Чтение онлайн

Я так до конца и не понял, кто это такие. Ясно было только то, что они в довольно-таки агрессивной оппозиции к местной власти. У Майи тоже не было данных на этот счет. Как оказалось, многое, что касалось текущего положения дел, оставалось для нее тайной. А вот в том, что происходило в Омеге несколько сотен лет тому назад, она разбиралась на уровне ходячей энциклопедии.

Определив, что примерно с получасовой периодичностью Митяй выходит на улицу, я принял решение передислоцироваться туда. К этому времени уже почти стемнело, так что появились дополнительные возможности для маскировки. Да и вливать в себя еще один бокал пенного не очень-то и хотелось. Ну а Митяй теперь уж точно от меня никуда не денется. Пожарный выход был наглухо закрыт. Так что на улицу можно было попасть только выйдя через центральную дверь или же вылетев через рядом расположенное окно.

Забежав предварительно в уборную, чтобы избавиться от накопившегося водного балласта, я направился к выходу. За время моего минутного отсутствия ничего особо не изменилось, кроме того, что официантка была уже вся пунцовая от непотребств Митяя. В тот момент, когда я проходил мимо стойки, тот довольно грубо пытался усадить ее к себе не колени, беззастенчиво лапая за грудь. Остальные завсегдатаи заведения, похоже, понимали, что за хрен этот ушлый Митяй. И, учитывая внушительный револьвер на его поясе, никто не рисковал вступиться за бедную девчонку.

– Бросай все и вали отсюда, дуреха, – сочувственно пробормотал я себе под нос. – Не для этого мамка тебя рожала.

Выйдя на улицу, я вдохнул полной грудью свежего летнего воздуха. После прокуренной атмосферы Золотого пескаря я почувствовал себя здесь намного лучше. На душе было паршиво, и от этого решимость разобраться с Митяем стала еще сильнее.

Я выдвинулся на заранее облюбованный пункт наблюдения: небольшой сквер через дорогу. Хоть лавочки все и были заняты, но встать возле дерева и уткнуться в газету мне никто не мешал. Да к тому же случайные прохожие не будут обзор загораживать. Постоянно торчать в одном месте, конечно, тоже будет глупо. Время от времени придется менять дислокацию. Но для этого у меня уже были намечены точки с хорошим обзором. Так что, не теряя времени, я перешел дорогу, оперся плечом о дерево, развернул газету и приступил к наблюдению.

Примерно через полчаса Митяй снова вышел на улицу в сопровождении двоих подвыпивших дружков. Поболтав с ними минут пять, он нетвердой походкой направился в расположенную сбоку от бара темную подворотню. Пошел он туда со вполне определенной и понятной целью. Похоже, решил не утруждать себя походом до уборной. Я глянул на часы и засек время. Обратно он вышел ровно через сорок семь секунд.

Ну что ж. Это все, что мне нужно знать. Пора приступать ко второму пункту плана. Я дождался, пока Митяй исчезнет за дверью бара, и прогулочным шагом направился к подворотне. Убедившись, что на меня никто не смотрит, быстро скользнул внутрь и огляделся. Передо мной был узкий и темный проулок, ведущий на соседнюю улицу. Внутри было грязно, стояла пара мусорных контейнеров и несколько штабелей пустых деревянных ящиков. Одним словом – идеальное место для засады и незаметного отхода.

Для того, чтобы состряпать все дело, у меня было, как минимум, сорок семь секунд. Я вполне точно убедился, что за это время дружки Митяя ничего не заподозрят. И этого было более чем достаточно, чтобы выполнить поставленную задачу и спокойно удалиться на безопасное расстояние. Теперь мне оставалось только ждать. Я спрятался за мусорным контейнером и затих.

Была, конечно, вероятность, что Митяй не повторит свой пивной моцион и будет отныне пользоваться исключительно клозетом. Но, по правде говоря, я очень сильно в этом сомневался. Однако даже если и так, то я в любом случае не пропущу его отбытие в сторону дома. Слишком уж шумно он себя ведет. А на слух я пока не жаловался.

Но Митяй, как я и предполагал, не изменил своей привычке. Да и ждать его очередного «захода» пришлось не так уж и долго. Послышались нетвердые шаги и к подворотне кто-то подошел. Когда ты входишь с освещенной улицы в такое темное место, да еще и после обильных возлияний, то толком ничего разглядеть не можешь. Так что я, особо не опасаясь быть обнаруженным, активировал Неясыть и осторожно выглянул из-за контейнера, чтобы верифицировать цель. Да, это был точно Митяй.

Ну что ж. Теперь дело за малым. Я точно знал, где он будет стоять. Следы прошлого его пребывания ясно об этом говорили. Подкрасться к нему со спины не составит особого труда.

Митяй вошел в подворотню, и я быстро глянул на часы, засекая время, отведенное на операцию.

– Сегодня я точно поимею это белобрысую цацу, – хищно пробурчал он себе под нос, расстегивая ширинку.

Заранее заготовленная удавка удобно легла мне в руки. Я ее смастерил из куска тонкой и гибкой проволоки, позаимствованной у Матвеича. Ладони сжали две прочные деревянные ручки, на которые она была намотана.

Не думаю, ублюдок, что ты еще хоть кого-то поимеешь, угрюмо подумал я, активируя бесшумность с маскировкой и выскальзывая из своего убежища.

Я неслышно подкрался сзади. Через секунду тонкая, как струна, проволока обхватила шею Митяя. Резкий поворот на сто восемьдесят градусов, ручки проволоки перекрещиваются, обеспечивая максимальное натяжение и давление. Тяну брыкающегося противника себе на спину и, оттащив от стены, начинаю вращаться вместе с ним вокруг своей оси.

Ни единого звука не вырвалось из глотки Митяя. Ни грамма подозрительного шума не произвели его судорожно дергающиеся ноги. Тело, лишенное доступа к кислороду, среагировало вполне адекватно с точки зрения инстинктов и абсолютно неразумно в плане выживаемости. Вместо того, чтобы попытаться извлечь револьвер и применить его по мне или использовать хотя бы в качестве привлечения внимания, Митяй схватился обеими руками за впившуюся в шею удавку. Абсолютно бесполезное телодвижение. Но в этот момент мозг уже ничего не соображал, отдав тело на откуп инстинкту самосохранения.

Через двадцать секунд все было кончено. Приунывшее тело Митяя осело на землю и замерло без движения. В моем распоряжении оставалось еще, как минимум, четверть минуты. Быстрыми отточенными движениями я высвободил удавку и проверил пульс своего бывшего конвоира. Убедившись, что Митяй окончательно и бесповоротно обнулен, я убрал удавку, потом снял с него пояс с револьвером и бесшумно скользнул в темноту проулка.

Приблизившись к противоположному выходу, я остановился, поспешно засунул конфискованное имущество в рюкзак и вырубил маскировку. Потом внимательно прислушался и, не уловив никаких подозрительных звуков, быстро выскользнул на пустынную и темную улицу.

Дело было сделано. И сделано хорошо. Револьвер Матвеича у меня. А официантка Анна теперь, надеюсь, переживет этот день без особых потерь.

Быстро сориентировавшись с направлением, я двинулся в сторону центра Риверсайда. Шляться без надобности по трущобам особого желания не было. Даже если у тебя в кроссовке под стелькой хранится заветная монетка. Пока ее достанешь, либо сам откинешься, либо еще один зарвавшийся подросток резко станет недвижимостью.

Миновав пару кварталов по пустынной улице, я свернул налево, вышел на центральный проспект и тут же смешался с толпой прохожих.

Когда я приблизился к восточным трущобам, у меня, признаться, появилось желание поймать какого-нибудь бомбилу, чтобы он с ветерком и за умеренную плату домчал меня до стоянки с моим квадроциклом. Однако, если кто-то из местных дружинников захочет со мной «побеседовать», то, скорее всего, будет ждать меня именно возле моего транспортного средства. А раз так, то не стоит и прятаться. Кто-нибудь хочет поговорить? Ну вот он я, пожалуйста! С этими мыслями я и вошел на территорию восточных трущоб.