Чтение онлайн

— Что произошло? — испуганно спросил Рик, встретив на входе Дюка, в охапку державшего два сопротивляющихся тела.

— Вы опять облажались, кретины! — рявкнул тот в ответ, пройдя мимо обеспокоенного и ничего не понимающего парня, после чего приказал своим подчиненным отвести Алекс на место ритуала.

— О чем ты? — Рик все еще пытался получить вразумительный ответ.

— О том, когда вас уже прибьют, наконец, чтобы вы остальных за собой не тянули?! — надрывно прокричал страж. Голос его был напряжен, словно свернутая пружина. Еле сдерживаемая пружина. И, видно, чтобы не сорваться, мужчина поспешил к напарникам. Те пытались усадить на стул рьяно сопротивляющуюся Алекс. Она старалась добраться до матери, которую вели в другой конец помещения, но Дюк остановил их: — Нет, свяжите обеих. А ее, — указал он на женщину, — к холодильнику.

Стражи переглянулись, пребывая в явном недоумении.

— Вы уверены? — с изумлением задал вопрос один из державших.

— Я не повторяю дважды. Выполнять!

Лидер Кобр резко развернулся и направился к столу с ингредиентами, даже не взглянув на подчиненных, ибо знал, что они выполнят приказ.

— Ты обезумел?! Что ты?.. — Рик попытался его остановить, но Дюк не сдвинулся ни на шаг с намеченного пути.

— Вышвырнуть сучонка отсюда! — презрительно выплюнул он.

— Есть. — Двое мужчин тут же схватили парня и, несмотря на все его попытки вырваться и отбиваться, отправили мокнуть под дождем, закрыв перед носом дверь.

— А теперь приступим. — Возбужденный мужчина бросил последний остервенелый взгляд черных глаз на Алекс, а затем полностью сосредоточился на тексте в небольшой бордовой книге с древовидным оформлением переплета, в структуре которого, кажется, была какая-то темная жидкость.

В это время его люди оживленно занимались расстановкой по периметру круга свечей и склянок с не совсем понятным порошкообразным содержимым бело-серого и черно-коричневого цветов. После двое из них начали наносить символы на лицо, живот и конечности Алекс вязкой болотного цвета краской, пахнущей гнилой травой. Подобным образом был «украшен» и большой черный ящик, в котором явно находилось что-то живое и, пытаясь выбраться, колотило изнутри по прочному, неподдающемуся отчаянным сопротивлениям материалу. Как только последние штрихи были готовы, Дюк встал перед обессиленной девушкой, уже прекратившей попытки выбраться из профессиональных узлов.

— Успокоилась? — бесстрастным тоном начал он, будто и не было того разъяренного зверя чуть ранее. — Нужно было поскорее поместить тебя в круг, иначе демон мог бы удрать, воспользовавшись тем, что оковы разрушены. Видно, успел когда-то связаться с другими, раз эти твари прислали марионетку, которая должна была увести тебя подальше от нас. — Дюк взглядом указал на связанную женщину, которая все это время вела себя тихо и покорно, не пытаясь больше хоть как-то связаться с дочерью.

— О чем ты говоришь? — Алекс была в растерянности. — Что это значит?

— Ты действительно думаешь, что это твоя настоящая мать? Живая, из плоти и крови, вернулась с того света? Я понимаю, что чувства захлестнули тебя, и в этом нет твоей вины. Те кретины должны были лучше за тобой приглядывать. Из-за них ты не в первый раз попадаешь в неприятности. Но ничего, теперь мы вышли на финишную прямую.

— Постой, но откуда вы о ней знаете?

— Хм, с кем, по-твоему, ты имеешь дело? — самоуверенно усмехнулся он. — Сбор информации — один из главных наших козырей. Милая, о тебе здесь всем многое известно: твое настоящее имя, семья, дом — все, чего уже давно нет.

— Ах вы… — Алекс уже завелась и хотела одарить мужчину парой ласковых, но он, даже не обратив внимание на то, как девушка яростно сверлила его взглядом, так же ровно продолжил:

— Что уж тут поделаешь? Скрытность это, конечно, хорошо, но не в нашем деле. Вдруг демон сможет затесаться в наши ряды? Поэтому без проверки никак. Хотя я всегда был настроен мирно по отношению к тебе. Ведь даже не рассказал Роберту о тайном архиве, в который ты успешно наведалась, — с надменной ухмылкой уставился он на нее, с предвкушением ожидая реакции. — Думаешь, я ничего не знал? Да если бы не я, ты бы ни один из замков не смогла бы открыть. Но почему бы и не дать возможность бедной израненной душе узнать о смерти ее родителей, верно? — Дюк не выпускал из своего цепкого взгляда те изумленные, широко открытые медовые глаза, в которых отражалось горькое осознание того, что все заранее было просчитано, что она оказалась всего лишь глупой овечкой, ведомой расчетливой пастушьей собакой. — Все мы имеем право узнать правду. Поэтому я и позволил тебе покопаться в архиве, зная, что ты ищешь. Просто я отношусь к этому спокойнее, а вот если бы разведал Роберт, точно вышвырнул бы тебя к чертям собачьим. Только я все равно немного просчитался, решив, что ты захочешь узнать, как можно разорвать контракт с демоном, поэтому любезно и оставил ящик с нашими ритуалами открытым. Думал, что узнав, как много раз мы успешно разрывали связь с демоном, ты сама придешь к нам просить помощи. А ты вон как, даже и не думала об этом.

— Ха, сколько внимания к моей персоне. Аж страшно даже представить, сколько грязного белья вы перелопатили, — язвительно фыркнула она. — И зачем? Стоило ли так снисходительно относиться ко мне? После случая с Вероникой, думаю, стражам нужно быть куда более осторожными, а то как-то непрофессионально.

— О-о, поведали тебе уже? Только этот совет лучше бы для своих недотеп приберегла, ведь это они облажались. Уже в какой, сука, раз! — развел он руками, вспоминая все промахи Горихвосток. — Ведь та самая Вероника была в их отряде. — Глаза девушка расширились. Дюк приметил это искреннее удивление, словно в ее воображаемой броне образовалась брешь, и он попал клинком именно в нее. — Что, не знала? Хотя это и понятно: зачем им в очередной раз опускаться ниже плинтуса? Тем более перед новенькой, единственным их шансом. Ведь наши ни за что не будут с ними работать. Для многих их попросту не существует, и странно, что ты до сих пор в них веришь. Дорогая, тебе нужно повзрослеть.

— Заткнись. — Голос ее превратился в злобное шипение. — Заткнись.

— Ох, только не говори, что прониклась к ним симпатией. Да-а уж, поэтому-то тебя трудно вытащить оттуда? Но ничего, сегодня мы попробуем это сделать. Надеюсь, все пройдет удачно и скоро ты пополнишь наши ряды.

— Надейся.

— Итак, — мужчина открыл книгу и надел очки, — по мере прочтения заклинания в твоей памяти будут всплывать воспоминания, в которых закрепился демон за время пребывания в тебе. Сначала это будет что-то легкое, незначительное, его первые неумелые шаги, так сказать, но после все будет становиться реалистичнее и тяжелее… в моральном плане. Но ты должна понимать, что физического урона тебе не могут нанести. Это просто будут воспоминания, которые ты будешь переживать заново, чтобы мы смогли стереть все остатки несформировавшегося беса.

«Что? Это будет как в доме демонов? — вспомнила ту процедуру Алекс, из-за чего ледяной холод пробежал по спине, плавно сменяясь растекающимся по телу жаром. — Нет, я не хочу. Не хочу! Мне и того раза хватило. Черт… Ранта, ты здесь? Ну же, ответь. Ты меня слышишь?

— Прекрасно, — шумом раздался знакомый голос, почему-то заставивший девушку немного успокоиться. — Но не мешай, мне самой интересно узнать, как это происходит.

— Эй, почему ты не сбежала? Ты ведь могла тогда…

— А зачем? Все равно скоро все решится. Ты разве не чувствуешь это?

— О чем ты вообще?

— Алекс, я о твоем выборе».

Дюк принялся читать, начиная обряд.

— Эй, постой! — остановила его девушка. — Зачем вам моя мать? И что в том ящике?

— Так, я думал, что мы разобрались, что это вообще не человек, — указал он на женщину. — Как и то, что находится в ящике. Там катализатор в виде демона, который раздобыл Ник. Хоть от кого-то польза. А теперь, будь добра, помолчи, — поправив очки, Дюк начал сначала: — Гирге о далор, седо карнотуло, каристор наго…

Алекс напрягла все тело и начала прислушиваться к своим ощущениям, решив, что скоро должна была уснуть или впасть в транс. Но ничего подобного не произошло. Она по-прежнему находилась на складе, контролировала себя и свое сознание, просто… воспоминания так настойчиво всплывали в ее памяти, что перебивали все остальные мысли.

Девушка вспомнила, как приобрела «в рассрочку» свои первые фальшивые документы, желая как можно скорее сбежать прочь из университета и снова начать все с чистого листа; вспомнила, как не смогла вовремя внести плату из-за проблем со здоровьем, как оказалась в холодном сыром подвале в ожидании решения, которое кардинально изменило ее жизнь. Ведь как еще могла погасить долг молодая, симпатичная да ко всему прочему и беспризорная девушка? Ответ настолько банален, что аж тошно. Именно в таком тошно-омерзительном месте Алекс впервые и встретила Нину… или Николь? Не столь важно. Это имя, скорее всего, ей дал постоянный клиент, одаривавший своей любовью девочку-аутистку, без конца повторяющую слово «шарики». Ее поселили в соседнюю комнату. Их и кормили в одно время, и на прогулку выводили, и мыли, поэтому Алекс даже за столь короткое время смогла немного понять девочку. Оказалось, «шарики», о которых она постоянно твердила, были теми забавными новогодними снежными шарами, встряхивая которые, заставляешь вихриться белоснежные мерцающие снежинки. Она поняла это, когда Николь пыталась нарисовать нечто похожее на песке. Хотя… почему пыталась? Выходило просто отлично. Возможно, если бы это можно было развивать, девчушка рисовала бы прекрасные картины. По крайней мере, Алекс уж точно нравились бы ее творения, ибо даже тогда она просила Николь нарисовать ей что-то, как только появлялась возможность. Но в том месте, в котором они существовали, на подобном таланте денег не заработаешь. Как говорили: «Лучше б сосать научилась». И училась. А что, с таким-то словарным запасом на какую провокацию еще можно было нарваться? Да и Алекс никогда особым умом не блистала, поэтому однажды, когда ей надоело слушать мерзкие шуточки от сторожевых псов в сторону девочки, не выдержала и заступилась за нее. Зря… В итоге изнасиловали обеих. Тогда-то, валяясь на холодном полу, униженная, обессиленная и озлобленная на весь отталкивающий ее мир, Алекс впервые услышала другой голос в своей голове. Голос Ранты. Девушка недолго раздумывала и в конце концов заключила новый договор, принимая помощь от очередного демона. Только вот это соглашение нравилось ей куда больше прежнего, ведь демон всегда был рядом и помогал в трудные моменты. Поначалу, конечно. Хоть Алекс и выбралась из того тошно-омерзительного места, но все равно продолжила вести отвратительное жалкое существование: использовала других, калечила их как снаружи, так и изнутри, разрушала чужие жизни… Абсолютное безжалостное равнодушие, казалось, намертво засело у нее внутри. И избавиться от него было даже сложнее, чем от невидимой татуировки.