Скандал
Шрифт:
— Нет. Я в этом уверен. Что происходит, Шон?
— Сначала я хочу сделку. Тогда расскажу все, что вы хотите знать. — Он нервничал, переминаясь с ноги на ногу и не сводя глаз с двери. — Это все из-за братвы из Нового Орлеана. Верно?
— Возможно. Теперь ты меня заинтриговал. Что ты предлагаешь?
Он почесал руку с такой силой, что выступила кровь.
— Это безумие. Все очень сложно.
Господи. Парень был готов выпрыгнуть из собственной кожи или из окна.
— У тебя есть что-нибудь выпить? — спросил я.
— Да. Бар вон там. Угощайтесь. — Он указал на дальнюю сторону просторной гостиной с панорамными окнами, из которых открывался вид на реку и центр города.
Я подошел к бару, взял бутылку скотча и налил один стакан. Вернувшись, я протянул его Шону.
— Выпей. Тебе нужно успокоиться. И что ты хочешь в обмен на свою сделку?
Он взглянул на стакан, будто я успел его отравить, но одним глотком опрокинул его, вытирая рот тыльной стороной ладони. Он выглядел как человек, случайно увидевший нечто ужасное, чего видеть не должен был.
Так, будто его мир рухнул.
— Неприкосновенность. Место в вашей организации. Защиту.
— От братвы Барановых. — Это было не вопросом, а утверждением.
Он фыркнул, разглядывая пустой стакан в надежде, что в нем волшебным образом появится жидкость.
— Они всего лишь наемники, но чертовски смертоносные. Как гадюки.
— Как ты и предполагал, мы уже знаем, что Омар Баранов мстит за давнюю историю с нашей семьей, Шон. Сейчас это не имеет значения, — в голосе брата слышалась надменность. Он не любил игры не меньше моего.
— Боже. Вы думаете, я сдал вашу семью. Да? Ради этого? — он поднял свою изувеченную, перебинтованную руку, изучающе посмотрел на меня и рассмеялся. — Это сущие пустяки по сравнению с тем, что сделает со мной отец, если узнает, что я вам хоть слово проронил.
Это могло оказаться правдой, в зависимости от того, был ли его отец вовлечен в это. Пора было вытаскивать на свет главного слона в комнате.
— Твой отец стоит за всем этим.
— Как я сказал, я хочу гарантий, что вы меня не убьете.
Я глубоко вздохнул, ненавидя нарастающую боль под глазницами.
— Сегодня у меня нет настроения никого убивать, Шон. — Но настроение ломать головы было, и я бы с удовольствием это сделал, если бы он не перестал вести себя как ребенок.
Он продолжал переминаться с ноги на ногу.
— И я смогу работать на вас?
— Конечно. Почему бы и нет? — эта игра уже начинала надоедать.
— Хорошо. Хорошо. Думаю, вам понравится, что я могу предложить. Я эксперт по хакерским атакам и имею многолетний опыт создания компьютерных систем. Я не против поработать мышцами, когда вам понадобится, потому что у меня нет отвращения к крови или насилию. Думаю, вы это знаете. А, и я полностью завязал с наркотиками и почти не пью. Конечно, сегодня — исключение для жидкого угощения, но я ограничу свои послабления до тех пор, пока дело не будет завершено.
Неужели этот человек зачитывал мне свое резюме? Я чувствовал на себе насмешливый взгляд Грегори. Я взмахнул рукой.
— Достаточно, Шон. Ты прав, я хорошо осведомлен о твоих качествах. Какого черта происходит? Что, по-твоему, ты знаешь?
— Как говорил мой папаня, искусство говорит громче слов. Дай-ка я принесу файл. — Он сделал шаг, чтобы уйти, но остановился, прищурившись. — Я могу вам доверять. Да? Вы сдержите свое обещание.
Я поднял руку.
— Честное слово.
— Ладно. Хорошо. Хорошо. Я верю вам. — Он почти побежал из комнаты, поставив пустой стакан на кофейный столик.
Фух. Теперь уже мне самому требовалось выпить. Я направился к бару, совершенно сбитый с толку происходящим.
— Ты никогда не был бойскаутом, — произнес Грегори.
— Да, я знаю. А он нет. — Я налил два стакана, полагая, что брат находится в том же недоумении, что и я, и пытается осознать, с чем мы имеем дело.
— Ладно. Как скажешь, братец.
Я рассмеялся, принося ему стакан.
— Выпьем за то, что день стал еще страннее.
— Уверен, Седона сможет по этому поводу соорудить мрачноватую шутку.
Покрутив жидкость в стакане, я кивнул в знак согласия.
— Ага. Непременно.
Прошло еще пару минут, прежде чем Шон вернулся в комнату. В руке он держал толстую папку-конверт, а также, как показалось, еще одну флешку. Увидев ее, я чуть не застонал. На данный момент флешки стали настоящим бичом моего существования. По крайней мере, Майкл верил, что сможет взломать пароли на тех, что принесла с собой Седона.
— Подумал, что такому занятому человеку, как ты, захочется увидеть все в ярких красках, но, чтобы вы знали — я ничего не подделывал на этих фотографиях, — полные доказательства также на этом диске. Можете забрать и то и другое, раз уж мы договорились.
Сделка с дьяволом все равно остается сделкой, и я бы ее соблюл, если бы то, что он предоставил, оказалось стоящим и помогло выйти на того, кто охотится за моей женщиной, как за собакой.
Грегори принял предметы, открыл папку и начал листать стопку фотографий. Он ругнулся по-французски под нос, несколько раз покачав головой.
— Фух. Как ты их достал? — спросил он Шона, не передавая мне папку. Это означало, что то, что он держал в руках, было чем-то большим, чем просто необходимое оружие.
Это перевернуло бы мой мир.
— Украл. Как же иначе? — пробормотал Шон. — Я не делал того, в чем вы меня обвиняли с О’Коннорами. Кто-то подставил меня, выставил плохим парнем. Да, я был зол как черт и расстроен. Вместо того чтобы жалеть себя, я решил выяснить, что, черт возьми, происходит, и кто меня подставил. Но я не ожидал найти то, что касается вас и вашей семьи. Это убьет моего отца.
Грегори передал мне папку, но покачал головой.
— Думаю, тебе лучше присесть. А потом нам нужно двигаться, братец.
Я из тех людей, кто предпочитает принимать плохие новости стоя. Однако, как только я открыл папку, самая первая фотография дала мне понять, что брат был прав.
Кажется, это был первый раз, когда образы моего прошлого, те короткие мгновения, что я провел с сыном и женщиной, на которой намеревался жениться, промелькнули перед моими глазами.
Я также усвоил, что никогда нельзя недооценивать сильную женщину.