Чтение онлайн

КОНЕЦ ИНТЕРЛЮДИИ ОТ ЛИЦА МИХАИЛА

Я держал его, чувствуя, как под пальцами пульсирует холод его кожи. Он не пытался вырваться. Просто висел, тяжело дыша. В воздухе ещё висела ледяная пыль от его щита и запах озона от моего «Рывка».

— Ну что, Гиена, — сказал я тихо ему в ухо. — Уговорили на спарринг?

Он сначала не ответил. Потом издал странный звук — нечто среднее между хрипом и... смешком?

— Бл*... — выдавил он. — Вот это... тайминги. Я вроде щит... а ты уже тут.

— Я «тут» был ещё до того, как твоё «Копьё» пролетело полпути, — ответил я, всё ещё не отпуская. — Сказал же — этажом выше. И энергия... она не просто даёт силу. Она меняет качество реакции. Я не успел подумать «надо уйти». Тело сделало это само. А потом увидел, как ты щит лепишь, и просто... зашёл с другой стороны.

Он снова хрипло рассмеялся.

— Качество, бл*ть... Ладно, Бог Крови, признаю. Превосходство высшей энергии и тупых характеристик принято. Теперь отпусти, а? А то вешать друзей — это как-то не по-пацански. Хотя..

Я усмехнулся и разжал пальцы. Он грузно шлёпнулся на пол, откашлялся, потирая шею.

— Ничего не сломал? — спросил я, присаживаясь на корточки рядом.

— Шею, вроде, нет. Гордость — вдребезги, — он сел, опершись спиной о ящик. Его чёрные глаза смотрели на меня уже без обиды, с каким-то новым, оценивающим интересом. — Так это и есть твой «Рывок» на новом уровне? Ты даже не вспыхнул. Просто... телепортнулся.

— Не телепорт. Очень высокая скорость. И контроль. В «замедленном мире» у меня было время оценить твоё «Копьё», обойти и выбрать, где взяться. — Я показал на осколки маны, таявшие на бетоне. — А щит твой... он сильный. Но хрупкий. Концентрированный удар в одну точку, с правильным вектором... он его не выдерживает. В видении Громило бил площадной ударной волной — он выдержал. А точечный удар... нет.

Мишка кивнул, впитывая информацию, как губка.

— Значит, надо не просто толщину наращивать. Надо структуру менять. Или... уворачиваться, как ты. — Он посмотрел на свои руки. — Блин, а я-то думал, я уже крутой стал. Ан нет. Ещё расти и расти.

— Мы оба, — сказал я, садясь рядом. — Но теперь ты знаешь разницу. Не в том, кто сильнее. А в том, какая сила и как она работает. И это знание... оно важнее, чем пара лишних уровней.

Он хмыкнул, доставая смятую пачку сигарет.

— Философ. Ладно, урок усвоен. Не лезть на рожон к тому, у кого характеристики зашкаливают. — Он прикурил, протянул мне. — Зато теперь ясно — в паре мы гораздо сильнее. Я — щит и контроль площади. Ты — молот и сверхскорость.

Мы сидели в разрушенном складе, в предрассветной тишине, курили и обсуждали тактику, как два командира, а не два напуганных выживальщика. И в этом, наверное, и был самый большой прогресс. Мы начали не просто выживать. Мы начали учиться. Учиться быть сильными. И, что важнее, — учиться быть сильными вместе.

Мы докурили, затоптали окурки о бетон, и снова сели, но теперь ближе друг к другу. Костер уже почти догорел, оставляя только тлеющие угли и приятное тепло, пробивающееся сквозь подошвы ботинок. Разговор сам собой перетек от тактики к стратегии. К нашему «большому плану».

Мишка, развалившись на ящике, выдохнул струю дыма к ржавому потолку.

— Ладно, с боёвкой немного прояснилось. Теперь про «мирное» время. Юга. Ты вообще представляешь, как мы будем своё поселение основывать? Мы же не архитекторы, и не управленцы, как этот Касьян. Мы — бывший офисник и бывший... ну, я, — он развел руками.

— А кто сказал, что надо строить город? — ответил я, глядя на язычки пламени. — Сначала — безопасное место. Не промзона, не центр. Что-то на окраине, может, частный сектор, где дома крепкие и обзор хороший. Один, максимум два дома на отшибе. Огородим, поставим сигнальные системы. Из того, что взяли.

— А люди? — спросил он, прищурившись. — Рано или поздно наткнемся на других. Или они на нас. Будем отстреливать?

— Не обязательно. Будем смотреть. «Всеведущий», пусть и в зародыше, должен помочь оценивать угрозу. А если не угроза... — я запнулся. — Если это просто люди, которые хотят выжить... мы можем предложить защиту. В обмен на работу, на знания. Не рабство. Договор.

Мишка кивнул, обдумывая.

— Типа маленькой, но крепкой банды. Только не банды, а... общины. Мы — ядро. Силовой каркас. Они — руки, глаза, может, какие-то навыки, которых у нас нет. Строительство, медицина, готовка, наконец. — Он усмехнулся. — А то я уже задолбался эту свою дичь жевать. Хоть какая-то картошка с огорода будет.

Идея обрастала деталями. Мы говорили о том, что искать в первую очередь: источник чистой воды, желательно подземный или из колодца. О запасах семян, если такие еще найдутся. О том, как важно сразу установить четкие, простые правила: общая безопасность, распределение обязанностей, никаких внутренних дрязг и интриг. Все, как мы ненавидели у Касьяна, только наоборот.

— Главное — не стать такими же, — тихо сказал я, и мы оба поняли, о ком речь.

— Значит, нам самим нельзя в себе эту хернь выращивать, — заключил Мишка. — Ни тебе впадать в гордыню «высшей энергии», ни мне — в манию величия «повелителя смерти». Просто... два чувака с костылями, которые пытаются других от дерьма прикрыть.

— Костыли у нас, правда, острые, — хмыкнул я.

— Тем более ответственность, — парировал он. — Сила обязывает, бла-бла-бла. Хотя, бл*, странно это от меня звучит.

Рассвет начал всерьез сереть за выбитыми окнами. Пора было двигаться. Но прежде чем встать, Мишка задал последний, по-настоящему важный вопрос.

— А как с путями? С этими «Богами»? Решил, куда клонить будешь?

Я вздохнул. Нет, не решил. И, кажется, не хотел решать в лоб.

— Пока — никуда. Буду просто растить Ци. Чувствовать её. Учиться контролю. А там... посмотрим, куда она сама поведет. Может, и правда что-то среднее выйдет. Не чистый «Бог Крови», а... «Бог Выживания».

— Мне нравится, — кивнул Мишка. — У меня тоже. Не просто «Вечная Смерть». А... «Смерть, которая защищает жизнь». Звучит пафосно, зато смысл есть.

Мы встали, отряхнулись. Последний раз оглядели стены этого склада — нашего первого убежища, нашей тюрьмы, нашей стартовой площадки. Никакой ностальгии. Было легкое, почти невесомое чувство завершенности.

— Ну что, поехали? — Мишка хлопнул меня по плечу, его рука была уже не такой ледяной. Или мне просто показалось.

— Поехали, — согласился я.

Мы вышли в серый, холодный рассвет, к нашему серому пикапу, набитому под завязку нашим прошлым и призраками нашего будущего. Двигатель заурчал глухо, но уверенно.

Я сел за руль. Мишка — на пассажирское, положив ноги на приборную панель. Мы посмотрели друг на друга, и в его черных глазах я увидел отражение своего, наверное, такого же взгляда: усталого, много повидавшего, но все еще упрямого. И живого.

— На юг? — переспросил он.

— На юг, — подтвердил я и включил первую передачу.