Чтение онлайн

Окружающее меня пространство мигнуло, и я в следующую секунду оказался в копии леса сверху. Можно было подумать, что я откатился назад во времени, но моя память, усиленная Системой, была достаточно фотогеничной, чтобы подметить: деревья в этом месте ниже, и практически нет построек на них.

Аура, которую я почувствовал за своей спиной, заставила мой Аксиос содрогнуться. Она напомнила мне то всемогущее давление, что я когда-то ощущал от самой Серой Пустоты. Нет, не совсем оно, но где-то на дороге к ней, явно на ступень выше меня.

Обернувшись, я обнаружил стоящего посреди леса смуглого мужчину с вытянутыми чертами лица в сорочке и самых обычных штанах. И всё бы ничего, если бы не надпись над его головой.

[Первый ка-Эрн (304)] [Мифриловый]

Заражённая древним артефактом, принесённым тварями Хаоса из-за Предела, проклятая тварь

УБИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

Очки Здоровья: 3 431 500 000/3 431 500 000

— Ты ещё кто такой? — нахмурился мужчина. — Кто позволил тебе беспокоить меня, слабак?

Раньше они с нами не говорили, но этот факт ничего не менял. Я всё же не зря пришёл сюда.

— Сейчас мы посмотрим, кто из нас двоих слабак, — сказал я, призывая копьё ауры в руки и прокручивая его, направляя в лицо тому, кто не мог быть ничем другим, кроме как Прайм-сенексом.

Одним из тех, кто ждёт лекарства от безумия. Одним из сильнейших Первых.

Передо мной стоял Первый, чей уровень перевалил за триста. Древний, родовой, из тех, кого Йон называл «спящими». И конкретно приставку «Первый» в имени я видел впервые.

Несмотря на войну с Первыми, информации о них у нас было ужасно мало, и о подобных местах содержания я не знал. Мы попросту не общались с ними. Ни разу. Вообще, я думал, что они где-то спят, в капсулах, например, как в известном одноимённом фильме.

Только этот не спал. Он смотрел на меня с таким выражением, с каким смотрят на насекомое.

— Ты глух? — спросил ка-Эрн, не повышая голоса. — Я задал тебе вопрос. И не привык повторять.

— Ной, — ответил я, сжимая копьё. — Меня зовут Ной. И я тот, кто убьёт тебя.

Он никак на это не отреагировал. Даже не улыбнулся. Просто наклонил голову набок, словно пытаясь понять услышанное.

Какой-то он заторможенный, что ли. Или не признаёт меня за врага? Слишком спокоен. Слишком… вечен. Будто ему некуда спешить, потому что он и так переживёт всех, кто когда-либо посмеет на него поднять руку.

— Убьёшь меня, — повторил он, пробуя слова на вкус. — Ты слабее рабов, что сюда приводят время от времени. Как ты можешь убить меня? Это…

Вместо ответа я атаковал.

Пара быстрых шагов вперёд — и копьё вошло бы прямо под подбородок Первому. Такой выверенный удар с дальнейшим проворотом лезвия должен был смахнуть голову любому живому существу. Сотни раз уже повторял этот удар. Тысячи. Он стал рефлексом для меня.

Должен был…

Остриё ауры встретила ладонь Первого, сжатая в кулак. Он просто поднял руку и поймал моё копьё быстрее, чем я понял, что случилось. Оно тут же треснуло с противным хрустом — и начало рассыпаться светящейся пылью. Мне пришлось убрать оружие, отступив и инстинктивно встав в защитную стойку, но ответной атаки не последовало.

— Медленно, — отметил он, опуская руку. — И предсказуемо. Ты слаб и слишком молод.

Он ударил.

Я не успел уклониться. Даже не увидел начала движения. Отвык уже от навыка Перемещения — за последние дни на Омни-Терре я привык полагаться на него, на эту мгновенную пространственную вспышку, которая в сотни раз ускоряла бой.

Но это было лишь оправданием, потому что его рука двигалась быстрее, чем моё тело могло среагировать даже с мифриловым восприятием.

Удар пришёлся в грудь, и звук от него пришёл лишь тогда, когда я уже проломил спиной два дерева. Защитник Пустоты я активировал чуть ли не автоматически, ещё в полёте, но даже так от того, что Система называет «неуязвимостью», первая шкала моей брони слетела на треть. Одна треть защиты — за один обычный удар. В нём даже не было ауры…

Я поднялся, отряхиваясь, чувствуя, как тело перестраивается, залечиваясь. Грудная клетка болела так, словно туда вогнали раскалённый прут, но к боли я уже успел привыкнуть — не впервой получаю.

— Сильнее раба, — снова отметил Первый, не двигаясь с места. — Но всё равно слишком слаб для меня. Откуда ты взялся? Ты забрёл сюда по ошибке? Кто твой господин? Он будет наказан.

Это начало меня раздражать. Лучше бы Первые и дальше были молчаливыми противниками — без этих снисходительных речей и этого взгляда.

Сконцентрировавшись, я призвал вместо копья два коротких клинка.

Он просто стоял и смотрел, опустив руки вдоль тела. И эта неподвижность была хуже любой атаки. Когда враг атакует, ты можешь прочитать его, найти ритм, понять, куда его бить. Когда враг стоит и ждёт, он прямо говорит тебе о том, что ты не опасен настолько, чтобы он тратил силы на движение. Будто бы он выше рангом, чем я.

Но я прекрасно понимаю, что это не так. Да, он ощутимо сильнее, но мы оба — мифрил, а значит, смертны друг для друга. И если он не движется — я заставлю его.

Приближаясь к противнику снова, я использовал Перемещение, сместившись влево буквально на метр, — короткий рывок. Сработало. Отлично. Значит, навык не заблокирован, значит, у меня всё ещё есть козыри.

В следующее мгновение я использовал Перемещение ещё раз, уходя за особенно крупное дерево, так, чтобы Первый меня не видел. Замахнувшись для удара, одновременно перемещаясь к врагу с противоположной стороны. Финт, замены которому попросту нет.

Сработало.

Он пошевелился. Просто шаг в сторону — одно плавное, почти ленивое движение, и оба моих клинка прошли мимо, не задев даже его одежды. Один просвистел в сантиметре от его уха, второй — по касательной к бедру. Ноль урона.

Я сконцентрировал ауру, превратив её в десятки тонких жгутов — коронный приём Йона, то, чем я нашинковал уже не один десяток Первых, — и разом бросил их в ка-Эрна.

Он уклонился снова, выгнув спину назад под немыслимым углом, — позвоночник прогнулся так, будто состоял из резины, а не из плоти. Жгуты пролетели над ним и срезали несколько деревьев под корень, ни разу не задев при этом цель.

Затем он шагнул ко мне прямиком в этом положении, не разгибаясь. С выгнутой спиной, с руками, касающимися земли, он двигался вперёд со скоростью, которая не оставляла мне времени даже на то, чтобы отступить Перемещением.