Сирены озера Молчания
Шрифт:
– Можно мне пройти?
– не выдержала девушка через несколько минут обоюдного молчания.
– Иль, ты бы пошла к себе, отдохнула еще. Ты плохо выглядишь, - спохватился Кид.
– Тимир спит, так что...
– Ничего, я просто посижу рядом с ним, - упрямо заявила Илика.
– Не стоит его беспокоить, - не сдавался рыцарь.
– Ему нужно выспаться. Он ведь через такое прошел...
– Кид, что случилось?
– встревожилась сирена.
– Почему ты не пропускаешь меня? Ты о чем-то умалчиваешь.
– Да нет, я...
– Кид вздохнул, а потом признался.
– Иль, он все забыл. Он помнит только свое возвращение в Рондо и нашу пирушку. Ту, после которой он... заключил твою душу в карту. И все... Я хотел с Элмором поговорить. Может он что посоветует.
Илика молча отстранила его от двери.
– Я должна сама все увидеть, - сказала она, словно извиняясь.
Асур все еще лежал на кровати, задумчиво перелистывая какую-то книгу. Впрочем, было похоже, что он настолько погружен в свои мысли, что не видит ни букв, ни иллюстраций. Кид рассказал ему все, что он ухитрился забыть. И, право же, не много радостного было в его повествовании. Кое во что и вовсе оказалось непросто поверить. Влюбиться в сирену... Это же просто орнито на смех! Или оказаться в роли наследника - в кошмарных снах и то такое не вдруг приснится. Да, ведь у него же еще и отец объявился! И, что самое ужасное, он ровным счетом ничего из этого не помнил.
Дверь распахнулась и в комнату вошла какая-то смутно знакомая девушка. Ее лицо напоминало ему кого-то, но вот кого?.. Впрочем, рассказанного Кидом было достаточно, чтобы догадаться, что единственная дева, которая может вот так запросто зайти в его комнату, это и есть та самая сирена. Пока девушка в нерешительности стояла у порога, Тимир с интересом разглядывал ее. Она действительно была хороша собой. И глаза... Эти глаза... Они напоминали ему давно забытые сны. Чистые. Светлые.
– Илика?
– спросил он.
– Ты узнал меня?!
– просияла девушка и бросилась к нему. Он и слова сказать не успел, как оказался в ее объятиях. Асур нерешительно дотронулся до волос сирены. От них исходил еле ощутимый аромат водяных лилий.
– Я так за тебя боялась! Так боялась!
– неожиданно всхлипнула девушка, уткнувшись носом в его шею.
– А тут еще Кид... Он сказал, что ты ничего не помнишь...
– Он ошибся, - тихо ответил ей Тимир, не желая ее расстраивать. Хоть он ничего и не помнил, но присутствие Илики было ему приятно.
– Разве тебя можно забыть?
– асур еще раз провел рукой по ее волосам.
Сирена приподняла голову и посмотрела ему в глаза.
– Ты все еще любишь меня? Правда?
– спросила она.
– Люблю, - ответил Тимир, не отводя глаз. В эту минуту он точно знал, что говорит правду. И это неважно, что он забыл почти все, что было до этого. Его сердце лучше рассудка знало истину.
Простояв некоторое время перед дверью, Кид решил все-таки проверить, что происходит. Он ждал чего угодно, но вовсе не того, что предстало перед его взором - Тимир и Илика лежали на кровати и страстно целовались. Вспомнив про то, каким был его друг до того, как повстречал сирену, Кид почел за лучшее вмешаться.
– Эээ... Прошу прощения... Тим, Тай просил, чтоб ты срочно к нему зашел!
– выпалил он первое, что пришло в голову.
Услышав голос рыцаря, Илика покраснела и быстро отодвинулась от Тимира.
– Кид... У меня просто слов нет...
– возмутился асур.
– У Тая что, пожар случился? Он подождать не может?
– Нет, не может!
– упрямо заявил Кид.
– Вставай, одевайся и идем!
Поняв, что рыцарь настроен решительно, Тимир сокрушенно вздохнул и сквозь зубы процедил:
– Хорошо, сейчас оденусь только...
Илика быстро выскользнула из комнаты. Было очевидно, что им с Тимом еще нескоро позволят побыть наедине. Впрочем, теперь это уже было не так важно. Главное, что они все живы и могут уехать обратно в Рондо. И жить так, как жили до этого.
– Ты что же это, мать твою, делаешь?!
– распекал Кид Тимира, по дороге к кабинету Тая.
– Ты ж ее не помнишь совсем! А что, если и не вспомнишь?! Что с ней тогда будет?!
– Что ты ко мне привязался?!
– разозлился асур.
– Она сама пришла ко мне в комнату. Я глазом даже моргнуть не успел, как оказалась в моей кровати... А я, между прочим, мужчина! И, еще, может я и не помню фактов, но когда она оказалась так близко... Кид, она такая... такая... Я, может, опять в нее влюбился!
– Влюбился он, - фыркнул рыцарь.
– Да пока ты понял, что она тебе нужна, больше десяти лет прошло! А тут вдруг страсти какие! Вот что, пока мы не поймем, как тебе вернуть память, к ней даже не приближайся! Ну, или во всяком случае, не вздумай оставаться с ней наедине. Я, между прочим, Илике жизнью обязан. И хоть ты мне и друг...
– Сдаюсь, сдаюсь!
– притворно поднял руки Тимир.
– Постараюсь впредь удерживаться от соблазнов.
– Отлично, - проворчал Кид.
– Сейчас мы все расскажем Таю, а потом должен еще подойти Элмор. Посмотрим, что он скажет.
– Тупица! Да что ты такое творишь?!
– взвизгнула Инилли, когда прямо перед ней шарахнула в стенку мощная стрела тьмы. Осколок камня на излете поцарапал ей щеку.
– Не нравится, иди, приготовь магистру ужин, - пожал плечами Алькор.
– Сам приготовит. Он приказал мне следить за твоими занятиями!
– Тогда ничем не могу помочь, - лич подавил раздражение и вновь попытался понять, в чем же заключается его ошибка. По всему выходило, что концентрация магической мощи в районе солнечного сплетения дает весьма непредсказуемые результаты. Алькор попытался найти другую альтернативную точку. Наконец, переместив точку накопления в район чуть ниже яремной ямки, лич вновь попытался призвать Кинжал грома. На сей раз заклинание удалось чуть лучше - из посоха вырвалась потрескивающая светло-голубая молния и исчезла во тьме коридора. В дальней пещере послышались истошные вопли гарпий и громкий мерзкий треск.
– А это какое заклинание было?
– съехидничала Инилли.
– Кинжал грома, - хмуро ответил Алькор.
– Надо посмотреть, что получилось.
Они быстро прошли несколько метров по коридору и пораженно уставились на многочисленные трупы гарпий, устилающие пол пещеры. Судя по встопорщенным перьям и сильному запаху озона, заклинание представляло собой особенно мощную концентрацию грозового разряда.
– Неплохо, - одобрительно хмыкнула Инилли.
– Пойдем, на подчиненных Бурзома потренируемся.