Чтение онлайн

– Удалось что-то получить?

– Какой-то баг в системе. Изначально записи должны стираться каждые сутки, но теперь стираются каждый час. На починку потребуется несколько дней.

Стид кивает.

– Я тут подумал… – говорит он с набитым ртом. – Дилейни подстроил падение… Но ведь это значит, он знал, что Беа была там, в павильоне.

– Инструктор по водному спорту сказал, что ей кто-то позвонил. Возможно, это был Сет. Нужно запросить данные по телефонным разговорам Леджеров…

– Уже запросил. – Стид колеблется. – Но мне интересно, что еще вскроется. Отношения между ними… Когда я разговаривал с ними после твоего ухода, у меня появилось странное ощущение, что они утратили любовь друг к другу.

– Не рыдали в подушку?

– Дело не в этом, они действительно были потрясены, когда я сообщил о гибели Сета. Слезы и все такое, но дело в реакции на новость о том, что островом владеет отец Сета. Майю и Калеба это прямо-таки возмутило.

– Из-за того, что им не сказали?

Элин пробирается вперед, перешагивая через колючие заросли.

– Именно. И еще у меня возникло ощущение, что они не в восторге от этого места. Что-то болтали о том, что стиль прикрывает суть. Мол, понятно, почему Сет не афишировал, что островом владеет его отец, вся шумиха в Интернете не соответствует действительности. Весь этот треп об экологии и благотворительности.

– Довольно странно, учитывая то, что ты рассказал им о Сете.

– То-то и оно.

Стид отодвигает с тропы ветку, прежде чем она успевает хлестнуть Элин по лицу.

– Они упоминали о конфликте между Беа и Сетом?

– Нет.

– Может, неудачная интрижка?

– Не исключено. – Он засовывает в рот остатки протеинового батончика. – Я до сих пор не могу понять, почему он занимался этим на отцовском острове.

– Но Джо ведь говорила, что он пытался выйти из тени Ронана Дилейни. Вероятно, проблема отцов и детей.

Лицо Стида внезапно становится серьезным.

– Это я понимаю. Родители… порой могут достать как никто другой. Мой отец точно не заслужил бы награду «отец года».

– Как и мой.

Элин пинает листья ногой.

– Дерьмово, да? – резко говорит он, вытирая губы тыльной стороной ладони. – Когда те, кто вроде должен всегда тебя поддерживать, делают все наоборот.

Она кивает:

– Точно.

Стид встречается с ней взглядом, и Элин улыбается. Странным образом становится легче при мысли, что кто-то понимает – не все родители приносят благо. Ведь об этом обычно не принято говорить.

Они идут дальше. Через несколько минут деревья редеют, становятся видны большие лоскуты голубого неба.

– Похоже, мы уже близко.

Элин смотрит на сворачивающую направо тропу.

Она идет вперед, пытаясь понять, куда ведет тропа, но через несколько метров у Элин сжимается сердце – правая нога не находит опоры.

После тошнотворного спазма в животе Элин чувствует, как ее резко хватают за талию. Стид выдергивает ее с края обрыва.

От рывка Элин заваливается на спину и вскрикивает, когда удар отдается в позвоночнике.

Потревоженные падением камни сыплются вниз, отскакивая от скалы с негромким эхом.

– Вот черт, – охает Элин, и сердце гулко колотится в груди.

Стид тихо присвистывает, помогая ей подняться.

– Да уж, еще чуть-чуть и…

Выворачивая шеи, они смотрят вниз, на резко уходящую вниз скалу с сероватой осыпью и огромный котлован.

Сами того не осознавая, они оказались на самом краю карьера. Четкая граница между лесом и зоной вокруг каменоломни заросла зеленью, слилась с лесом. Растительность поглотила все природные ориентиры, указывающие на близость каменоломни.

Взгляд Элин скользит по периметру, по крутому склону внизу, усеянному огромными валунами и камнями поменьше.

Ничто не остановило бы ее падение, не за что было бы зацепиться.

Она могла бы уже лежать там, внизу. Чуть шире шаг, не такая быстрая реакция…

– Не будь меня здесь, тебе пришлось бы несладко.

Стид пытается придать тону легкомыслие, но в его глазах мелькает страх.

Элин кивает, по-прежнему глядя в пропасть.

– Рискованно не поставить здесь никакого предупреждающего знака. До курорта отсюда далеко, но отдыхающие вполне могут забрести. Почему нет никаких табличек?

Стид идет направо.

– Вот! – говорит он через несколько секунд, подзывая ее жестом. – Здесь есть табличка.

Подойдя ближе, Элин замечает ее – официальный знак из твердого пластика шириной в несколько метров полностью закрыт растительностью. На нем большие красные буквы: «Опасность! Каменоломня» – и схематичное изображение обрыва.

– Похоже, его перемещали, – неуверенно произносит Стид, указывая на основание деревянного столба, к которому крепится табличка.

Элин опускает взгляд к свежей почве, заляпавшей деревяшку. Ей становится как-то не по себе.

– Причем недавно.

Ее теория, что пыль на Сете и Беа происходит отсюда, находит новые подтверждения. Теперь Элин еще больше полна решимости исследовать карьер.

Стид осматривается, ему не терпится идти дальше.

– И как же мы спустимся?

Они пробираются по заросшей кустами земле, высматривая путь. Обогнув четверть котлована, Стид подзывает Элин:

– Смотри, кажется, здесь есть тропа.

Элин тоже ее видит – петляющая тропа вьется вниз, в котлован. Когда-то здесь были четкие ступени, но они тоже покорились природе, заросли выгоревшими пучками травы.

Спустившись, Элин сразу идет в центр карьера. Ее кожа покрывается мурашками. У нее возникает жутковатое чувство, что каменоломню покинули совсем недавно, бросив наполовину сделанную работу – дно карьера усыпано обломками от добычи, крупными и поменьше.

– Посмотри с той стороны. – Элин указывает налево. – Думаю, мы не поймем, что ищем, пока не наткнемся на это.

Они не торопясь обходят карьер, высматривая любой намек на то, что здесь делал Сет или кто-либо еще.

– Есть что-нибудь? – спрашивает она через несколько минут. – Пока что все выглядит так, будто мы зря потратили время.