямо так, сидя, придрёмывал, продолжая сквозь легкий сон нести какой-то бессвязный бред про кузькину Мать, пана Бобуся и всех катар разом, которые выжили только благодаря капитану. Мурси с усилием приподняла руку и тут же обрушила её на затылок Котика, с наслаждением распуская пальцы в мягкой шерсти.

Морган приоткрыл сонные глаза, поморгал, непонимающе глядя на свою нянни, и медленная улыбка растеклась по его лицу, а следом закапали самые настоящие слёзы.

— Ты че это, Котик? — слабо хмыкнула Мурси. — Поехавший?

— Просто счастье в глаз попало, — ещё очень заторможено и тихо пробормотал Морган, однако до него резко и окончательно пришло осознание произошедшего, и он с силой обнял любимую. — Муся, Мусинька, радость вы моя, говорите, говорите со мной.

Но в палату тут же просочились Ян, Клара и с десяток других помощников в медицинских халатах, оттолкнули Моргана и принялись измерять показания, сканировать, вкалывать какие-то лекарства, перебинтовывать и клеить пластыри. Работа закипела, поднялся такой страшный гомон, что ничего, по крайней мере, капитану, понять решительно не оставалось возможным. Она только неотрывно смотрела на Моргана, который всё так же стоял позади, и улыбалась ему, а он улыбался ей, совершенно не стесняясь своих «слез счастья».

Когда всё закончилось, отряд опять собрался кружком возле Мурси и опять повторил наперебой ей все героические приключения, и как они сидели возле неё и рассказывали самые сокровенные свои мысли. И как Морган не хотел верить в прогнозы, и целую неделю не отходил ни на шаг, сам отчаянно нуждаясь в медицинской помощи. Вскоре капитан утомилась, и гости покинули палату. Морган к тому моменту уже спал крепким сном на тахте для посетителей, и Мурси сама хотела последовать его примеру, только решила для начала встать да попробовать дойти до раковины, умыться и уже потом опять лечь и поспать. Нужно потихоньку начинать восстанавливать свои движения.