Чтение онлайн

Так вот, взбираясь по лестнице, Йорген то и дело протягивал руку, чтобы помочь мне подняться. Но и я не осталась в долгу – пару раз его поймала, не дав соскользнуть, что могло бы грозить серьезными травмами, а то и увечьями или смертью младшего принца династии Вельмаров.

И за все это время Йорген ничего не сказал.

Не было ни слов благодарности, ни обсуждения того, как он станет отговаривать отца, объясняя, что вместо пиратов королю Гериху стоит открыть охоту на собственников золотых табакерок, потому что они – собственность Ларге Крейгена.

Вместо этого мы молча взобрались на проклятую скалу, затем, запыхавшиеся, дошли до входа в дом – который никто не охранял, а ведь должны были! – где я постучала в дверь.

Стояла, прислушиваясь к хрипловатому дыханию Йоргена, а еще к шуму крыльев пронесшейся над головой Айреи, которая собиралась сперва на охоту, а потом, вернувшись, планировала прилечь под навесом рядом с хозяйственной пристройкой, устроившись на ночной сон.

Я думала о том, какой фурор произведет моя воздушная драконица на всех домашних.

А еще слушала, как в доме раздались шаркающие, приближающиеся шаги. Мне открыл Роберт, камердинер дяди, державший в руках керосиновую лампаду. Увидел меня, и…

На его лице сперва появилось изумленное выражение, а потом я заметила, как в глазах у пожилого слуги блеснули слезы.

– Роберт, а мой дядя…

– Он дома… Дома, мисс Шани! Проходите же скорее! Тесса, Тесса! – покликал Роберт служанку. – Беги скорее к хозяину, сообщи ему радостную весть!

– Со мной мой друг, – произнесла я, потому что явился еще и запыхавшийся охранник Томас, похоже, отдыхавший в дворницкой и проспавший все на свете.

И я решила, что непременно его отругаю за то, что мы подошли к дверям беспрепятственно и никто из тех, кто должен был охранять собственность ДиРейнов и его самого, и ухом не повел.

Но не сейчас, позже.

– Принц Йорген Вельмар, – представила я, а затем увидела, как вытянулось лицо Роберта. – Эту несомненно увлекательную историю я расскажу всем позже. А сейчас…

Вместо этого началась история настоящего гостеприимства в доме ДиРейнов, где Йоргену оказали самый теплый прием. Но сперва по ступеням сбежал – сбежал! – мой дядя, затем кинулся ко мне, и уже скоро я прижалась к нему…

Радовалась, что за время моего отсутствия дяде не стало хуже. Его болезнь не вернулась, как раз наоборот. И до сердечного приступа своим исчезновением, а потом неожиданным ночным вторжением я его не довела.

– Шани, с тобой… С вами все в порядке? Ваше высочество, – поклонился дядя принцу. – Рад, что вы стали гостем в нашем доме!

– Мы сбежали, – произнесла я. – Улизнули из-под носа у пиратов и нари. Это длинная история, и я непременно обо всем тебе расскажу. Но сначала...

– Мне нужно вернуться во дворец, – попытался было заикнуться Йорген, на что мы с дядей посмотрели на него с сомнением.

Конечно, нужно, но не в таком же виде?!

Потому что вид у нас с ним, если честно, был довольно жалкий.

Поэтому принц сначала испытал на себе гостеприимство семьи ДиРейнов, и только через полтора часа, приняв ванну, переодетый в сухую и чистую одежду и накормленный до отвала, Йорген все-таки отказался переночевать, сказав, что ему надо немедленно поставить отца в известность.

Уже скоро к крыльцу была подана карета, а несколько всадников сопровождения дожидались снаружи, потому что мы с Йоргеном решили поговорить напоследок.

– Ты же помнишь наш уговор, – произнесла я, вглядываясь в его лицо, в чертах которого, как мне казалось, принялась проступать упрямая властность правящей династии Вельмаров.

То, чего я не замечала за ним раньше.

Неужели Йорген так хорошо это скрывал? Или же я отказывалась видеть?.. Или это проявилось во время плена в Карассе, когда принц понял, что его беззаботная юность осталась позади?

– Помню, – отозвался он. – Мы поступим именно так, как должны.

– А мы – это кто? Кто, Йорген?!

– Вельмары, – заявил он. – Ты должна знать, Шани, что все наши поступки всегда направлены исключительно на пользу Арвена.

– Йорген, скажи мне, почему ты не даешь прямого ответа? – не выдержала я. – Не говоришь, что постараешься остановить своего отца? Что объяснишь ему…

– До завтра, – произнес он, даже не дослушав. – Думаю, тебе стоит вернуться в академию. Там ты будешь в большей безопасности, чем в этом доме.

Вскоре Йорген уехал, а я осталась на крыльце, гадая, что принесет мне следующий день: пиратов, нари, появление Ларге Крейгена или странные поступки со стороны принца Арвена?

Но сперва я вернулась в дом, а затем опустилась в кресло в гостиной, потому что дядя не ложился спать.

Дожидался моего рассказа. Сидел и смотрел на огонь, а я глядела на него.

Внезапно подумала, что дядя резко помолодел, когда болезнь отступила, и если мы все выживем… Ну, если Бездна нас не захватит и не уничтожит, то почему бы ему не жениться?

Гильберт ДиРейн слишком много времени провел в своих странствиях, далеко раздвинув границы обитаемого мира, но так и не успел испытать обычного человеческого счастья.

Может, для него еще не все потеряно?

– Расскажи мне, – попросил дядя, – обо всем, что с тобой произошло. От начала до конца, Шани, и тебе не стоит бояться быть со мной откровенной. Потому что со своей стороны я сделаю первый шаг.

Он немного помедлил, а затем произнес:

– Весть о твоем похищении застала меня не слишком далеко от Карассы. Мы как раз причалили в порт Эндура, и там-то через контору поверенных мне передали сообщение… Рассказать тебе, что я почувствовал в тот момент?

– Да, – едва дыша, отозвалась я.

Внезапно мне до безумия захотелось услышать от него, что я ему дорога. Потому что для сироты с Найрена не могло быть ничего слаще, чем слова любви и привязанности со стороны новообретенной семьи.

Даже если эта семья состояла всего лишь из одного дяди (про пиратов сейчас думать я не хотела).

– Я почувствовал себя так, словно у меня земля ушла из-под ног. Потому что кто-то… Вернее, неведомая сила отобрала часть меня. – На короткое время дядя замолчал. – Видишь ли, Шани, своих детей у меня нет, и я уже смирился с мыслью, что их никогда не будет. Но все изменилось в тот момент, когда я тебя отыскал. Именно так я к тебе отношусь – словно к своей дочери. И если кто-либо…