Чтение онлайн

Но теперь ее ворчание не злило, только забавляло. Трюк удался, отчего же не покуражиться? А кровь - что, впервой что ли?

– Подумаешь! В горах куда хуже было, - Адалан усмехнулся и добавил: - Особенно магистру Датрису. Его-то вообще расплющило.

Жадиталь опустила руки, чуть отодвинулась и ничего не ответила. От молчания ему стало неловко. Опять он сделал что-то не то... неуважительно отозвался о Датрисе? Так тот заслужил - все пять лет только и делал, что изводил при каждом удобном случае. И вроде бы с госпожой Жадиталь особо дружен не был. Она что, за земляка обиделась? Адалан хотел прямо спросить, в чем дело, извиниться, если виноват. Да хоть просто сказать что-то, чтобы разорвать тишину. Но не решился. Госпожа Жадиталь заговорила первая, тихо, ласково, вовсе не обижено, как он думал:

– Зря ты так. Армин, Датрис, даже магистр Майяла хотят тебе только добра. Да, они могут быть строги, могут казаться тебе несправедливыми, предвзятыми. Тебе с ними сложно, понимаю. Но ведь ты тоже не всегда прав, не всегда добр и справедлив, так и они. Они такие же люди. Попробуй не враждовать с людьми, а подружиться.

– Зачем?
– он опять почувствовал, что сердится.

Да что ж такое? Никак у него после возвращения не клеится: то на Доду разозлился, как будто не знал, как он перед Кайле важничает, то вот теперь на госпожу... Только что готов был прощения просить, потому что думал, что обидел, причинил боль, и сразу злится.

Но это неправда - не больно ей. Просто надо как-то в душу влезть! Не так, так этак заставить его слушать и слушаться. А если ему не надо? Не хочет он и не будет.

– Зачем мне понимать их, прощать?.. Говоришь - люди? Так и ты человек, и учитель Дайран, но вас мне почему-то понимать не сложно...

– Потому что я уезжаю, - перебила она.

Адалан осекся на полуслове. Как? Куда?! Она ведь только что приехала! Даже не отдохнула после таких тягот и опасностей! Неужели ее снова куда-то посылают? Не может быть. Это попросту нельзя, нечестно! Он хотел спросить, но не успел собраться с мыслями - Жадиталь ответила сама.

– Домой, Золотце. Я уезжаю в Бергот и пришла попрощаться.

– Уезжаешь совсем?!

– Во всяком случае, надолго. Когда вернусь... если вернусь, ты уже из белых одежек вырастешь. Быть может, сам отправишься в путешествие.

– Но почему?

Новость была столь неожиданной, что невозможно было поверить. Он и не верил, спрашивал и все еще надеялся, что она вот-вот скажет: шутка! И рассмеется.

– Я объясню, - госпожа Жадиталь в самом деле улыбнулась, но не так, как он надеялся, а виновато и грустно, будто заранее прося прощения.
– Ты ведь уже дорос до таких историй?

Но заговорила не сразу. Он не торопил, ждал, готовый слушать.

– Степняки - темный народ, - начала она, - не поняли, что мы пришли помочь, злились на нас, винили. Особенно те, у кого умерли близкие. Один из них так горевал и ненавидел, что решился на убийство... он застрелил меня, а хааши Шахул спас.

Последнюю фразу она произнесла так быстро, словно не хотела говорить и думать об этом. Или, может быть, это ради Адалана, чтобы он не успел задуматься и осознать? Но он уже знал... не знал, догадывался. Ведь с ним был Сабаар, который все чувствует и понимает. Был бы он здесь...

От этого Адалану и в самом деле стало больно и одиноко: все его покинули. Вот и госпожа Жадиталь тоже.

– Я обещала хааши Шахулу, что рожу ребенка, - продолжала госпожа Жадиталь.
– Выберу достойного и попрошу. Я выбрала Армина и сдержала слово.

– Это из-за него? Он тебя обидел?! Да если он оскорбил тебя!..

Он чуть не подскочил на ноги, Жадиталь успела подхватить его за тунику и вернуть на место.

– Нет, Лан, сядь! Упадешь еще. Не обижал меня никто.

Адалан, и правда, чуть не упал, поэтому послушался. Она с улыбкой потрепала его кудри, приобняла за плечи. Он позволил - очень уж хотелось, чтобы ничего не менялось, чтобы как в детстве магистр Таль оставалась его внимательной и доброй советчицей, кем-то вроде старшей сестры.

– Думаешь, я беспомощная, и меня легко обидеть или оскорбить?

Адалан замотал головой, вовсе он так не думал. Каждый знает - оскорбить магистра себе дороже. И все-таки она не была первородным магом. Что может простой человек против вершителя?

– Армин самый достойный, не зря же я его выбрала, - продолжила Жадиталь.
– Но теперь я должна стать мамой, а не магистром, понимаешь? А он... он ничего такого не должен. Ребенок - это ведь навсегда. Нельзя заставить кого-то платить всей жизнью за одну ночь.

Вон в чем дело! Но это не страшно. Это, Адалан был уверен, легко уладить.

– Госпожа, не торопись: Армин придет, и я с ним поговорю. Не волнуйся, грубить и спорить не стану, просто объясню, как это важно, чтобы он был с тобой и с ребенком. Я смогу убедить, я знаю как горько одному, без семьи. Он все поймет, и ты сможешь спокойно остаться.

– Он и так просил меня остаться и растить дитя вместе...

– Тогда почему?
– не понял он.
– Почему ты хочешь уехать?!

Адалан отстранился, чтобы видеть ее лицо - все еще не верилось, что она серьезно.

– Я прошу остаться, Армин просит остаться, а еще Доду и Ваджра, они знают?!

– Чему могла, я их научила, могут пройти испытания и вернуться домой. Или учиться дальше, как пожелают... И вообще, мальчик, почему я должна тебе что-то доказывать? Просто поверь: я знаю, что делаю. Так будет лучше для всех.

– «Так будет лучше!» - Адалан вскочил на ноги так резко, что лестница пошатнулась, и Жадиталь невольно ухватилась руками за полку.
– Все на свете знают, что лучше, а что - хуже! Ты знаешь, что лучше для Армина? Ты его спросила?! Может, ты спросила меня?! Да кто дал тебе такое право - решать, что лучше!..

Он чувствовал, что слишком зол, недопустимо, что ярость белым пламенем уже выжигает нутро, и остановить ее надо сейчас же, пока еще может, но не хотел - хотел наоборот, разозлиться еще больше, чтобы она наконец поняла!..

– Да что случилось, Лан?.. Ты же тут все спалишь... сядь.

– Лан, сядь! Лан, встань! Лан, делай то и не делай этого! Целыми днями только и слышу: маг должен, маг не должен! Обязанности и ответственность, ответственность и обязанности... но кто из вас думает об ответственности?! Магистр Жадиталь взяла и решила, что Армину не нужен его сын, а я могу прожить без лучшего друга!

В носу вдруг нестерпимо защипало. Он плюхнулся на несколько ступеней ниже и уткнулся носом в колени.

– Госпожа, я не знаю, что мне делать... я всех теряю... я теряю всех и все так сложно... Хасмар, дед, мои... настоящие родители... теперь и ты уезжаешь. Не уезжай!

– Золотце, милый мой, - Жадиталь обняла его, не обращая внимания на кровь, пятнавшую рукава платья, - неужели ты думаешь, что мне так легко уехать? Тут все, что мне дорого: и моя работа, и друзья, и ученики; Армин, ты... да я и сама не знаю, как буду жить без вас! А ты ведь не одинок - у тебя есть Сабаар. И Кайле.