Чтение онлайн

Принцесса поспешно оттащила учителя в сторону. Старик был безучастен и не обращал никакого внимания на то, что творилось вокруг. Шуньдэ пришлось заставить его несколько раз пригнуться, спасая от смертоносных ледяных игл, – те вонзались в землю и тут же таяли. Оберегая Наставника государства, принцесса не заметила, как перепачкала его белоснежные одежды своей кровью.

– Наставник… наставник… – Принцесса отчаянно вглядывалась в лицо покровителя, дрожа, как в лихорадке. – Я не позволю им убить вас, я не позволю…

Наставник государства взглянул на залитое кровью, покрытое шрамами, жалкое, израненное лицо любимицы. Оно вызвало в памяти старика никому не ведомый образ. Его зрачки дрогнули, он поднял руку и мягко опустил ее на милое сердцу лицо. Старческая ладонь отдавала прохладой. Почувствовав на щеке холодное прикосновение, Шуньдэ слегка вздрогнула. Безумие, светившееся в ее глазах, угасло, уступив место давно позабытому спокойствию.

– Наставник…

Оклик Шуньдэ вырвал его из забытья. Безвольный, рассеянный взгляд снова стал собранным и осмысленным.

– Ты не она…

Когда старик произнес эти слова, спокойствие бесследно исчезло из глаз принцессы Шуньдэ. Наставник государства повернул голову и посмотрел на Цзи Юньхэ, лежащую без чувств.

– Ты не могла ее видеть. – Он прищурился. – Никто не видел ее вот уже много лет.

Тем временем Чан И попытался подойти к Цзи Юньхэ, еле передвигая негнущиеся ноги. Последнее заклинание вконец его истощило. Тритона терзала сильная боль, которая, однако, не могла ему помешать. Приблизившись, он дотронулся до искалеченной руки девушки. Рука была до того мягкой и слабой, что у Чан И защемило сердце.

– Цзи Юньхэ… – позвал он дрожащим голосом.

Девушка не ответила. Кровь в уголках ее губ вызвала ужас в сердце Чан И. Ему показалось, что он снова вернулся к молчаливому озеру, в воды которого погрузил тело той, кого навсегда потерял…

Но сейчас было не время предаваться скорби или ждать, пока боль утихнет. Белая фигура шагнула вперед, придавив тритона к земле непосильной тяжестью, однако никакое давление не могло заставить Чан И склонить голову.

Наставник государства с мрачным видом приближался к Цзи Юньхэ. Его глаза сверкали ледяной яростью.

– Ты не могла ее видеть.

Голос Наставника был холоднее, чем трескучие морозы северных земель.

Чан И по-прежнему стоял, опираясь на меч и невзирая на тяжесть, что камнем тянула к земле. Он не делал попытки посторониться, оберегая Цзи Юньхэ. Посмотрев тритону в глаза, Наставник государства презрительно фыркнул:

– Ты даже себя защитить не способен, не сможешь и ее спасти.

– Смогу, – прозвучал четкий и ясный ответ без единого лишнего слова.

Наставник государства сложил рукой мудру и взмахнул рукавом. Переменчивый ветер обратился в клинок, нацеленный на Чан И. Тритон поднял свой меч, и тут же из-под земли выросли ледяные торосы, преградив путь смертоносному клинку. Наставник государства нахмурился:

– Твоя стрела уже на излете [20] .

Он опять сложил мудру, направив следом за лезвием поток чистого света. Наполненный светом клинок пробился сквозь ледяные торосы и устремился к Чан И, но в последний момент изменил направление – его настоящей целью была Цзи Юньхэ.

Льдисто-синие глаза тритона сузились. Чан И подался назад, обхватил девушку, которая по-прежнему лежала без чувств, и не колеблясь заслонил ее своим телом. Клинок Наставника государства вошел в его широкую спину. Из раны хлынула кровь, почти незаметная на черных одеждах. Глядя в лицо Чан И, никто бы не догадался о ране, на нее указывали лишь капли крови на земле и прореха в ткани. Тритона заботила только жизнь Цзи Юньхэ. Рядом, тяжелый, как камень, упал меч, сотканный из ветра, но Чан И даже не вздрогнул. Главное, что клинок не достал Цзи Юньхэ.

Убедившись, что девушка не пострадала, и услышав за спиной поступь Наставника государства, Чан И развернулся, выставил вперед ледяной меч. Из-под земли вновь поднялись ледяные торосы.

– Напрасный труд, – холодно бросил противник, срезав ледяные пики легким движением пальца.

Слишком поздно он заметил, что в него летит капля крови – та пробилась сквозь груды льда и устремилась к его незащищенной груди. Впервые почуяв угрозу, Наставник слегка наклонился, а когда снова выпрямил спину, с удивлением понял, что кровавая капля обернулась осколком льда и оцарапала ему висок. Старик остановился, ожидая, пока тонкая струйка его собственной крови стечет на землю. Он никак не ожидал, что изможденный тритон сможет нанести ему рану.

– За последнюю сотню лет ты первый, кому удалось меня удивить, – сказал Наставник государства, смахнув кровь с виска и глядя на Чан И.

Пальцы тритона сковало инеем, дыхание, вырываясь из груди, тут же обращалось в белоснежный пар. Казалось, он даже глазами двигал с трудом.

– Однако всему приходит конец.

Взметнувшийся ураган с воем погнал по небу темные облака, воздух сгустился так, что стало трудно дышать. Белые одежды Наставника государства развевались по ветру. Старик не сводил глаз с Чан И, готовясь нанести смертельный удар. Внезапно Наставник почувствовал, что уха, словно вопреки его воле, коснулось прохладное дуновение. Легкий и почти неуловимый ветерок принес неизвестно откуда несколько цветочных лепестков. Лепестки покружили в воздухе наперекор урагану, упали на ладонь Цзи Юньхэ и больше не двигались.

Наставник государства слегка прищурился, глядя на девушку. Между тем проказливый ветерок потрепал рукава Цзи Юньхэ, взметнул вверх рассыпанные по земле волосы и полы ее одежд. Ресницы девушки затрепетали. Цзи Юньхэ резко открыла глаза, которые вспыхнули странным блеском, и моргнула. Чан И присмотрелся и понял, что перед ним совершенно другой человек. Легкий ветерок овеял тело Цзи Юньхэ, напитав его силой и подняв с земли.

– Сожалею, но мне пришлось позаимствовать ее тело, – сказала девушка, обращаясь к Наставнику государства и не глядя на Чан И.

Ее голос и интонации изменились до неузнаваемости. Цзи Юньхэ полностью преобразилась. Эта перемена застигла Чан И врасплох. Такого он еще не видел…

Когда Цзи Юньхэ встала на ноги, Наставник государства слегка нахмурился. Неожиданно для него аура Цзи Юньхэ пришла в движение. Это была не энергия демона, а духовная сила мастера, природа которой ничем не отличалась от силы Наставника государства. Казалось, тело девушки поглощает порожденный им ветер – тот изменил направление и задул в ее сторону. Невидимый глазу шквал взметал клубы пыли и оставлял на земле зримые следы, безошибочно указывавшие его направление. Похоже, между Наставником государства и Цзи Юньхэ разгорелась битва за ветер…

Цзи Юньхэ приподнялась над землей, холодно и сурово взирая на соперника. Затем сделала магический жест, и хлынувший в ее сторону воздушный поток усилился.

Едва услышав голос ветра, которым повелевала Цзи Юньхэ, Наставник государства растерял воинственный пыл. Он потрясенно и недоверчиво разглядывал девушку, бросившую ему вызов. Заметив ее магический жест, присмотревшись к изгибу и движению пальцев, Наставник государства застыл как громом пораженный.

В его сознании всплыли картины далекого прошлого, а в ушах зазвучал давно умолкнувший голос: «Это делается так… Не отлынивай… Какой же ты умница!» Он бережно хранил в памяти каждую сцену и каждое слово. Он не забудет их даже спустя сотню лет.