Синий сумрак
Шрифт:
— Ладно, — произнесла Макс, не в силах больше выносить его молчание. — Сдаюсь. Чего я не знаю?
— А вот чего, — улыбнулся Лу, довольный, что вынудил ее задать этот вопрос. — С подобным поведением ты моментально наживешь себе врагов.
Ты здесь чужая, и, если будешь и дальше напирать и грубить, это разнесется по Эндоверу со скоростью лесного пожара. А вот если станешь вести себя мило и приветливо, все с готовностью постараются тебе помочь.
Она поджала губы.
— Ненавижу признавать, что ты прав.
— Нет, не так, — возразил он. — Ты ненавидишь признавать, что не права сама. Именно поэтому я обычно стараюсь не указывать тебе на это прямо.
— Эй!
Он улыбнулся ей, действительно улыбнулся. Она скучала по его улыбке с того разговора вчера вечером и, завидя ее сейчас, почувствовала, что тает. Черт побери, Лу может хоть весь день только тем и заниматься, что указывать ей на ее промахи и ошибки, но это не уменьшит силу ее влечения к нему. Он может обращаться с ее дорогим старым другом как с подозреваемым в убийстве, но она все равно будет страстно желать его.
Глава 8
Дождавшись, пока все уйдут, Сторми вышла на улицу и обошла мотель кругом. Она шла по бетонному покрытию, созданному здесь, возможно, для того, чтобы облегчить вывоз мусора. За мотелем простиралось поле, заросшее сорняками. Она подошла к окну комнаты Джейсона. Когда они находились внутри и изучали карту, она улучила момент и отодвинула задвижку. Никто ничего не заметил. Ну, в действительности девушка с трудом верила, что это ее действие ускользнуло от острого глаза Максин, хотя в последнее время подруга и была несколько рассеянна. Даже если бы она и увидела что-то, то ни словом бы об этом не обмолвилась. И Джей тоже не заметил, в противном случае он просто вернул бы задвижку на место.
Сторми была убеждена, что их старый приятель что-то скрывает, и вознамерилась выяснить, что именно, поэтому забралась в его комнату через окно. Поблизости никого не было, и никто ее не видел. Окрестности показались ей еще более пустынными, чем кладбище в полночь.
По спине ее пробежал холодок, но она быстро взяла себя в руки и закрыла окно. Затем внимательно осмотрелась по сторонам. Гостиничный номер был таким же безликим, как и ее собственный, и Сторми заключила, что ей не потребуется много времени, чтобы обыскать его. Она почему-то чувствовала страшную усталость и апатию, словно не спала всю ночь. Стараясь не обращать на это внимания, девушка приступила к делу. Перво-наперво она направилась к письменному столу и стала выдвигать ящики, но обнаружила лишь телефонный справочник и старый список телевизионных программ. Затем она проверила комод и не нашла вообще ничего: ни одежды, ни нижнего белья, ни носков. Очевидно, Джей не стал распаковывать вещи, а сразу приступил к поискам сестры. Это, по крайней мере, имело смысл. В шкафу висел его пиджак, а также там была гладильная доска и дополнительная подушка. В ванной находился обычный гостиничный набор крошечных бутылочек с шампунем и кондиционером, а также кусок мыла.
Ничего интересного. Совершенно ничего.
Проклятье!
Отчаявшись, Сторми принялась проверять карманы пиджака Джейсона и тут замерла на месте.
Она что-то нащупала и вытащила на свет божий. Этим «чем-то» оказался моментальный снимок, изображающий двух смертельно напуганных девушек, широко раскрытыми глазами глядящих в объектив.
— Боже мой! — прошептала она.
На обратной стороне были нацарапаны слова: «Делай, что тебе говорят, или они обе умрут».
Сторми почувствовала, как ее накрывает ледяная волна ужаса. Она провела рукой по словам, и они ударили ее, словно тяжелым молотом. Девушка отпрянула назад, крепко зажмурившись и прижимая руку к голове. Она зацепилась за что-то ногой и упала на пол. Перед ее мысленным взором возникло лицо мужчины — лицо падшего ангела. Это был тот же самый человек, чье мрачное незабываемое лицо она видела рядом с изображением Джейсона, когда ее машина съехала с дороги по пути в Мэн.
Сторми без чувств распростерлась на полу, выронив фотографию из внезапно ослабевшей руки.
— Сторми! Милая! Давай просыпайся, малышка!
Заморгав, она открыла глаза и увидела, что над ней склоняется обеспокоенная Максин. Черт побери, они вернулись. Осознание того, что ее поймали на месте преступления в комнате Джея, поразило ее подобно электрическому разряду, и она поспешно села. Слишком поспешно. Голова закружилась, и она, обхватив ее руками, часто заморгала, чтобы поскорее прогнать неприятные ощущения. Когда туман перед глазами рассеялся, девушка попыталась собраться с мыслями и нахмурилась.
— Как я оказалась в постели, черт побери?
— Не знаю, — отозвалась Макс, — но именно здесь я тебя и обнаружила.
— А где Джей? Он вернулся? — Она вскочила на ноги. — Давай поскорее убираться из его комнаты, пока он…
— Милая, мы в нашей комнате!
Сторми замерла, непонимающе воззрившись на подругу.
— Что?
— Послушай, ты дезориентирована. Ты же сама изъявила желание немного вздремнуть, пока мы с Лу и Джейсоном наносили визит местному шефу полиции и ездили купить чего-нибудь перекусить. Припоминаешь?
— Да, но…
— Ты, должно быть, заснула. Я испугалась, когда не смогла тебя разбудить.
— Я проникла в комнату Джея, — честно призналась подруге Сторми. — А потом отключилась.
Максин нахмурилась.
— Мне удалось открыть окно, когда мы были там раньше. В действительности я вовсе не собиралась отдыхать, а хотела осмотреть его комнату, когда вы все уйдете. И сделала это.
— Правда?
— Да. Боже мой, Макси, не смотри на меня так.
— Что-то я не понимаю. Ты что же, — Джейсона подозреваешь?
— Хочешь сказать, что ты нет?
— Ну конечно нет! — Нахмурившись, Максин пожала плечами. — Согласна, он ведет себя несколько необычно, но, черт побери, мы должны принимать во внимание то, что ему пришлось пережить. Кроме того, он же наш друг, и он оказался в беде. Вот то, что действительно имеет значение.
— Ну и какой из тебя после этого детектив? Ты права, он в беде. Но, может статься, и мы тоже.
— Не понимаю.
— Я обнаружила…
«Ничего. Ты ничего не обнаружила», — раздался в ее сознании смутно знакомый голос, заставивший Сторми нахмуриться. Она прижала пальцы к вискам и энергично помассировала, но разум ее не прояснился.
— Я знаю, что что-то нашла.
— Хорошо. И что же именно?
— Я… я не помню.
— Милая. Ты уверена, что тебе это все не приснилось?
— Конечно уверена! Я просто…
«Именно так все и было, — услышала она тот же голос. — Тебе все приснилось, приснилось».
— В общем, не знаю. Может быть, — наконец сказала она.
Максин села на кровать рядом с подругой и принялась гладить ее по волосам.
— Милая. Ты уверена, что с тобой все хорошо?
— Ну разумеется!
— Боюсь, что нет. Послушай, мы дружим уже целую вечность. Я же вижу, что с тобой что-то происходит. Когда же ты расскажешь мне обо всем, Сторми? Неужели ты больше не доверяешь мне?
Подняв голову, девушка воззрилась в зеленые глаза Максин.
— Ты знаешь меня, кажется, лучше меня самой, да?
— Да. И ты меня тоже знаешь. Так в чем же дело, милая? Что случилось?
Сторми глубоко вздохнула и, мгновение поколебавшись, кивнула:
— Ладно. Возможно, тут не о чем волноваться, но иногда я… чувствую боль.