Чтение онлайн

Весной и летом 2010 года Катару были предложены исключительно выгодные условия по инвестпроектам в области недвижимости и золотодобычи. Почти год — вялый интерес, зевки и согласования. В итоге — отказ уже российской стороны по причине бесперспективности. ФГЭС, при всей помпезности и грандиозности замысла, — до сих пор весьма сомнительная структура. По очень простой причине — нет отчетливого и консенсусного механизма согласования цены. Угадайте с одного раза, кто там динамит процесс?

Говоря иначе, зачем-то Катар постоянно держит Россию на коротком поводке, выражая заинтересованность то в одном, то в другом, то в третьем крупном инвестпроекте, в итоге от них отказываясь и начиная проявлять интерес к следующему. Учитывая, что желающих вкладывать средства в российскую экономику не так чтобы много, Катар ведет себя как богатый дядюшка, махая перед носом российской номенклатуры пачкой долларов и при этом отчетливо гоня порожняк. В чем выгода? В чем смысл?

Стоит отметить: в том, что России не касается, Катар отнюдь не скуп. Катар щедр, Катар вливает невероятные деньги — так, он строит гигантский морской порт стоимостью под 7 миллиардов долларов на своей территории, в довесок к имеющимся сегодня сооружениям. Катар строит терминалы по приему СПГ в Англии, на стыке Германии и Польши, на юге Европы. Строит, как Магнитку и Днепрогэс, — в три смены, не считаясь с затратами и усилиями. Не хватает своих кровных — берет кредиты. Нет длинных кредитов — берет короткие.

Вкладываются деньги в строительство супертанкеров-перевозчиков СПГ. О них нужно сказать особо. Супертанкеры проекта Q-Max (Q — это, вестимо, Катар), первый из которых с многозначительным именем Mozah (шейха Моза — вторая и любимая жена Его Святейшества) способен перевозить 266 тысяч кубометров СПГ, что в пересчете на природный газ составляет почти 150 млн кубов за один рейс.

Так вот таких зверей Катар строит 25 штук. В довесок к уже имеющимся. Только по Q-Max объем перевозок катарского газа составит (25 танкеров х 15 рейсов в год х 150 млн кубометров) 56 с четвертью миллиардов кубов СПГ, пересчитанного в природный газ. Треть российского объема, продаваемого в Европу.

Любопытный вопрос: а с чего у Его Святейшества такая уверенность, что он загрузит такими объемами потребителя? И где этот потребитель? И если традиционный потребитель катарского газа — ЮВА, при всем уважении к азиатской экономике, вряд ли сможет обеспечить загрузку этих дополнительных мощностей, то куда Эмир намерен продавать 50 миллиардов кубов в довесок к уже продающимся?

Арабы вообще и арабские шейхи в частности, конечно, мечтатели. Если бы у Манилова были такие деньги, то их можно было бы даже сравнивать. Скажем, безумный проект в Дубае с его насыпными инвестиционно-пирамидальными островами-сказками — характерный пример. Но эмир строит не гостиницы и не самые огромные супермоллы в пустыне — он строит инфраструктуру. С обеспечением. Не считаясь с затратами и временем. Очень нестандартно для араба, прямо скажем. Видимо, кто-то там крепко подумал, и подумал расчетливо, здраво и планомерно.

Вопрос: когда будет построен самый огромный в Индийском океане порт-терминал, суперфлот супертанкеров и огромные регазификационные терминалы (как South Hook в Англии), что произойдет дальше?

А ведь есть еще вопросы. Стоящие где-то рядом. Например, в чем смысл разногласий России и ЕС по Энергохартии? В том, что экспортер газа не может единолично владеть транспортной сетью. И вдвоем владеть нельзя. Нужно продать часть доли третьему оператору — для того, чтобы монополист не очень-то мог выкручивать руки разнесчастным европейцам.

Имеется любопытная информация, что катарская сторона в лице как арабов, так и их евросотрудников, активно интересуется долями во всех европейских газотранспортных сетях. И там-то они вола за хвост не крутят — там все четко, мобильно и без проволочек. Угадайте с одного раза: ровно в ту секунду, когда Россию вынудят потесниться в доле в евро-ГТС, кто именно будет крутиться рядом?

Известный журналист Евгений Толстых поведал мне примечательную историю, рассказанную ему непосредственным участником событий — одним из генералов воздушно-десантных войск СССР. События происходили в Великобритании. Он присутствовал на королевском приеме в Вестминстерском дворце. Дело было в начале 70-х годов, и у всех еще были свежи воспоминания о вводе наших войск в Чехословакию. Случилось так, что наш генерал оказался в окружении британских военных и дипломатов. И один из них задал ему вопрос:

— Скажите, господин генерал, как так получилось тогда, в 68-м году, что ваши воздушнодесантные войска сумели опередить НАТО и первыми войти в Чехословакию?

Генерал, отхлебнув из бокала шампанского, ответил:

— Вы знаете, я не буду рассказывать всех секретов. Но если понадобится, мы можем это повторить. На примере Великобритании.

Его слова вызвали деликатные аплодисменты. Генералу за это ничего не было, судя по тому, что история была рассказана в начале 80-х годов. А вот будут ли основания так ответить у сегодняшнего генерала? После того, как в небольшой стране под названием Катар избили российского посла, на что не последовало никакой ответной реакции, говорить об этом трудно.

Но как же все происходило в той истории с послом? Наш посол Владимир Титоренко прибыл из Иордании с дипломатической почтой. Катарские таможенники потребовали, чтобы посол позволил им «просветить» вализу с диппочтой в рентгеновском аппарате. Катар не подписывал положение Венской конвенции о дипломатических сношениях, в котором говорится о неприкосновенности такой корреспонденции. Имевшаяся на руках Титоренко нота МИД Катара, разрешающая не просвечивать российскую почту, на таможенников впечатления не произвела.

На заявление посла, что они не имеют права на досмотр диппочты, ему отвечают, будто это приказ лично премьер-министра. Посол говорит: «Вот конверт, вот я его гну, там нет ни денег, ни наркотиков, пощупайте». Дошло до того, что он вскрыл край конверта, чтобы они убедились — там только бумаги. Ни химии, ни порошков, ни золота, ни денег. Но содержания этих бумаг они знать не должны. И, тем не менее, произошло демонстративное нападение. Избили господина Титоренко основательно: у него произошло отслоение сетчатки. То есть он мог и ослепнуть. Но повезло, что быстро провели операцию, иначе человек мог бы остаться инвалидом.

Россия потребовала извинений, однако МИД Катара никак не отреагировал. Как действует любая страна в таких ситуациях? Во-первых, закрывает посольство либо сокращает штат до минимума. Во-вторых, когда подобный инцидент произошел в Иране с британцами, они не только разорвали дипломатические отношения, но и вынесли на рассмотрение Совета Безопасности ООН вопрос о том, что не уважается международное право. И их поддержали такие страны, как Германия, Италия, Франция и Норвегия, также закрыв свои посольства.