Синдром рыжей мыши
Шрифт:
Он большой и сильный. Не позволит ничему случиться.
Взвизгнула, когда они проплыли под струёй воды – туда и обратно несколько раз – и восторженно заохала, как только поняла, что вода вокруг них закручивается в водоворот,и щекочет,и гладит кожу, словно не вода, а живой человек. Или по крайней мере водный дух.
– Здорово, правда? – спросил Драго,и Ева, кивнув, закричала:
– Да-а-а-а-а-а-а-а!
Голос её повторился в окружающем пространстве несколько раз, оставив от себя только гласную букву: «а-а-а-а!», «а-а-а-а!», «а-а-а-а!». И было даже в этом эхе столько воcторга, что Ева засмеялась, ощущая, как Драго осторожно снимает её со своей спины и сажает на какой-то камень.
– Посиди тут немного. Чувствуешь, как двигается вода? Если не шевелиться, это особенно удивительно. на будто живая.
– Ага…
Вода толкнула Драго вперёд, и он чуть не упал, но удержался – оперся ладонями о камень по обе стороны от Евы и приался к ней всем корпусом. Боясь, что он всё-таки грохнется, она сомкнула ноги позади его тела и обняла за шею.
Поза получилась – двусмысленнее некуда… Да еще и эта вода, поглаживающая кожу… И не спасало даже то, что она была холодной.
– мне нравится, – шепнул Драго Еве на ухо,и она улыбнулась.
– Не сомневаюсь.
Губы его, скользнувшие по её щеке, были горячими, и обжигали, и плавили, и заставляли забывать всё на свете, особенно – здравый смысл.
Но о каких смыслах можно думать, когда тебя так бережно обнимают, лаская спину? Когда два дыхания смешиваются в одно – и целуешься, целуешься, целуешься… будто в последний раз. Или в первый.
И голoва кружится так, словно ты только что слезла с карусели…
– Возвращаемся?
– сказал Драго тихо, почти не отрываясь от губ Евы,и, дождавшись кивка, подхватил её на руки и молча понёс по направлению к берегу.
– Я могу сама, я же умею плавать.
– Сиди.
И она сидела. И только почувствовав под ногами камни, сделала быстрый шаг назад, боясь, чтo Драго захочет продолжить то, чтo они начали там, возле водопада.
Он хотел – Ева поняла это, опустив глаза вниз, к его бёдрам. Да она, по правде говоря,тоже хотела…
Но нельзя, нельзя в жизни делать только то, что хочется!
– Я тебя прошу, не нужно.
– Без проблем, - ответил байкер с иронией и даже отвернулся.
– Одевайся скорее, а то замёрзнешь.
– Спасибо, - сказала Ева с благодарностью и рассмеялась, когда Драго едва слышно пробурчал себе под нос:
– Да я вообще святой…
Дэн
Эта ночь прошла без эксцессов. Потому, проснувшись, я сразу как-то напрягся. Не к добру это затишье, ой, не к добру.
Да и рыжий вызывал тревогу. Вчера он вмазался мне в колено довольно ощутимо, но быстро поднялся и почти не морщился при ходьбе. Драго еще приговаривал: «Саня у нас крепкий орешек,и орешки у него кремень!» Вот только у таких травм могут быть отсроченные последствия. К тому же мелкий, свернувшись калачиком,тихонько постанывал во сне. Так что первым моим вопросом, едва Саня зашевелился, был:
– И как твои яйца?
Он долго смотрел на меня, сонно моргая и медленно разгораясь ушами.
– А-а… почему мои? Не я же их нес… О-о, мои?.. Мои – норм… – Он ощупал себя между ног.
– Ничего не болит.
– Хм,и что же тебе снилось?
– Раз уж в пеpвую очередь при вопросе о яйцах вспоминаешь яйца куриные, то свои таки не беспокоят.
Парень совсем смутился, пожар с ушей перебрался на щёки и даже на лоб.
– Неужели та девчонка, которая тебе вечером массаж предлагала?
– прищурился я, с трудом сдерживая улыбку.
Саня закрыл лицо руками и кивнул. О, я его понимал. Первые эротические сны – вещь смущающая.
– Не парься, всё нормально. И ты зря, кстати, отказался. Дита редко кого к себе зовёт, но уж если зовёт… Да Стас бы себе руку отгрыз, если бы она обратила на него внимание.
– ты?
– М?
– Тебя она звала?
– Нет, когда бы?
– Ну ты же её знаешь…
– -а,так она наша легенда. Её все знают. Правда, не все познали. А познавшие летают на крыльях. Некоторое время. Долгих отношений она не заводит… но для первого опыта партнёрши лучше не найти.
– Что ж ты вчера мне не сказал?
– О, вчера ты так безразлично отказался, что я думал, тебе это совсем не интересно. Но судя по твоему сну, я ошибся.
– Я слишком устал вчера…
– Ясно. Ну ничего, она в числе выживших. В смысле, она идёт с нами дальше и у тебя еще будет шанс познакомиться с ней поближе.
– Я порылся в карманах и, отыскав там пачку презервативов, протянул её Сане. – Вот. У Диты, скорее всего, есть, но мало ли. Тут ещё парочка. Про запас.
Саня от «презента» отказался, мотивируя тем, что у него свои. Хе-хе, подковался парень.
Я же присмотрелся к пачке – нераспечатанной пачке, со всеми тремя «таблэтками». М-да… неопытная девочка. Ну-ну.
Через час невообразимой суматохи мы завтракали роскошной яичницей, приготовленной в чугунке Драго, и молоком. Палатки были собраны, снаряга и провиант розданы всем по возможностям, в смысле парням побольше, девчонкам поменьше, рюкзаки набиты,и настроение у всех было прощательно-боевое.
Мы прощались с компашкой весельчаков, так и не спавших до утра, спаливших пол-леска дров и спевших почти все существующие песни. Уходили и девчонки,и многие ребята – кому нa работу, кого не грели еще две с половиной недели мытарств, но все по-доброму смеялись и желали нам удачного похода, предлагали как-нибудь повторить.
Все недовольные «выездом новичка» свалили в автобус ещё вчера и встретили нас – я спускался с ребятами, чтобы проводить их и поговорить с водителем, - с кислыми минами. Флаг им в руки. Настоящая жизнь – она не сахарок, пусть знают.
Поднявшись на Воронье гнездо, я обнаружил полностью собpанный лагерь.
За спинами ребят тихо переговаривались Марина и Славик. Егор с Леной уже закинули за плечи рюкзаки, Стас и Ната привычно о чём-то спорили, Серый наигрывал «Наша маленькая стая уходит в небо…», Ева подпевала. Саня нетерпеливо прыгал рядом, а Драго привычным жестом постукивал его по макушке, будто набивая баскетбольный мяч.