Чтение онлайн

— Я не знаю, Дим. Проверим вместе. Вы из Топольного?

— Бабушка с дедушкой из Топольного, — ответил он, покачав головой. — Мы в городе живём. Я, мама, папа, Анюта.

— Ты знаешь, какой город? Барнаул?

— Нет, Бийск. Улица Приморская, дом девять.

— Мы поищем твоих маму и папу, — ответил я.

Если честно, надеялся, что дети из Топольного. Сдать их родителям, если те живы, было бы самым простым решением. Деревня от нас должна быть через осколок, ну максимум через два, если расположение у них неудачное. А до Бийска мы доберёмся чёрт знает когда. Тем более, что он даже не по пути — если и рваться в город, то сразу в столицу края, в Барнаул.

Хотя, в Бийске много военных — его ближе к тридцатым сделали закрытым городом из-за оборонных предприятий. Друзей у меня там нет, но пара хороших знакомых служат. И власть там именно армия должна взять, больше некому.

Может, есть смысл заглянуть?

Посмотрим, как пойдёт. Семьи всех наших ребят собирать всё равно придётся. Я сам переживаю что за Юлину маму, что за Семёныча с внучкой. Своих бросать никак нельзя.

— Хорошо. Скорее бы, — Дима шмыгнул носом и пошёл вытаскивать из укрытия сестру.

В какой-то степени, нам даже повезло, что они совсем малыши. Весь уровень творящейся жести они просто не способны осознать. Подросток или взрослый на их месте мог бы сейчас биться в истерике, а Дима даже не заплакал. Пока, по крайней мере.

Психика гибкая, из жизненного опыта — только детский сад и мультики.

Впрочем, слёзы ещё обязательно будут, и не раз. Благо, женщин у нас в отряде хватает — есть, кому малышей передать. Я как-то неделю сидел с десятилетней Юлей, когда её мама в больнице лежала — так чуть не сдурел. Под конец был готов на стену лезть от этого рыжего энерджайзера.

Дети хороши порционно. Родителем я так и не стал, и даже не знаю, смог бы или нет. Башка у меня под другое заточена.

Кот — как-то стрёмно его Безумцем звать, если честно — очень по человечески вздохнул, проводив мальчика взглядом, и устало уселся на землю, отложив таки лопату. Никаких следов сумасшествия я в нём не видел. Нормальный взгляд, нормальная жестикуляция.

Впрочем — это пока ничего не значит.

Кто он? Шизофреник? Аутист? Просто какой-нибудь философ, не вписавшийся со своими идеями в кошачье общество? Вообще, смахивает скорее на юродивого, что собирает милостыню у церкви — только с кошачьей спецификой. Лохматый, седой от макушки до хвоста, сутулый. Завёрнут в какую-то грубую мешковину на манер пончо.

Коты, кстати, вообще всякие плащи и накидки любят — прям как авторы фэнтези. Дождей у них тут быть не может, смены времён года — тоже. Осталось чисто как традиция, полностью лишённая практического смысла.

А вот глаза у старика хитрые, насмешливые. Вряд ли он реально сумасшедший, за его прозвищем просто кроется какая-то история.

— Рыжая найти Великий Вожак, — промяукал он. И это был не вопрос — утверждение. Надо же, как быстро он догадался. Всё понял, когда я назвал свой класс? И ведь он не осуждает Милу, пусть и ощущается в его словах насмешка. Хотя, если подумать — он так и о том, что русский понимает, сказал.

Дожили. Я уже понимаю по мяуканью кошачью иронию. Да, в целом — все их интонации. Система всё-таки с мозгами чудеса творит.

И ведь он, похоже, даже не осуждает то, что Мила стала питомцем. Для меня собственная свобода — величайшая ценность, и такого мне не понять никогда. Полностью кому-то подчиниться. Не как тупой зомби, конечно, но всё равно.

Да и это я — хороший хозяин, который из питомцев не делает себе послушных рабов. Могло ведь быть и иначе. Как своих подопечных будет ломать приручитель-психопат?

Кот, однако, продолжил. И… М-да, такого я точно не ожидал.

— Этот мийю найти Великая Мать.

Честно, у меня в голове всё сложилось не сразу.

Ну, мать и мать. У них же богиня — Тёплая Мать. Чего бы тому, кого местные называют безумным, не дать ей своё имя. Тем более, не сильно-то оно отличается от общепринятого.

Но, кот бросил взгляд в сторону Димы, который стоял у ограждения и что-то шептал спрятавшейся сестре.

Девочке-приручителю.

Срань господня!

Седой мийю-старик, ещё и с весёлым именем Безумец, стал питомцем маленькой девочки! Ей сколько лет вообще, если она младше Димы? Ему примерно пять-шесть. Ей — четыре? Три?!

У Милы глаза потешно распахнулись, она даже про вырубленного котяру забыла. Да и у меня глаза, чую, по пять рублей сейчас.

— Великая Мать — ребёнок? — хмыкнул я. — Ещё и ребёнок, которого ваши воины забрали в рабство. Ты не староват для её сына, кот?

— Имена — глупо, — отозвался кот. — Этот мийю видеть, Рыжая — не Рыжая. Милая. Этот мийю видеть, что мийю не любить Милая. Этот мийю видеть, чужой воин — Железный Сапог. Этот мийю видеть, что в Железный Сапог нет лапа.

Я хмыкнул: с последним утверждением не поспоришь. Интересно только, как котяра наши Системные имена увидел. Навык какой-то? Что ещё он может показать? Если кто-то, скажем, сможет видеть твой уровень, это уже опасно. Если ещё и характеристики с навыками — вообще атас.

Надеюсь, защита от этого сканирования есть. У Системы всё по полочкам, на любой меч должен быть свой щит. И нашему отряду надо обзавестись и тем, и другим.

И системный перевод интересно работает. Мила — милая, Сабатон — железный сапог. Если первое вполне осмысленно, с сапогом смысл уже передан паршиво. Сабатон — это не столько сапог, сколько накладка на сапог.

Кстати, я ещё и обуви на котах не видел — а слово «сапог» у них в языке есть. Хотя, все до одного босые, от крестьян до воинов. Почему так?

Хм, и ещё вопрос. Мы с ребятами поменяли Миле системное имя, раз кот увидел его. Хотя, роль играло только моё финальное решение, так что никаких мы — я. А у терминала мне обещали, что выбранное имя останется со мной навсегда. Вот, а тут вдруг нюанс нашёлся.

Питомцем, конечно, я ни у кого становиться не буду, но это интересное наблюдение. Вряд ли прям дыра в Системе, скорее — она просто не все нюансы поведала.

Хотя, чего я ждал? Система любой информацией делится неохотно. С той же монадой — не выдала справку, что это, а заставила собирать искры души, выдав ради пояснений целый квест.

Ничего, ещё насяду на кота с вопросами — он питомец девочки, так что никуда уже не денется от нас.

— А что насчёт имени Безумец? — спросил я, не удержавшись. Ног во мне нету, шутник хренов… Нет, я не злился из-за такой фигни, просто не ожидал, что котяра меня так красиво подденет. — Тоже глупое?

— Безумец? — он довольно разгладил топорщащиеся длинные усы. Точнее — вибриссы. — Этот мийю — Мурчание.

— Мурзик! — послышался приглушённый голос, и солома снова заволновалась. Старческая ворчливость в тоненьком детском голоске звучала до жути потешно. — Тебя зовут Мурзик! Дима, почему он не говорит по русски?!