Синее пламя
Шрифт:
Папа делал. Дедушка. Они были басэери?
Данэлло взял меня за руку и провел большим пальцем по моим костяшкам.
– Почему тебе не нравится Ондераан?
– Он чародей, - выпалила я.
– Это плохо?
– Нет.
– Тогда я не понимаю.
– Знаю. Нужно что-то сделать, - нужно было как-то это исправить. Убедить
Ондераана оставить их, даже если меня он выгонит. Я зажмурилась.
– Что ж, - Данэлло убрал прядь волос мне за ухо, - думаю, сначала нужно поспать. А
потом мы поговорим с Ондерааном и скажем, что порой язык тебя подводит. Ему нужна
помощь, и мы можем ее предложить. Может, это его убедит.
– Может. Никто в армии герцога не знает, кто мы. Они не свяжут нас с Подземельем.
Он улыбнулся, но на его лице была и тревога. За братьев, за отца, за меня.
– Видишь? Уже план. К утру он сложится весь.
Я должна была ради него доказать Ондераану, что мы можем ему помочь.
– Спасибо, - я обняла его, чувствуя себя лучше. – Я в порядке, правда. Ты был прав,
день затянулся. Вся неделя была ужасной.
– Увидимся утром.
– Не нужно так быстро уходить.
Он улыбнулся.
– Ладно.
Я прижалась к нему, ощущая тепло и безопасность. Было так приятно.
Слишком скоро кто-то тихо постучал в дверь. Данэлло проворчал, но встал и
ответил.
– Все в порядке?
Айлин. Стоило догадаться.
Они шептались минуту, а потом Данэлло ушел, а Айлин скользнула в комнату. Он
рассказал ей, что случилось, и я была рада. Я была не в настроении все повторять.
– Я не знаю, как ты, - сказала она, рухнув на другую кровать, - но я устала. Даже
думать толком не могу. И язык заплетается.
Такого не было. Но было мило с ее стороны сказать так, что все в порядке.
– Я рада, что ты в безопасности, - сказала я. – Прости, что тебя арестовывали.
Она повернулась на бок лицом ко мне.
– Это не твоя вина. Я знала, что нас могут поймать, когда соглашалась на это.
– И все же.
– Пфф, - она отмахнулась. – А для чего друзья? Если не можешь рассчитывать на
лучшего друга даже в тюрьме, зачем тогда он?
Я улыбнулась.
– Точно.
– Я мудра не по годам.
– Это тоже правда, - я сняла сандалии и забралась в кровать. Когда я придвинулась к
лампе, она уже спала. Я оставила бледный свет, он успокаивал. Я смогла бы так увидеть,
если бы кто-то пробрался в комнату. На двери не было замка. Я не проверила дверь,
ведущую в эту часть. Может, нас уже заперли.
Об этом побеспокоюсь утром.
На сегодня тревог хватило.
Шум разбудил меня позднее ночью. Стуки, приглушенные крики, тревожные слова.
Я вскочила на ноги раньше, чем открылись глаза. Айлин еще спала. Она даже не разулась.
– Айлин, вставай, - я прижала ухо к двери. Тихо.
Двери гремели, но не в этой части. Айлин заворчала и перевернулась. Я подошла к ее
кровати и послушала у стены.
– Айлин!
– Ммм?
– Буди Данэлло, - я вышла за дверь и прошла на цыпочках к двери в главную
комнату. Я приоткрыла ее.
– …ждут нас, - сказал мужчина. – Не знаю, как.
Фырканье.
– Побег из тюрьмы переполошил половину города, - сказала женщина.
Наш побег? Она думала, что мы за что-то ответственны?
– О, ладно тебе, Сиэкт, - сказал Джеатар. – Тюрьма не рядом с Лигой.
– Думал, побег политических пленников не встревожит их? Все солдаты герцога
настороже!
– Тихо, - сказал Ондераан, звуча утомленно. – Как сильно она ранена?
Ранена? Я открыла дверь чуть сильнее и выглянула. В комнате стояли шестеро,
троих я раньше не видела, они были в форме басэери, которую могла украсть Ним.
Женщина лежала на кровати, была сильно ранена. Мужчина на полу тоже был ранен.
Дверь открылась, Данэлло оказался рядом со мной.
– Что происходит? – спросил он.
– Что-то пошло не так. Что-то с Лигой.
Он и Айлин прижались ко мне и выглянули.
Сиэкт прижимала сложенную ткань к животу раненой женщины. Ткань была уже
темной от крови. Плохо. Она игнорировала мужчину на полу. Но не Ондераан. Он
опустился и похлопал его по лицу.
– Откуда ты знал, что мы идем?
Мужчина застонал.
– Отвечай!
Айлин отошла от двери.
– Похоже, его форма настоящая.
Тогда он мог сказать мне, где Тали и остальные.
– Предатель, - сказал солдат.
– Вы убиваете невинных, а я предатель? – Ондераан ударил его снова. – Кто-то
сказал, что мы идем?
– Почему все в коридоре?
Мы развернулись. Ним стояла за нами в ночной рубашке, протирала глаза, ее волосы
были спутаны.
– Кто-то ранен, - сказала Айлин.
Глаза Ним широко открылись. Она прошла мимо нас и упала на колени у женщины.
Сиэкт попыталась остановить ее, но не смогла.
Я шагнула вперед, но Данэлло схватил меня за руку.
– Нам стоит оставаться в комнатах.
– Я должна знать, что происходит, - я пошла, Данэлло и Айлин – за мной. Мы встали
в стороне, но Джеатар заметил нас. Он нахмурился и кивнул на дверь. Я покачала
головой.
Ним всхлипывала, а потом судорожно вдохнула. Она дико озиралась. Ее взгляд упал
на меня. Джеатар выругался.
– Помоги ей, прошу, - попросила она. – Исцели ее, как меня.
ТРИНАДЦАТЬ:
Все повернулись ко мне. Ондераан прищурился.
– Ты – Целитель?
– Нет, - сказала я, Джеатар сказал:
– Это сложно.
Ним всхлипнула, провела рукавом по носу.
– Прости, Джеатар, но я должна, - сказала она и повернулась к Ондераану. – Она
исцелила меня. Хулиганы сломали мне ногу, а она как-то передала рану одному из них.
Ондераан больше не смотрел на меня. Он повернулся к Джеатару и приблизился, я