Чтение онлайн

— Зачем ты сюда прибыл, Хан Лон? Это связано с гробницей?

— Нет, я про неё не знал. И на данный момент я не буду разглашать причину моего появления.

Судя по вашему рассказу, сама гробница Божественного императора имеет лишь косвенное отношение к этой истории, — сказал Хан Лон, обращая взгляд на зелёный листок, который лежал на песке. — Главный вопрос заключается в том, кто именно ударил первым. И зачем. Пока что я склоняюсь к тому, что виноват ты, Гурин.

— Почему? — спросил обвиняемый.

— У тебя был мотив. Ты желал заполучить гробницу намного сильнее, чем Весперия. По крайней мере такое впечатление сложилось у меня после того, как я прослушал ваши рассказы. К тому же ты говоришь, что Весперия сошла с ума, когда напала на тебя, однако сейчас она находится в здравом уме, не так ли?

— Пожалуй, что так, — согласился Гурин.

— Конечно, — фыркнула Весперия.

— Мне трудно поверить в это «спонтанное помешательство». Следовательно, её версия событий кажется более правдоподобной.

— Пожалуй, — снова кивнул Гурин и спросил бесстрастным голосом: — Ты убьёшь меня?

— Я не могу принять такое решение без крайней необходимости и конкретных доказательств, — покачал головой Хан Лон. — Вы повторите свой рассказ Божественному императору, и уже он будет решать вашу дальнейшую…

— Стойте, мастер! — вдруг раздался взволнованный голос.

Все собравшиеся немедленно посмотрели на листок.

— Зао! — удивлённо воскликнул Хан Лон и немедленно прищурился. — Как ты здесь оказался?

— Прошу прощения, мастер, но я не могу выйти и поклониться перед вами. Моё тело всё ещё поглощает наследие Божественного императора.

— Пускай, — кивнул Хан Лон, и в следующее мгновение все собравшиеся переместились в обширный зал, в дальнем конце которого располагался саркофаг, а перед ним — юный дракон с золотистыми волосами.

— Что происходит, Зао? — спросил его Хан Лао.

— Всё началось с того момента, когда я заполучил гробницу Божественного императора…

И Зао приступил к рассказу, уже третьему за сегодня. Оказывается, после того как он сразил всех своих соперников и стал наследником Божественного императора, он, как и предполагали другие участники экспедиции, погрузился в глубокую медитацию. Сама же гробница, словно желая уберечь своего нового владельца, переместилась в другой мир — причиной тому был своеобразный защитный механизм.

Несколько недель Зао провёл в глубокой медитации, как вдруг формации гробницы сообщили ему, что приближается угроза. Это были Весперия и Гурин. Зао уже собирался прервать свою медитацию и поприветствовать Канцлеров, когда между ними неожиданно завязалась битва.

— Я не посмел выйти за пределы гробницы, когда они сражались, но ваше появление всё изменило, мастер! Я знаю, кто нанёс первый удар! Кто здесь настоящий предатель!

— Кто же? — немедленно спросил Хан Лон.

Гурин и Весперия посмотрели на молодого дракона. В глазах женщины промелькнул триумфальный блеск, и вдруг…

— Это была Весперия, Канцлер Ледяных Миров.

— Что… — прохрипела Весперия, и вдруг невиданная сила обрушилась на неё и приковала к земле. В следующую секунду с пояса Хан Лао спустились огромные цепи, набросились на неё и связали по рукам и ногам.

— Твою судьбу решит Божественный императора, предатель, — сказал Первый канцлер.

— Это ложь! Мальчишка врёт! Не верь ему, Хан Лон! — придя в себя заревела Весперия и замолчала, когда цепи вонзились в её рот.

Всё это время Гурин спокойно наблюдал за судьбой своего противника, временами бросая задумчивые взгляды на Зао и серебристый куб, который лежал у него на плече.

— Мы возвращаемся в столицу, Гурин, — сказал Хан Лон, приподнимая трепещущую мумию из окровавленных цепей, в которую превратилась Весперия. — Божественный император вызывает всех Канцлеров.

— Поэтому ты явился в этот мир, Хан Лон? — заметил старый дракон.

— Верно. Вы не ответили на призыв, и мне пришлось забрать вас лично.

— Что-то случилось?

— Да, — серьёзным голосом ответил Хан Лон. — На Канцлера Южного Неба пали подозрения в предательстве.

…

…

…

— Мастер, если позволите, я бы хотел продолжить медитацию, — сказал Зао, когда разговор между Драконами Небесной Мудрости подошёл к завершению, и Гурин отправился в столицу.

Хан Лон задумался на мгновение, потом кивнул:

— Позволяю, но тебе следует переместить гробницу в другой мир. Уничтожение этого нам придётся отложить, но рано или поздно ему всё равно придёт конец. Такова воля Божественного императора.

— Я понимаю, — поклонился Зао.

Первый канцлер бросил последний взгляд на своего ученика и шагнул в пространство между мирами. А ещё через минуту в гробнице появились Сима и Лу Инь, и тогда же серебристый куб слетел с плеча Зао, после чего гениальный дракон повис посреди воздуха, как марионетка, которая потеряла своего кукловода.

— Пронесло, — сказал Сима.

Лу Инь, на лице которой всё ещё читались признаки недавнего напряжения, выдохнула.

Сима оставил Зао и куб внутри гробницы Божественного императора — где нельзя было использовать духовное сознание, а потому даже Драконы Небесной Мудрости не могли понять, что его подчинили телесные духи — в качестве своеобразной защитной подушки. Если бы Гурин или Весперия действительно попытались забрать гробницу, Сима намеревался использовать авторитет ученика Первого канцлера, чтобы защитить своё сокровище.

Он и представить себе не мог, что Первый канцлер лично явится на поле боя, после чего им придётся в срочном порядке разыгрывать перед ним такую сценку. Собственно, разыграл её именно куб. Это он очень правильно решил проявить инициативу, в то время, как Сима и Лу Инь выступали в роли обыкновенных, очень напряжённых наблюдателей, жизнь которых висит на волоске и определяется исходом этой пьесы.

В итоге их план увенчался успехом. Причём во всех отношениях, включая расследование, которому подвергалась Анзу.

Дракониха прекрасно понимала, что даже если прямо сейчас административные заботы не позволяли ей разрушать миры, после «предательства» одного из своих Канцлеров Божественный император может переменить мнение по этому вопросу и приказать ей занять его место. Поэтому Анзу заранее решила сделать себя недоступной. Для этого ей нужно было либо либо получить серьёзную рану, однако во всём мире очень немногие могли ранить Дракона Небесной Мудрости, либо тоже оказаться возможным предателем.

Дракониха выбрала второй вариант и заранее приготовила некоторые записи, которые с виду указывали на её связи с телесными духами. Разумеется, она позаботилась о том, чтобы всякое расследование зашло тупик, однако до этого момента следователям придётся некоторое время побродить по запутанному лабиринту улик как в пользу её невиновности, так и против неё.