Чтение онлайн

ГЛАВА 4

Прозрение под дулом пистолета

Темнее всего перед рассветом.

Соджорнер Трут[18]

В течение пятнадцати лет мой бизнес покорно, хотя и с издевкой, подчинялся мне. А я работал, словно вечный двигатель. Но, конечно же, мое положение было шатким. Все зависело от меня, и если бы я позволил себе хоть на миг расслабиться, то все рухнуло бы.

Итак, после семи месяцев работы в две смены я зашел в тупик. В моем арсенале «стратегий спасения в последний момент» не нашлось способа избежать надвигающегося смертельного удара — неспособности выплатить даже часть заработной платы. Не получив деньги, сотрудники уйдут, мгновенно уничтожив мой бизнес: тогда и все клиенты разбегутся в поисках другой телефонной службы для обработки их срочных звонков. В один момент Centratel закрыл бы свои двери, и я потерял бы все, что создал за полтора десятилетия. Не говоря уже о том, что шестнадцать моих сотрудников потеряли бы работу, а триста постоянных клиентов оказались бы в критической ситуации.

Я был одиноким пятидесятилетним мужчиной, морально и физически истощенным, без финансовых и карьерных перспектив. Интересное совпадение: неминуемая смерть Centratel совпала бы с таким же неминуемым упадком моих физических и психических сил. Я был в отчаянии и впервые — в гневе, а часы по-прежнему тикали.

Рассвет

До выплаты заработной платы оставалось всего несколько дней. Как всегда измученный, я лежал в постели, не смыкая глаз. Но в ту ночь я впервые перестал думать о мелочах, философии бизнеса, сложных теориях и надеяться, что в последний момент произойдет божественное вмешательство. Это был конец, анализировать больше нечего, размышлять — тоже не о чем; не осталось ничего, что можно спасти. За исключением одного. Я мог по крайней мере положить конец этой затянувшейся печальной эпопее, сохранив хоть немного самоуважения. Сделав последний рывок, я бы ослепительно вспыхнул, прежде чем погаснуть. Все бы не закончилось так плачевно. Раз уж все потеряно, почему бы не воспользоваться последним шансом поруководить?

На этот раз никакого спасения не было. В три часа ночи я лежал в кромешной тьме, рассматривая все возможности ослепительной вспышки. Я помню то болезненное, но приятное ощущение, которое испытывал, вырабатывая план своей предсмертной агонии. Какой она будет? Но было и кое-что странное. Я вдруг успокоился. Как такое может быть? Без подбадриваний и без всякой видимой причины, из ниоткуда вдруг возникли два простых прагматичных вопроса: «Что я делал не так все эти годы? И раз конец все равно близок, что я потеряю, если откажусь от прежних убеждений и посмотрю на свой мир под иным углом?»

Именно позиция «нечего терять» стала катализатором. Очевидный крах Centratel дал мне свободу все пересмотреть. Любая новая идея, какой бы невероятной она ни казалась, могла бы что-то дать — положение дел было хуже некуда. У меня оставалось еще несколько дней, чтобы поэкспериментировать. Возможно, я смог бы даже расслабиться и повеселиться, потому что… да какая разница?

Ответы пришли из ниоткуда. Я пережил своего рода прозрение. Звучит банально, но, на мой взгляд, я вышел из хаоса собственной жизни. Я больше не был его неотъемлемой частью. Всплывая на поверхность и отдаляясь от хаоса, я смог рассмотреть свой бизнес в деталях, аккуратно размещенных, как на мониторе компьютера. Рассмотрев все «с высоты птичьего полета», я был поражен: Centratel оказалась простым автономным механическим устройством! Это не более чем набор последовательных механизмов: ответов на звонки, торговых презентаций, расчета заработной платы, составления графиков работы, рассмотрения жалоб и многого другого. Это своеобразный алгоритм действий, выполняемых в определенном порядке, линейно, шаг за шагом, пока не будет завершена вся последовательность для конкретного процесса. Инстинктивно я понимал, что остальная часть моей жизни функционирует по тому же принципу: как совокупность отдельных и независимых процессов, каждый из которых работает предсказуемо и надежно в соответствии с собственной структурой. (Да, конечно, вначале я думал, что эти системы переплетаются и влияют друг на друга, — придерживался принципов холизма. Но и они не могут скрыть индивидуальности каждой системы и прелести их самостоятельного существования.)

Поздно ночью мною навсегда овладело новое видение. Мои мысли мчались со скоростью света, я поражался этой простой красоте. Я понял, что мое предыдущее видение было ошибочным. Планета Земля — не огромная аморфная бурлящая масса людей, объектов и беспорядочных событий. Это место порядка и логики, место предсказуемости. Мир — набор логических систем! Впервые я увидел Centratel как замкнутую систему — независимый, автономный механизм, самостоятельную единицу, вроде человеческого тела, самолета, дерева или города. И я знал, что как первичная система Centratel имеет нечто общее со всеми другими системами. Все они совокупность многочисленных отдельных подсистем. Эта логика была прозрачной и утонченной. Я почувствовал тихую радость, которой никогда не испытывал раньше. И по сей день я помню каждое мгновение.

Строчка из старой песни группы The Fixx постоянно крутилась в моей голове: «…одно ведет к другому… одно ведет к другому…»[19]. Я понял, что мой метод управления бизнесом давал обратную реакцию и поэтому был ужасно неэффективным. Я выбрал неправильную позицию, потому что не видел механизма своего бизнеса. Я только решал насущные проблемы, не подозревая, что они были результатом неправильно работающих подсистем. Те жили своей жизнью и действовали в собственной линейной последовательности без определенного курса, что постоянно приводило к низким результатам, которые приходилось исправлять или скрывать. Первичная система, которой был мой бизнес, выходила из-под контроля, потому что состояла из неконтролируемых подсистем!

Мой мир был хаосом не потому, что я неудачник или несчастная жертва обстоятельств, а потому, что я не контролировал многие подсистемы. Из хаотичных неконтролируемых процессов складывалась неправильно функционирующая первичная система моей жизни: бизнес, здоровье и отношения.

Кто в ответе за все это?

Уставший, но довольный, я лежал в постели, смотрел на свой мир и наслаждался новым видением. Это был пограничный, мистический, в каком-то смысле предсмертный опыт, но без туннеля и яркого света. Впервые мне стало ясно, что мое восприятие реальности было смутным и неопределенным. Как там говорится? «Одно знаю, что я был слеп, а теперь вижу»[20]. Где-то из глубин моего отчаяния всплывало все больше вопросов, над которыми я раньше не задумывался: «Кто в ответе за все это?» и «Как этот мир продолжает функционировать день за днем, год за годом, из века в век?» Ответы пришли быстро.

Я был поражен, осознав, что не существует никакого «Властелина мира», управляющего всеми событиями. Земля вращается сама по себе, несмотря ни на что. Жизнь течет в рамках общей структурированной и организованной модели, но… никто за это не отвечает! Благодаря непреклонным законам природы системы прекрасно работают в соответствии со своим строением. На Земле, всегда и везде, действуют законы гравитации. Здесь один плюс один равно двум, и там один плюс один — два. Законы природы — залог того, что механизм мира будет надежным и предсказуемым. Мы, люди, получили прекрасный дар: возможность понимать суть мира, управлять им, делать свою жизнь такой, как мы хотим, использовать законы природы в своих интересах. И никто — ни конкретный человек, ни группа людей — не отвечает за все это!

Я витал в своих мыслях и поражался безмолвной невидимой силе, которая заставляет Землю бесконечно двигаться вперед, несмотря на все попытки человека вмешаться в этот процесс. Циклически, методично и вопреки всему сложный мир движется сам по себе, настраиваясь, балансируя и уравновешивая все вокруг. И в основе всего этого лежат бесчисленные линейные системы.

Мир эффективен на 99,9%

Логическое обоснование этих систем — не заклинание хорошего самочувствия и позитивного мышления и не вера. Речь о холодной, как камень, механической реальности. Подумайте о процессах нашей жизни и сделайте выводы. Мы просыпаемся, принимаем душ, одеваемся, едим, идем на работу и вечером возвращаемся к родным и близким. Затем мы смотрим телевизор, читаем и рано (или поздно) ложимся спать. На следующее утро мы снова встаем, принимаем душ и далее по цепочке. И 99,9% времени все работает отлично.

Это беглое, общее описание. Разделите его на составные части и последовательно отметьте другие события дня. Это будут тысячи пунктов: работающая каждое утро кофеварка; автомобиль, который, несмотря на все свои внутренние тонкости, начинает работать с поворотом сначала ключа, а затем руля; занимаемый нами кабинет; сложности нашей работы; зарплата, которую мы получаем за ее выполнение. Представьте себе процессы обмена информацией с окружающими: личная беседа, голосовая почта, сотовый телефон, электронная почта, письмо. Все это системы, безупречно работающие 99,9% времени.

Представьте систему, именуемую телевизором. При простом нажатии кнопки этот невероятно сложный механизм оживает! Задумайтесь, сколько механизмов обеспечивают трансляцию программ по нему. Затем подумайте о газонокосилке, о воде из крана, вездесущей электроэнергии, поставляемой в наши дома для того, чтобы оживить множество устройств, каждое из которых само по себе — сложная система.

Изучите одежду, которую мы носим; покупки, которые совершаем; работу, которую выполняем. Подумайте о газе или бензине, которыми заправляют наши машины на автозаправочных станциях. Где-то далеко сложные механизмы добывают из земли нефть. Затем люди транспортируют ее с помощью высокотехнологичных судов, грузовиков и трубопроводов на нефтеперерабатывающие заводы, где она, пройдя сложные процессы переработки, превращается в бензин. Потом специальные машины доставляют его в несчетное количество мест, чтобы мы могли заправить свои автомобили в нужный момент. Мы никогда не задумываемся о тонкостях системы бурения, переработки и доставки. И это лишь немногие из миллионов систем, касающихся нашей повседневной жизни.