Синьора Искушение
Шрифт:
Это ненависть. Она исчезла давно, но Джульетта упорно отвергала новое хрупкое чувство, которое родилось в ее груди. Она закрыла глаза, принимая тот факт, что она полюбила своего врага. И пусть после вчерашнего он навсегда отречется от нее же или забудет после тех нескольких ночей – после рая она согласна гореть в огне ада.
Разумеется, она не должна была влюбляться в такого человека, как ее муж. Но она до сих пор помнила каждый его поцелуй. Правда, зачем вчера она нарушила возникшую идиллию в их отношениях? Или может она накручивает себя?
Услышав скрип двери, Джульетта открыла глаза и увидела Алессандро, внимательно смотревшего на нее. Он был в джинсах, а рубашка была расстегнута, позволяя любоваться мускулистой грудью.
– О Боже…
Он улыбался. Эти ямочки на его щеках. Завораживающая улыбка. Джульетта не могла понять, что с ней происходило, но она чувствовала себя так, словно целую вечность не видела его. А ведь они виделись только несколько часов назад или…
Она мимолетно взглянула на часы. Почти полночь. Долго она просидела у себя в спальни, никого не пуская.
– Кошечка, нам надо поговорить –начал Алессандро, преодолев желание погладить ее шелковые волосы.
– Хорошо –сказала Джульетта и пригладила невидимые складки на платье.
Алессандро досадливо поморщился при звуках холодного отстраненного голоса девушки. И за все дни их брака он никак не мог привыкнуть к нему или добиться другого тона. Они общались только так - холодно. А еще зло, агрессивно и дико. Но никак не хорошо. Прошло уже достаточно времени, а Джульетта никак не могла смириться с тем положением, в которое ее поставили шантажом. И она не забывала постоянно выказывать это своим поведением, голосом или взглядом. А он злился, понимая, почему все так.
А Алессандро терпел. Терпел потому, что ничего иного ему, влюбившемуся в нее как безумный, не оставалось.
Да, он любил. Сильно, безумно и не взаимно. И было лучше так - держать ее рядом против воли, чем остаться без нее совсем. Он не ожидал, что его злость, раздражение и презрение к этой девушке перерастут в подобные чувства. Но факт оставался фактом - он влюбился в свою жену.
От его глаз не укрылись ни ее равнодушие к нему, ни враждебность. Алессандро предпринимал все попытки, чтобы заставить ее испытывать что –то. И он думал у него получилось. Страсть. Дикая и безумная. Она охватывала их обоих, и только в постели он мог видеть настоящую Джульетту. Но и это прекращалось.
– Я слушаю –Снова этот голос без тени интереса.
– Я заказал билеты в Швейцарию –собрав всю волю в кулак, сказал Алессандро –Завтра мы вылетим к твоей матери. Ты увидишь ее и убедишься, что с ней все в порядке.
– Нет –покачала она головой –Ты это делаешь ради своей выгоды. Думаешь, что я всю жизнь, как рабыня, буду исполнять каждое твое желание и заставишь чувствовать себя виноватой.
– Видишь ли… Я никогда не хотел этого. Я пытался не думать о тебе, но я не могу.
Джульетта молчала и встала. Он подошел к ней. Его лицо было так близко… Он смотрел ей прямо в глаза.
– Доверься мне. Чего ты боишься?
Она вздрогнула, как от удара, и вырвала свою руку из его руки. Отшатнулась. Довериться, а потом ждать очередного удара? Нет, это невозможно! Это просто невозможно! Не успев даже осознать своих слов, девушка выкрикнула:
– Тебя! Я боюсь тебя!
Глава Восьмая.
Она солгала. Она боялась не его. Она боялась себя. Своих желаний, притяжения тьмы, которому она не в силах была сопротивляться. Она не понимала, почему её так тянуло к нему. Или… Понимала, но боялась признаться себе?
–Кошечка, – начал Алессандро, ошеломлённый этим признанием. – Ты боишься…
Она чувствовала, как к глазам подступают предательские слёзы. Ещё немного, и она просто взорвётся, разрыдается у него на глазах.
Потому что она боится не его. Она боится демонов в собственной душе.
– Да, я боюсь тебя! – резко и слишком грубо, словно поставлена самая последняя точка, и все эмоции выплеснулись наружу вместе с лёгким прикосновением пера к бумаге.
В мгновение ока Джульетта оказалась прижата к стене.
– Прекрати! Прекрати, Джульетта! –Алессандро, казалось, вообще ничего не соображал. – Я не могу так больше. Думаешь, я не вижу, я не понимаю… Меня ли ты боишься? Ты правда боишься меня?
Она смотрела на него, захлебнувшись эти неожиданным потоком слов, испуганная этой внезапной вспышкой.
– Как ты не можешь понять! –Джульетта не контролировала себя. – Я не могу позволить довериться тебе. Ты испортил мою жизнь, а твои близкие убили моего брата. Они убили его. Как я могу простить?
Она вдруг замолчала. Джульетта видела, как гримаса боли исказила красивое лицо мужа. Она лгала снова. Да, в ее сердце жила обида за брата, но Алессандро не был виноват. Пусть он и Вирджилио. Это все превратности судьбы. Ее мать сошла с ума из –за смерти сына. Как же она расскажет ей, что вышла замуж за члена Вирджилио? Что тогда будет? Ее мать только идет на поправку и для нее это будет удар.
Алессандро тихо убрал руки и отступил.
– Прости. Я не хотел причинить тебе боль. Прости.
Алессандро видел, как вздымается и опускается грудь Джульетты. На ее скулах сияли нежные отблески, несколько каштановых локонов упали на шею. И в медовых глазах ее не было ничего, кроме ненависти. Ненависти к нему. Этого Алессандро просто не мог перенести. Он шагнул вперед.
– Твой брат первый пустил пулю –хрипло сказал ее муж. Джульетта вздрогнула. –Он выстрелил в моего отца. В главу мафии. Этого они простить не могли. Мой отец сейчас парализован. Но я никогда не занимался криминалом. Ни я, ни мой брат, Адриано. Мы отделены от этого мира.
– Я…-Джульетта растеряно оглядывала спальню, не зная, что сказать или что сделать. Сердце билось так, что, казалось, удары разносятся по всей комнате. Надо сделать первый шаг, думала она, но колебалась.
И ее колебания были приняты, как доказательство того, что она не хотела его в качестве своего мужа.
– Не верь мне –грустно проговорил Алессандро –Я не держу тебя. Уходи!
Она не могла дышать. Не видимая сила сжимала горло, препятствуя воздуху наполнять грудную клетку. Тяжело вдыхая, Джульетта подошла к окну и дрожащими руками открыла. Резкий холодные ветер подул в лицо.