Чтение онлайн

Кейтара Таэрин – это, по сути своей, средоточие магии сидов, место, пропитанное ею насквозь, призванное сплотить их народ, стать его сердцем. Покинутый ими лес в Тессариге был таковым изначально, но будучи оскверненным во время Вторжения, потерял свою значимость. Старейшины понимали, что новый лес, который они сделают своим домом, должен быть подвергнут полной трансформе, впитать в себя магию сидов, которая изменит не только его форму, но и саму суть. Далеко не каждый лес способен выдержать подобные перемены. Помимо того, что любой лес сам по себе является живым, единым существом, инстиктивно сопротивляющимся внешнему воздействию, он, ко всему прочему, должен обладать достаточной чистотой и силой для принятия изменений, в противном случае, трансформа грозит обернуться полной катастрофой.

Поиски были долгими. Изматывающие странствия по эфирным планам стоили жизни многим воинам и даже магам. Наконец, год спустя, в видениях старейшинам явился остров в тварном мире, расположенный меж двух морей, что звался людьми Данбаром. Радости сидов не было предела, когда, покинув наконец Эфир, осенью они ступили на покрытые хвоей поляны, услышав воспевающий жизнь птичий щебет.

Данбарский лес был прекрасен. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь кроны вековечных деревьев, окрашивали золотом пожелтевшую листву, усеявшую девственно чистую чащу, свободную от присутствия разумных существ. Чуткий слух сидов улавливал птичьи трели, мельтешение зверей и неслышную ни для кого иного музыку. Где-то там, среди крон и ветвей, билось незримое сердце леса.

Началась работа. Мастера Жизни пели деревьям и камню, ускоряя рост, меняя форму. У сидов никогда не было плотников и камнерезов. Они считали кощунственной саму мысль о том, чтобы насильственно менять форму дерева и камня. Строительная работа целиком ложилась на плечи магов. Из ремесленников у сидов были лишь кузнецы – весьма уважаемая каста, представитель которой всегда заседал в совете старейшин. Именно они отвечали за создание оружия, сильнейшего и самого могущественного во всей ойкумене, что бы там не утверждали надменные и упрямые гномы. Именно из рук кузнецов выходили сайралаг – знаменитые звездные клинки – мечи невероятной силы и мощи, оружие старейшин, сильнейших из магов и чайанар – стражей обители.

Место в рядах чайанар – мечта любого сида, чей дар недостаточно велик, чтобы даровать ему возможность со временем стать одним из старейшин. Могучие воины, облаченные в изумрудные доспехи, из-за которых отряд и получил свое название [18] , были щитом и мечом старейшин, исполнителями их воли. День и ночь несли они неусыпную стражу у Врат Зала Совета, и никто без дозволения старейшин не мог миновать их стройные ряды. Появляясь на поле боя, они могли преломить ход любой битвы, даже, на первый взгляд, безнадежно проигранной и повести сидские отряды к победе. Имеющие предрасположение к магии Духа молодые сиды годами тренировались и оттачивали свое мастерство в надежде на то, что Испытание подарит им участь чайанар. Таэру с улыбкой поднял глаза к восходящему солнцу. Возможно в этот раз судьба улыбнется и ему.

Уже через год работы очертания леса стали разительно меняться. Огромные его участки меняли форму, пласты земли слой за слоем покрывались грунтом – это камень, в свою очередь преображаясь, покрывал собой листву и мох. Окружавшие новосотворенную мостовую деревья, сплетаясь корнями, превращались в деревянную стену, защищавшую Обитель от вторжения извне. Маги Духа воздвигали вокруг нее незримый щит, хранящий город сидов от чужой магии.

Проблемы начались еще в первые недели строительства. С раздававшимся посреди ночи криком исчезали жители, солдаты и маги. Прибегавшие на место смотрители и воины находили лишь следы борьбы и звериных когтей. Когда об этом доложили старейшинам, те отдали приказ магам немедленно разобраться в ситуации. И те действительно не замедлили. После тщательного исследования следов началась охота на оборотней. Маги Жизни почти сразу обнаруживали лежбища стай и с помощью смотрителей и солдат безжалостно уничтожали, сторицей платя за причиненный ущерб.

Спустя еще месяц разведчики обнаружили приближающихся к строящейся обители мужчин и женщин. Придя к старейшинам, те объявили себя вождями племен, не утративших человечность. Хайрадир молча смотрели на закутанных в звериные шкуры мужчин и женщин с мускулистыми телами и желтыми глазами.

Гордая осанка и надменный взгляд говорили о том, что эти люди не склонялись никогда и не перед кем. Спрятанная глубоко в глазах обреченность говорила, что они готовы склониться.

Был заключен договор. С помощью сидов Разумные, как они называли себя сами, брались избавить лес от всех представителей диких стай, а после, признав формальную власть сидов, продолжали управлять своим народом. Зачистка логовищ Диких заняла еще четыре года. На пятый, не прекращавшееся ни на день, строительство Обители, наконец, завершилось.

Город сидов был прекрасен и огромен. Окружность деревянной стены с хрустальными башнями на севере, юге, востоке и западе отделяла его от остального леса, одновременно скрывая Обитель от посторонних глаз. С внутренней ее стороны все было покрыто ровными рядами райага [19] , по красоте не уступающего мрамору. По всей территории Обители высились дома, выращенные из дерева или камня. В самом центре – вокруг Сердца леса, был выстроен Хайрадир Тайлар – Дворец Старейшин, где за закрытыми дверями вершилась судьба народа сидов.

Работа, потребовавшая бы у людей десятков лет неустанного труда, была завершена за пять.

Внезапно похолодало. Деревья вокруг покрылись изморозью, изо рта Таэру повалил пар. Мгновенно сообразив, что происходит, сид бросил взгляд в сторону деревьев. Оттуда к нему двигалось что-то вроде темного облака. При ближайшем рассмотрении показались очертания тонких черных рук и черепа.

Беззвучно раззявив пасть, существо надвигалось прямо на него. Закрыв глаза и сосредоточившись, Таэру коснулся Эфира и выпустил энергию Духа. Издав злобное шипение, существо резко отпрянуло в сторону. Сид не шевельнулся. Выстроенный им вокруг себя незримый магический щит требовал постоянной сосредоточенности. Будь на его месте один из старейшин или, хотя бы, сильный маг Духа, призрак давно был бы уничтожен. Его щит способен лишь временно отогнать духа на безопасное расстояние.

Разумеется, вечно это продолжаться не может. Дух злобно шипел и постоянно кидался вперед, с испугом бросаясь прочь, когда натыкался на незримый барьер. Решившись, Таэру резко прервал контакт и, совершая быстрые пассы руками, принялся бормотать заклинание. Словно спущенный с поводка дикий зверь, призрак с воем ринулся в атаку. С рук сида с треском сорвалась белая молния и… прошла сквозь призрака, не причинив ему ни малейшего вреда и оставив выжженное пятно на растущем неподалеку дубе. Таэру едва успел снова поднять щит Духа.

Вновь отшатнувшись, призрак решил сменить тактику. Неторопливо кружа по воздуху вокруг сида, он, как матерый хищник, выжидал, выбирая момент для атаки. Не видя другого выхода, Таэру решил пойти на риск. Ослабив щит, он подпустил тварь ближе и, лишь ощутив совсем рядом ледяное дыхание, поднял его снова. С утробным воем его противник отступил, увеличив расстояние между ними. Не теряя времени, сид опять снял щит и применил следующее заклинание. Словно подернувшись серой дымкой, мир вокруг него замедлил свое движение. Все вокруг виделось, словно через слой воды или ваты. Движения противника стали тяжелыми и неторопливыми, будто тот продирался сквозь незримый барьер.

При следующей атаке призрака сид с нечеловеческой быстротой подался в сторону и в следующую секунду вокруг него появилось не меньше пяти двойников. Отвлекшись на них, дух не заметил главной угрозы. Волна пламени, появившись в руке сида, приняла форму длинного клинка. Таэру немедленно нанес удар. Яростно завывая, дух хотел было вновь уйти в сторону, но сид был сейчас гораздо быстрее него.

Нанося удар за ударом, он отражал выпады, излучающим жар клинком защищаясь от могильного холода. Наконец, дождавшись нужного момента, сид сделал резкий выпад. Несмотря на бестелесность, дух оказался буквально пронзен сгустком огня и с очередным воем исчез окончательно. Сид устало вздохнул. Бой отнял большую часть его сил. Ему сильно повезет, если в нынешнем состоянии он сумеет хотя бы доплестись до входа в Обитель. Но делать нечего – надо во что бы то ни стало предупредить пограничную стражу о гиодхеге. [20]