Чтение онлайн

сразу.

Остальные. В моей голове было слишком много вопросов и страхов. Я не могла

оставить Айлин и Данэлло здесь, если их казнят завтра.

– Если Тали отправится в лагерь, - начала я, произносить эти слова было сложно, -

она будет в порядке?

Джеатар смотрел на меня, словно я предложила повесить ее.

– Мы не сможем забрать ее из лагеря. Он внутри крепости, она сильно защищена.

– Ее не ранят и не убьют? – сердце разбивалось.

– Ты видела Бессмертных. Ты знаешь, что они делают, - он печально посмотрел на

меня. – Не все хотят переживать эту боль или выливать ее на других. Но их такими

делают. Они искажают разум и создают оружие для герцога. Как долго Тали там

продержится?

Я не знала. Она бывала упрямой. Она знала, как получить желаемое. Она пыталась

быть храброй, но я защищала ее почти всю ее жизнь. Она и половины того, что я

пережила, не видела. Святые, о чем я думаю?

– Ниа, если хочешь спасти ее, нужно идти сейчас.

Спасение Тали означало смерть Айлин и Данэлло. Спасение их подвергало

опасности Тали. Ее дух Целителя. Пять лет оккупации басэери не смогли ее сломить. Не

сможет и Виннот. Она продержится дольше, чем Айлин и Данэлло.

– Нет, - сказала я, с трудом себе веря. – Я должна спасти друзей. Они умрут завтра.

Тали еще будет жива. Я нужна им сильнее. Я не могу уйти и оставить их здесь.

Он долго молчал.

– Ты не можешь просто пройти туда в этой форме. Туда влезут две такие, как ты.

Я посмотрела на него. Высокий, широкие плечи, вдвое больше меня.

– Вам подойдет.

– Нет.

– Можете притвориться ищейкой, привести меня. Мы сможем дойти до камер.

– Нет.

Я сняла мешковатую форму и поправила свою одежду.

– Вот.

– Ты меня не слушаешь.

Я уперла руки в бока и серьезно посмотрела на него.

– Джеатар, вы меня знаете. Почему вы решили, что сможете отговорить меня?

Он смотрел на меня, его взгляд был серьезнее моего. Я протянула форму. Он

выругался и забрал форму из моей руки.

– Если нас схватят, я сам отдам тебя герцогу, - он натягивал форму.

– Нет.

Я не расслышала его ворчание сквозь одежду, но я бы и не хотела это слышать.

– Все будет хорошо, - сказала я. – Вы введете меня, словно арестовали. Мы пройдем

к камерам и поищем Айлин и Данэлло.

– Думаешь, все так просто?

– Да, - должно быть. Если будет сложнее, мы не справимся.

– Угу,- он указал на мои запястья. – Я арестовал тебя, а ты не связана?

Хмм.

– Я могу держать руки так, - я сжала кулачки и прижала запястья.

Он вздохнул и покачал головой.

– Погодите, - я посмотрела на веревки на виселице. – У нас есть нож?

Он вытащил один и дал мне.

Я поспешила по ступенькам виселицы. Я старалась не представлять висящих Айлин

и Данэлло, пока басэери радуются, но картинка не покидала головы. Я отрезала одну из

петель и вернулась.

– Это сработает.

– Наверное, - он не был рад. Он обернул веревкой мои запястья, завязал узел,

который мог легко развязаться, если потянуть. – Уверена, что хочешь этого?

– Арестовывайте меня уже.

Он схватил меня за руку и потянул к входу в тюрьму. Я шла рядом с ним,

спотыкаясь, он тянул мою руку наверх. Он не должен был изображать это так

реалистично.

Мы вошли. Яркие лампы озаряли комнату, я щурилась, моргая, пока глаза не

привыкли. А потом я увидела четырех стражей, глядящих на нас. Свет точно был не из-за

того, что они не любят тьму.

– Еще одна в лагеря. Я пропустил перевод? – сказал Джеатар, словно делал так

каждую неделю. Он не обратил внимание на то, что стражи держатся за мечи, на их

опасный вид.

Я осмотрела тюрьму, стараясь изображать испуганную девушку, ищущую способ

сбежать. Длинная стойка пересекала переднюю часть комнаты, на одном конце были

двери. Решетка была в центре, за ней – тяжелая дверь, что вела к камерам. Нам нужны

были ключи от обеих дверей.

– Представьтесь, - сказал страж. Сержант, судя по отметкам на его воротнике.

– Гехейм, Восточная часть. Я могу оставить ее вам? Опаздываю на встречу с

друзьями в пивной.

Я поражалась. Я бы никогда не смогла так гладко врать.

Сержант нахмурился, остальные фыркнули.

– Не знаю, что делают в Восточной части, но мы заканчиваем работу. Сделай это сам.

Йосель, покажи ему.

– Я позже куплю вам выпить, - пробормотал Джеатар, Йосель отпер решетку. Я

заметила палку из пинвиума на его поясе, когда он проходил. Они были и у других

стражей.

Йосель отступил в сторону и пропустил нас. А потом пошел за нами и запер решетку

за собой. Я смотрела на Джеатара, и хотя он не оглядывался и не дрогнул, я была уверена,

что он меня понимает. Нам нужен ключ, чтобы выбраться. И сержант заметит, если мы

выйдем без Йоселя.

Тяжелая внутренняя дверь открылась, и мы вошли в тюрьму. Вонь и жар ударили по

мне, я скривилась. Мы шли по узкому коридору с кирпичными стенами по бокам, впереди

снова была запертая дверь.

– Пятая камера пустая, - сказал Йосель, запирая тяжелую дверь. Тюрьма была Т-

образной формы с входом в центре. – Справа, - он открыл последние врата и пошел

дальше. Камеры были с обеих сторон, семи или восьми футов шириной. Как раз для двух

коек.

Я считала, пока мы шли. Двенадцать камер в длину, шесть по сторонам от двери.

Почти все были полными. Мой желудок сжался, когда мы добрались до конца справа.

Данэлло и Айлин были там! Но…

– О, нет!

Джеатар посмотрел вниз, а Йосель – нет. Халима тоже была там. И Барников, и