Чтение онлайн

Архонт внезапно запнулся на середине фразы – на него в упор, не мигая, глядели серые глаза главы совета.

О знаменитом взгляде верховного архонта ходили чуть ли не легенды. Его не просто побаивались – боялись до дрожи все в Ассамблее – от учеников, до его собственных собратьев. В нем не было угрозы или, даже, намека на опасность, но почему-то были считанные единицы, способные выдерживать его дольше нескольких секунд.

Пробормотав под нос нечто невразумительное, Дамиан, чуть ли не пристыжено, опустил голову.

– Был нанесен удар в самое наше сердце, братья и сестры, – продолжал Тирас тихим, постепенно повышающимся голосом. – Подлый удар, нанесенный со спины имперским кинжалом. Уже второй удар, который мы пропустили!

Верховный маг выдержал небольшую паузу, мельком оглядев присутствующих. Один за другим, те опустили глаза. Включая Сольвинуса, который задним числом подметил, что никто, опять же, включая его самого, не посмел напомнить главе совета, что потеря Города имела место из-за его ошибки.

Меж тем, голос верховного мага звучал все громче и жестче:

– Нам ясно и недвусмысленно дали понять, что отныне ни один из нас больше не может чувствовать себя в безопасности. Что силентиарии – жалкие недомаги, могут спокойно зарезать архонта, как разбойники какого-нибудь зазевавшегося купчишку в темном переулке их любимой, насквозь провонявшей нечистотами, столицы! Поэтому нелепо и, более того, попросту глупо рассуждать тут о каких-то "обстоятельствах"! – последнее слово, окончательно вышедший из себя старик, буквально выплюнул, бросив яростный взгляд на резко притихшего и, казалось, чуть сжавшегося в своем углу Дамиана.

– И что же ты предлагаешь, Тирас? – спросила Юфимия мягким, спокойным голосом, не сводя с него взгляда. Несмотря на презрение ко многим действиям некромантки, Сольвинус почувствовал невольное уважение – именно она была из тех немногих, кто осмеливался так спокойно смотреть в глаза верховному магу совета, особенно в минуты его ярости. Зеленые глаза женщины на миг встретились с серыми, а затем верховный архонт выдохнул, успокаивая дыхание и расстроенные чувства.

– Верно, – произнес он прежним, спокойным и холодным, голосом. – Должно существовать решение, и оно, безусловно, существует.

На секунду засунув руку под плащ, архонт вынул ее и разжал ладонь. На руке мага матово поблескивал черный кристалл, будто поглощавший вокруг себя весь свет.

Сольвинус буквально почувствовал, как холодеют руки и по лицу разливается бледность.

– Это безумие! – вырвалось у него помимо воли.

Серые глаза-кинжалы впились в него своими остриями.

– Безумие, Сольвинус? – переспросил верховный архонт. – Да, ты прав – безумно все то, что окружает нас сегодня. Безумен весь наш мир. Старая Империя восстала из праха и одну за другой пожирает земли вокруг себя. Не только наш город, но и нашу гордость и честь отняли у нас, и оскорбления на этом не закончились! Мы прозябаем в этом лесу, по существу, на иждивении двуличных сидов, которые до сих пор каким-то образом терпят наше присутствие. Чудовище на Серебряном троне, будто насмехаясь, шаг за шагом рушит все наши труды. Что в целом свете может быть безумнее этого?

– Есть вещи, которые могут, – не сдавался Сольвинус. Мы, по крайней мере, знаем каков наш мир сейчас. Что будет, когда ты используешь кристалл? Что будет, когда сила Эфира снова открыто выльется в тварный мир?! Ты хочешь начать новое Вторжение? Даже Город этого не стоит! – маг не почувствовал, как сам сорвался на крик.

– Во-первых, – жестко уронил Тирас, – ты понятия не имеешь, как именно я собираюсь использовать кристалл. Твое знание о способах его использования, очевидно, является слишком узким. Во-вторых, если Город, которому ты клялся в верности, не стоит для тебя высокой цены, которую ты должен заплатить за его свободу, значит все принесенные когда-то тобой клятвы не стоят ломаного гроша! – резко произнес он под конец, в свою очередь, повышая голос.

– Клятвы!? Все мы когда-то клялись до конца дней своих служить Империи и положить жизнь ради ее процветания… – эта фраза вырвалась у него помимо воли. Сольвинус верил в отделение от империи, верил в высокое предназначение магов, называвших себя архонтами, но происходящее сейчас никак не укладывалось у него в голове.

– А, так вот оно что? – голос верховного архонта приобрел ядовитый оттенок, – тебе, видимо, надоело торчать в лесу – вдали от покоя и уюта? Решил пойти полизать сапоги имперскому выродку?! Скатертью дорога! Мы прекрасно обходились без Тараниса и Мариуса, обойдемся и без тебя!

Тишина, царившая в палатке во время всего препирательства, стала, казалось, оглушающей.

Сольвинус горько усмехнулся.

– Когда-то ты был велик, – произнес он, спокойно глядя на верховного мага. Ярость и непонимание внезапно куда-то исчезли, уступив место необыкновенной ясности. – Все вы! – уже громче обратился он к присутствующим, на миг обведя шатер пристальным взглядом. Все отводили глаза, даже старый друг Паблус, как с горечью признался маг самому себе. – До тех пор, пока страх и надменность не превратили вас в тех, кем вы являетесь сейчас – кучку глупцов, считающих себя вечно правыми и непогрешимыми, полагающими, что весь мир существует исключительно для удовлетворения их амбиций. Я долго закрывал на все глаза, но теперь не стану! Если такими сегодня являетесь вы – архонты, то меня, в самом деле, больше нельзя назвать одним из вас.

Резко развернувшись, маг быстрым шагом покинул палатку.

– Еще высказывания будут? – спокойным, холодным голосом спросил верховный архонт.

– А если он действительно пойдет к Тиберию? – спокойно спросил, молчавший во время всего разговора, Торвальд. Сидящий неподалеку с опущенной головой, Паблус вздрогнул и бросил на него яростный взгляд.

– Нет, – решительно ответил Тирас, так низко он еще не пал… Итак, – веско уронил он, подавшись чуть вперед на своем стуле, – план следующий…

Окончания разговора Сольвинус уже не слышал. С клокочущей в груди яростью, он едва ли не бегом бросился прочь, не замечая внимательного взгляда своего недавнего проводника.

Посмотрев на удалявшегося архонта холодным, оценивающим взглядом, Марцелл осмотрелся вокруг и, удостоверившись, что за ним, в свою очередь, никто не наблюдает, двинулся в сторону расположенных в лагере голубятен.

Посреди лесной поляны, в нарисованном умелой рукой огромном круге горели ровным светом магические руны. Каждая из них отвечала за собственный вид магии.

Собранные вместе, они являлись компонентами мощного заклинания.

Оценивающим взглядом Тирас внимательно осмотрел круг и удовлетворенно кивнул.

Все компоненты в должной мере уравновешивают друг друга, не допуская превалирования одного над другим (это могло бы внести неточность в заклинание).

Леф и Мортус – они отделят дух от бренной оболочки и поддержат в нем жизнь.

Портис и Темпас – они обеспечат духовной субстанции возможность беспрепятственно перемещаться в любом избранном ею направлении и защитят от попадания в случайные временные петли.