Чтение онлайн

Вот теперь точно все. Я поспешно вскочил и рванул к дальней комнате.

Маша, свернувшись калачиком, лежала на полу. Я видел только правую часть ее лица. Бледное, истощенное, без единого признака жизни. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что она либо уже мертва, либо находится на самой грани.

— Майя, что с ней такое? — напряженно спросил я, склоняясь над Мари и пытаясь нащупать пульс.

Отклика не было. Сонная артерия оставалась неподвижной. Мои пальцы не чувствовали ни малейшей пульсации.

— Момент, Аид. Запускаю диагностику организма, — прозвучал встревоженный голос искина.

Секунды тянулись медленно и вязко. Я уже знал, что услышу в итоге, но все равно продолжал цепляться за последнюю ниточку надежды. На что я рассчитывал в тот момент? На какие-то неизвестные мне стороны Омеги? Типа слов про то, что даже с оторванной головой оборотень может вернуться к жизни. Может и у Мари есть какие-то похожие скрытые особенности?

Однако слова искина прозвучали, как приговор:

— Аид, она мертва, — скорбным голосом произнесла Майя. — Все жизненные функции организма остановились. Сердце не бьется. Мозговая активность околонулевая.

Я до боли сжал зубы, матерно выругался и со всей дури саданул кулаком по стене. Штукатурка осыпалась, словно от удара кувалдой, обнажив голый кирпич.

— Ну все, твари, — процедил я, — конец вам. Я сотру ваш чертов Дозор с лица земли. А голову ублюдского шерифа Роджерса вывешу на позорном столбе. Не будь я Аид!

Интерактивная карта прилегающей местности возникла у меня перед глазами. Судя по мигающей зеленой точке, Снег был совсем рядом.

Выйти на связь и передать волку дальнейшие указания было минутным делом. С помощью визуальных образов и ориентиров я обрисовал ему предположительную картину расположения противника. А потом дал приказ на уничтожение. В задачу волка входила максимально быстрая зачистка прилегающей к усадьбе территории. А я пока проверю, не просочился ли кто из отмороженных боевиков дозора внутрь.

Я еще раз хмуро оглядел тело Маши. Ей уже ничем не поможешь. А время для скорби еще не настало. Для начала надо доделать работу. Додавить врага.

Когда я уже хотел развернуться и выйти их комнаты, внезапно вмешалась Майя:

— Аид, смотри. Там в углу у стены, рядом с рукой.

Еще раз опустив глаза, я пригляделся. Лежащая у моих ног девчушка не была связана. Судя по всему, у тюремщиков не было опасений, что она сбежит. Что же такое с ней сотворили, что она даже двигаться толком не могла? Хотя, нет. Похоже, что-то она все-таки успела сделать.

На полу, возле Машиного окровавленного пальца виднелась маленькая буква «А». Она была наполовину написана кровью, а там, где ее не хватило, просто нацарапана на дощатом полу. Вокруг нее таким же способом было нарисовано сердце.

Вот черт! Лучше бы я этого не видел. Внутри стало так хреново, что хоть волком вой.

— Аид, не думаю, что это признание в любви, — смущенно пробормотала Майя. — Уж слишком странно нарисовано это сердце.

И действительно. Оно было перевернуто. Острый конец указывал вверх, словно пиковая масть. Я присмотрелся повнимательнее, охватывая общую картину. Буква «А», перевернутое сердце. Оба символа направлены своими вершинами в одну точку. Будто одна большая стрелка, указывающая направление.

И эта стрелка практически упиралась в деревянный короб, внутри которого, по всей видимости, шли трубы отопления. Я дотронулся до облицовки рукой. Точно. Теплая.

Если нацарапанный Машей знак и имел какую-то цель, то она скрывалась именно там, внутри.

Опустившись на колени, я принялся надавливать на прямоугольные панели, пытаясь сдвинуть хоть одну из них. Крайняя вроде бы начала поддаваться, но что-то ее застопорило, и она встала, как мертвая.

— Да к черту все! — раздраженно пробурчал я и саданул прикладом в упрямую стенку.

Деревяшка, возмущенно треснув, раскололась на части. Та же участь постигла и ближайших ее соседок. Я просунул руку в образовавшееся отверстие, пытаясь хоть что-нибудь нащупать. Но ничего, кроме обжигающе горячей трубы там не было.

— Ищи глубже, Аид, — настаивала Майя. — Я чувствую какое-то слабое излучение. Там точно что-то есть. И это что-то реагирует на тебя.

Времени было в обрез, и я решил не церемониться. Осторожно отодвинув тело Маши, я высадил еще с пяток панелей и наконец увидел в глубине короба край рогожи. Она была обернута вокруг какого-то предмета. Достаточно мне было один раз прикоснуться к обнаруженному свертку, и я понял, что находится внутри. Раньше меня уже посещало подобное чувство: легкое покалывание в руках и ощущение перетекающей в обе стороны энергии. Это определенно был тесак Матвеича. Вытащив сверток и развернув его, я окончательно убедился в своей правоте. А рядом лежала кожаная наплечная перевязь, которая уже успела мне полюбиться.

Вот это находка! Она определенно может сейчас пригодиться. Оружие, пробивающее энергоброню, которую не берет даже пуля, способно при случае сыграть решающую роль.

Скинув бесполезный рюкзак, в котором оставалась только моя старая одежда, я привычным движением нацепил на себя перевязь с тесаком.

— Вот так-то лучше, — угрюмо пробормотал я, затягивая ремни перевязи. — Теперь ублюдкам точно не жить. Спасибо, подруга. — Я хмуро посмотрел на тело Мари. — Даже после смерти удружила.

Быстро развернувшись, я направился к дверям. Пора было заняться оставшимися в живых боевиками Дозора.

Перед выходом из подвала я еще раз все перепроверил: пара гранат в подсумке, автомат с полностью снаряженным магазином, заряженный револьвер, при этом ничего особо не болтается и не стесняет движения.

Удовлетворенный осмотром, я активировал маскировку и двинулся вверх по лестнице, но на полпути замер. Дверь на первый этаж была открыта, и я отчетливо услышал, как кто-то осторожно ступает по битому стеклу. Похоже, Дозор уже в доме.

Рука привычным жестом потянулась за гранатой. Быстро поднявшись по оставшимся ступенькам, я метнул ее в дверной проем. И, как только прогремел взрыв, высунулся из-за дверного косяка, полоснув очередью по гостиной, а потом пригляделся.

Рядом с развороченным взрывом диваном кто-то лежал. И это был не человек. Точнее, не совсем человек. И здесь мое острое зрение меня не подводило. Я это видел вполне отчетливо.

Держа существо на прицеле, я быстро приблизился. То, что я увидел перед собой, больше всего походило на зверя с антропоморфными чертами лица. Тело же определенно смахивало на волчье. Мне сразу вспомнился Элрой в обличье оборотня. Выглядел, он, конечно, повнушительнее, чем тот, что сейчас лежал у моих ног. Но, несмотря на это, раны у этого экземпляра затягивались так е быстро, как и у главы семейки Элдриджей.