Чтение онлайн

— Значит, сегодня, — прошептал я. — Спим по режиму, чтобы не вызвать подозрений. В час ночи, после смены самого бдительного караула, встречаемся у общих туалетов – там всегда пусто в это время. И – по плану.

— По плану, — кивнул Мишка. Его холодная аура, казалось, сгустилась, став острее, решительнее. — На всё про всё – двадцать минут. Больше – и нас хватятся.

Мы разошлись, стараясь вести себя как обычно. Я пошёл к своей новой «комнате» – каморке рядом с кабинетом Касьяна, чувствуя, как каждый шаг отдаётся гулким эхом в пустой голове. Адреналин уже бил в виски. Это было безумие. Чистой воды самоубийство.

Но это была наша авантюра. Наш выбор. Не адаптация по чужим правилам, а бунт. Попытка вырвать свою судьбу из лап Системы и таких же, как мы, выживших, которые уже успели построить свою иерархию и тюрьмы.

Лёжа на своей новой, чуть более удобной койке, я смотрел в потолок и думал о том, как буду активировать «Информатор», чтобы увидеть патрули и караулы. О том, как мы будем пробираться в темноте, набивать рюкзаки. О том, что ждёт нас за стенами этого ТЦ.

Страх смешивался с лихорадочным, почти пьянящим чувством свободы. Мы были двумя загнанными зверями, решившимися выломать дверь клетки, не зная, что ждёт снаружи – пуля охранника или свобода диких лесов.

План катился по рельсам, скрипя и пошатываясь, но катился. Ночь, как и надеялись, была глухой. Мы притворились спящими, а в условленный час, как тени, выскользнули из своих постелей. Встретились у вонючих туалетов – там и правда ни души. Обменялись кивками – глаза в темноте блестели одинаковым, лихорадочным блеском.

Я активировал «Информатор» на минималках, сканируя коридоры. Система выводила блеклые силуэты спящих и два ярких пятна – дежурных на главных постах. Там, где нам было нужно, в сторону склада и чёрного хода, – пусто. Двинулись.

Склад охранялся одним парнем, который клевал носом, облокотившись на пику. Мы прошли в десяти метрах от него, прижавшись к стене, затаив дыхание. Его «профиль» светился в моём восприятии – уровень 0, обычный выживший, без ядра. Он не почувствовал нас.

Внутри склада пахло пылью, металлом и тушёнкой. Действовали быстро, на ощупь. Рюкзаки (взяли два прочных, туристических) набивали консервами, пачками галет, бутылками с водой. Мишка нашёл ящик с армейскими аптечками и сунул по две в каждый рюкзак. Я, на удачу, в темноте наткнулся на стойку с холодным оружием – не самопальным, а настоящим: охотничьи ножи, мачете. Схватил два ножа в ножнах и один мачете. Патроны не нашли – их, видимо, хранили отдельно, под строгим учётом.

На всё ушло минут пятнадцать. Рюкзаки отяжелели, лямки впивались в плечи, но это был вес свободы. Последний взгляд на тёмный склад – и мы поползли обратно, к чёрному ходу.

И вот он, тот самый лаз, заваленный ржавой кровлей. Мы уже начали было раздвигать её, чувствуя на лицах холодный ночной воздух с улицы, когда из-за угла, прямо у выхода, поднялась фигура.

Дежурный. Молодой парень, лет двадцати. Он явно решил отойти «покурить» или просто размяться в тихом месте. Он замер, увидев нас, его глаза округлились от непонимания, потом – от ужаса. Рот уже открывался, чтобы крикнуть.

У меня не было времени думать. Не было выбора. Инстинкт, страх, адреналин – всё смешалось в один мгновенный, животный порыв. Я не помню, как выхватил только что взятый охотничий нож. Помню только короткий рывок вперёд, резкое движение руки и... хлюпающий звук.

Нож вошёл парню в горло. Глубже, чем я планировал. Он не закричал. Он только издал булькающий, удивлённый звук, схватился за шею и медленно осел на землю, упираясь в меня безумным, быстро тускнеющим взглядом.

И тут же в меня впилось. Волна чёрной, густой, невероятно концентрированной энергии, в десять раз мощнее и «горячее», чем от любого Чужого. Она ворвалась в мою грудь, в узел Ци, с такой силой, что я отшатнулся, едва не упав. Узел вздулся, затрепетал, будто его перекормили. В глазах потемнело, в голове зазвенело. Столько энергии... как от троих, нет, пятерых средних Чужих сразу.

Я стоял, опираясь о стену, глядя на тёплое, тёмное пятно, растущее на полу под телом парня. Осознание накрыло ледяной волной. Я убил человека. Не тварь. Не Чужого. Человека. Молодого парня, который просто оказался не в том месте.

— Колян... бл*ть... — прошипел Мишка, его лицо было искажено таким же ужасом и отвращением. Он смотрел то на меня, то на тело.

Но времени на шок не было. Уже слышались встревоженные голоса – кто-то, наверное, услышал шум падения. Мы рванули в чёрный лаз, вывалились на улицу, в холодную, вонючую свободу.

И побежали. Не думая, куда. Просто от. От тела, от криков, от себя самих. Рюкзаки били по спинам, ноги подкашивались от дрожи. Мы мчались через тёмный проулок, сворачивали в разбитый двор, перелезали через груды мусора. Город вокруг был мёртв и безмолвен.

Мы бежали километр, может, больше. Легкие горели огнём, в висках стучало. Я всё ещё чувствовал в груди тот чужой, горячий сгусток опыта, и он меня тошнил.

И вдруг... прямо перед нами, в десяти метрах, посреди пустынной улицы, материализовалась фигура. Не появилась из-за угла. Не вышла. Она просто... стала видимой. Слово сняла с себя плащ-невидимку.

Равиль.

Он стоял, расслабленно, руки в карманах лёгкой ветровки. Его кислотно-зелёные глаза светились в темноте ярче обычного, освещая его каменное, бесстрастное лицо. Он смотрел на нас без гнева, без удивления. Как на двух букашек, которые поползли не туда.

Мы замерли, как вкопанные. Сердце упало куда-то в ботинки.

— Плохо, — сказал Равиль. Его голос был тихим, ровным, как всегда. — Очень плохо, мальчики.

Он не стал ждать, пока мы опомнимся. Просто шагнул вперёд. Мы инстинктивно бросились в стороны, пытаясь обойти. Я выхватил нож – тот самый, окровавленный. Мишка замер в странной позе, его тёмная аура сгустилась, пытаясь что-то сделать.

Равиль действовал без спешки, с убийственной эффективностью. Мою руку с ножом он поймал, как ребёнка, провернул – сустав хрустнул, нож полетел в сторону. Я взвыл от боли. Удар коленом в солнечное сплетение выбил из меня весь воздух. Я рухнул на колени, задыхаясь.

Мишка попытался ударить сбоку, его кулак, обёрнутый холодной манной, со свистом пронёсся по воздуху. Равиль просто отклонился, будто угадав траекторию, и ответил коротким, точным ударом ребром ладони в шею. Мишка захрипел и повалился рядом со мной.

Равиль стоял над нами, слегка запыхавшийся. Он начал говорить, показывая на нас пальцем, будто читая лекцию.

— Первая ошибка – планировали на эмоциях. Страх, отчаяние – плохие советчики. Вторая – не проверили периметр на скрытые навыки. У меня «Маскировка» третьего уровня. Я следил за вами с того момента, как вы вышли из своих коек. — Он ткнул пальцем в мою сторону. — Третья – неконтролируемое применение силы. Убийство своего же. Глупо и кроваво. Теперь ты – не просто беглец. Ты убийца. Для Касьяна это веский аргумент, чтобы не церемониться.