Чтение онлайн

Я стоял и хмуро слушал скупые вехи своей бурной воинской биографии. Когда Майя закончила, вокруг повисла гнетущая тишина. Мне было ясно одно: кто бы ни была эта странная девица, обо мне она знает гораздо больше, чем я об ней. Бросив на нее настороженный взгляд и заковыристо матюгнувшись, я продолжил свой путь по следам группы Шелби. Только целенаправленное действие могло сейчас навести хоть какой-то порядок в той каше, что заварилась у меня в голове.

— Хорошо, — наконец, проговорил я, — про меня ты все знаешь. Тогда, может быть, объяснишь, какого хрена я здесь делаю?

— Вы попали сюда вместе с гладиатором, в результате, на первый взгляд, абсолютно случайного стечения обстоятельств. Александр Егоров должен был отправиться в этот мир один. Вы оказались рядом, да к тому же ваша кровь была на объекте. Система посчитала вас единым целым и переместила сюда.

Мой мозг чуть не вскипел от очередной порции абсолютно бредовой информации. Но как говаривал один из моих инструкторов: «Если вы оказались в глубоком вражеском тылу, первая и самая важнейшая задача — это инфильтрация. Если вы в сельской местности, станьте деревенским забулдыгой, если в богатом квартале, оденьтесь, как пижон, а если попали в дурку — закосите под полного кретина. Разведчик должен адаптироваться под любую самую нестандартную ситуацию, как чертов хамелеон. Без сомнений и лишних вопросов!» Вот я и адаптировался. Во всяком случае изо всех сил постарался это сделать.

— Что еще за гладиатор? — нахмурившись, спросил я. — Я слышал, что те, другие, тоже говорили про какого-то гладиатора. Если это про Саньку, то, не хочу вас расстраивать, но тут вы конкретно облажались. Парень явно не этого профиля. Стержень внутренний у него, конечно, имеется, но если дойдет до дела, то результат, боюсь, будет так себе. Упорядоченно махать руками и ногами он вряд ли обучен.

— Обучить — дело нехитрое, Виктор Михайлович. Главное — это начальные физические данные и имеющийся у объекта потенциал. А он у гладиаторов просто огромен. Гм, как, впрочем, и у вас. — И Майя внимательно посмотрела на меня в ожидании следующего закономерного вопроса.

— Потенциал? — я вопросительно поднял бровь.

— Каждый, кто попадает из вашего мира к нам сюда, в Омегу, получает Систему и хорошие стартовые усиления по трем направлениям: мышечная ткань, кожные покровы и скелет. Улучшаются их прочность, регенерация, а у мышц еще и сила. Именно это произошло с вами и Александром. В дополнение к этому каждый гладиатор получает полностью обновленное и свободное от любых недугов и физических недостатков тело. Вы же не могли ходить, ведь так? Да к тому же отправились сюда с летальным ранением грудной клетки. Но сейчас ничего этого нет. Ваше тело вновь стало молодым и здоровым.

Что есть, то есть. Я чувствовал сейчас себя двадцатилетним пацаном, у которого вся жизнь впереди. И это непривычное для моего возраста и послужного списка ощущение весьма меня радовало.

Так вот почему эти уроды так упаковали Саньку? Я вспомнил, как под моей рукой затрещал ствол дерева и чуть не хрустнула моя черепушка. Обладателя такой силы следовало транспортировать до места дислокации, соблюдая все необходимые меры предосторожности. Что, в общем-то, и сделала группа Шелби.

— Кто такие эти гладиаторы? Почему их так называют?

— Все очень просто, Виктор Михайлович, — продолжала деловито вещать Майя. — Они сражаются на аренах по всей Омеге, начиная с местных и заканчивая мировыми. Это очень прибыльный бизнес, как для хозяев гладиаторов, так и для организаторов поединков.

— И на фига им это? — Я пытался найти хоть какой-то изъян в весьма неправдоподобном рассказе собеседницы, чтобы вывести ее на чистую воду. — Я бы на их месте, да еще с такими, как ты говоришь, физическими данными, нашел бы занятие поприятнее, чем мочить друг друга на потеху зажравшейся публике.

— А их никто не спрашивает, Виктор Михайлович, — парировала Майя.

— Как это? — удивился я.

— Их лишают свободы выбора. Имплантируют в основание черепа черный кристалл. Блокируют Систему, подменяя ее другой, которая превращает людей в рабов.

— Что за бред ты несешь, лейтенант Синицына? Какая, на хрен, Система? — Чем дальше я слушал Майю, тем сильнее чувствовал, что постепенно теряю связь с привычной мне реальностью.

— Система — мы зовем ее «Теос» — это, так скажем, инструктор, который помогает прибывшим в Омегу адаптироваться к кардинально изменившимся обстоятельствам. Также она дает возможность развиваться и реализовывать полученный при перемещении огромный потенциал. Коренные жители Омеги не имеют доступа к Системе. Но они каким-то образом завладели секретной технологией, давшей им возможность отправлять эмиссаров в ваш мир для похищения людей, переправки их в Омегу и дальнейшего порабощения. Их обращают в гладиаторов, заражая личные экземпляры Системы вирусом «Деймос». Свободных носителей Системы «Теос» в Омеге нет. Во всяком случае, по нашим данным. И так было до сегодняшнего дня. Пока здесь не появились вы.

Я молча шел вперед и угрюмо слушал свою собеседницу. Если принять то, что она говорит, за чистую монету, то мои перспективы в этом мире были весьма нерадужными. Если эти свихнувшиеся отморозки из команды Шелби узнают, кто я такой, то откроют на меня охоту. И не факт, что у меня получится от них уйти.

— Выходит, у меня тоже есть эта ваша Система? — продолжил я разговор. — И ты с ее помощью связываешься со мной из какого-то командного пункта?

— Не совсем так, Виктор Михайлович. Я с вами не связываюсь. В этом нет необходимости.

— Не понял. — Я с подозрением взглянул на Майю.

— Я программа. Искусственный интеллект. Проще говоря, искин, подгруженный в ваш экземпляр Системы.

Вот тут я уже не на шутку напрягся. Все эти технологические навороты и умные девайсы, которые, судя по моему опыту, часто сбоили и выходили из строя, не внушали мне особого доверия.

— А тот мужик? Твой начальник? Он что, тоже… — Я попытался вспомнить заумное словечко.

— Да, — ответила Майя, заметив мои затруднения. — Это тоже искин, только уровня гиперядра с более широкими полномочиями и наивысшим уровнем доступа к информации.

— Твою ж мать… Вот влип-то, — тихо пробурчал я себе под нос. — Какого же черта вы мне тогда голову морочите с этими вашими младшими лейтенантами и прочей атрибутикой армейской жизни? — добавил я уже несколько громче.

— Я всего лишь приняла облик, наиболее подходящий под ваш психотип, Виктор Михайлович, — извиняющимся тоном ответила Майя.

— Какой, на хрен, психотип, дамочка? — не удержался я от грубости и тут же неосознанно перешел на вы. — А ну-ка сейчас же переоденьтесь в гражданское! И не позорьте честь офицерского мундира! Его, знаете ли, для начала заслужить нужно.

На лице Майи проскользнуло выражение неподдельной обиды. Мне даже на миг показалось, что у нее в глазах блеснули слезы. Экран погас, и я остался в гордом одиночестве.

Однако, о сказанном ни капли не жалел. Одно дело, когда перед тобой офицер, прошедший соответствующую подготовку, а совсем другое — когда это ряженная актрисочка. Да к тому же еще и программа. Как ее там? Искин, мать вашу.

Экран вспыхнул вновь, и я увидел напряженное и слегка отстраненное лицо Майи. Да и плевать! Пусть обижается. И вообще, может ли программа обижаться? Больше похоже на то, что она просто пытается строить из себя настоящего человека, вот и все. Главное, что теперь на Майе красовался деловой костюм: бежевый жакет и белоснежная блузка, застегнутая на все пуговицы. Вот так-то лучше.