Чтение онлайн

– Вы можете называть меня Люси, – сказала Люси.

Элизабет мысленно застонала от отчаяния.

– Леди Люсия, это большая честь для меня, – сказал Хэмптон, поднеся ее руку к губам. – Рад познакомиться с вами, леди Элинор.

Элли казалась немного огорченной тем, что Хэмптон больше заинтересовался Люси. Но через пять минут у нее уже не было причин огорчаться, потому что ложа заполнилась молодыми людьми, искавшими и ее внимания.

Уилл заметил недовольство Элизабет и недоумевал, чем оно вызвано. Наклонившись к ней, он осведомился, как она себя чувствует.

– Прекрасно! – выпалила она.

О, разумеется, любая женщина, отвечающая подобным образом, прекрасна, подумал он с сарказмом.

– Вам что-то не нравится?

– Совсем нет! – Она встала и прошла через толпу к двери.

Поскольку он не мог оставить сестер одних со всеми этими молодыми щеголями, он был вынужден остальные десять мучительных минут провести без общества Элизабет.

Элизабет прислонилась к стене, чтобы отдышаться, в ложе у нее появилось чувство, что она вот-вот задохнется. Она притворщица. С тех пор как ее отец заявил, что она не его дочь, она считала себя обманщицей. Сегодня, наблюдая, как все эти молодые люди наводнили ложу, чтобы побеседовать с Элли и Люси, это болезненное ощущение вернулось.

Ей хотелось быть истинной леди Элизабет.

И стать ею она могла, только выйдя замуж за Уилла и став герцогиней. Но она никогда не пойдет на это. В первые два сезона она могла выбирать из многих титулованных молодых людей, которые женились бы на ней, чтобы оказаться в родстве с герцогом. Ей нужно было нечто большее, чем титул. Ей хотелось любви.

Она видела, как живут родители Дженнетт, как любят друг друга, несмотря на значительную разницу в возрасте. Вот к чему она стремилась. Элизабет хотела любви, хотела настоящей любви, хотела, чтобы муж был ей верен.

Она не сомневалась в том, что такая любовь существует.

– Элизабет, вы нездоровы?

Элизабет очнулась и увидела перед собой своего кузена Ричарда, который смотрел на нее с озабоченным видом.

– Я здорова. В ложе оказалось слишком много молодых людей, жаждущих быть представленными сестрам герцога. Мне захотелось выйти на воздух.

– Так вам нехорошо? – спросил Ричард, еще больше обеспокоившись.

– Совсем немного. Сейчас все прошло, и я могу вернуться в ложу.

Ричард подал ей руку:

– Позвольте мне проводить вас.

– Спасибо, Ричард. – Может быть, теперь, когда Уилл был здесь, Ричард отказался от мысли стать герцогом.

– Вы должны больше заботиться о себе, Элизабет. Вы не хотите выйти замуж?

– Замуж? Вы же знаете, Ричард, что у меня очень маленькое приданое. Кто захочет на мне жениться?

– Должен же быть кто-то, кто вас интересует, – сказал Ричард.

Элизабет почувствовала, что краснеет.

– Нет, никто…

Ричард вернулся на свое место рядом с Кэролайн.

– Ну? – спросила Кэролайн.

– Мы не можем обсуждать это здесь.

– Тогда мы немедленно уезжаем, – заявила Кэролайн.

– Едем.

Они выскользнули со своих мест и нетерпеливо дожидались, пока подъедет их карета. Едва они сели в карету, Кэролайн спросила:

– Что случилось?

– Элизабет стояла у стены недалеко от ложи и держалась руками за живот.

– Почему?- спросила Кэролайн.

– Она сказала, что ей нужен воздух, потому что в ложу набилось полно молодых людей, желающих быть представленными сестрам герцога.

Кэролайн кивнула:

– Ну, это вполне возможно. Ложи тесные.

– Да, – протянул Ричард.

– Но ты ей не веришь? – Брови Кэролайн сошлись на переносице.

– Не знаю почему, но я подумал, что она имеет в виду нечто большее.

– Ты же не хочешь сказать…

Ричард кивнул:

– Она была бледной, руки держала на животе.

– Это невозможно. Он здесь всего две недели. – Кэролайн помолчала, кусая губу. – Она не может знать наверняка.

– Может быть, она и не знает. Даже не подозревает.

– Нельзя допустить, чтобы это произошло, – сказала Кэролайн.

Ричард покачал головой. Эта идея была ненавистна ему еще больше, чем любая другая, когда-либо исходившая от его жены.

– Давай подождем.

– Да? Пока беременность не станет явной и на ее пальце не окажется кольцо? – Кэролайн зло уставилась на него. – Этому надо положить конец.

– Кэролайн, это нечестно.

Кэролайн рассмеялась:

– Нечестно? А позволить этому выскочке из колонии стать герцогом?

– Мы оба знаем, что это не в наших силах.

– Не в наших силах?! Она почти визжала. – Ваши предки были близнецами. Насколько нам известно, их отец мог ошибиться, определяя, кто из близнецов является младшим, и тогда ты мог бы стать законным герцогом.

Ричард покачал головой. Она никогда не откажется от попыток стать герцогиней или увидеть герцогом одного из своих детей. Он сомневался, что ее хоть в какой-либо мере интересовало его мнение.

– Кэролайн, близнецы были помечены, так что ошибки быть не могло.

– Помечены?

– На попках сделали небольшие порезы. Так что в том, кто есть кто, сомнений не было.

– Это ничего не значит. Ты заслуживаешь того, чтобы стать герцогом, – настаивала Кэролайн.

Ричарду захотелось броситься на жену и задушить ее. Но он не мог. Он знал, что погиб. Что бы он ни сказал, Кэролайн будет поступать так, как ей заблагорассудится. Так продолжалось все последние пять лет.

– Хорошо, Кэролайн. Поступай как знаешь.

На следующее утро Элизабет сняла еще одну книгу с полки в кабинете Уилла. Она пролистала ее в поисках чего-либо, что могло бы дать ключ к тому, где искать дневник ее матери. Уилл еще не пришел, и она наслаждалась покоем. У детей были уроки, так что она впервые с тех пор, как в доме появился Уилл, оказалась в кабинете одна.

Поставив книгу на место, она потянулась за другой. Это оказался томик Байрона. Вспомнив о том, как ее мать любила поэзию, она осторожно переворачивала страницы в надежде обнаружить что-нибудь, представляющее для нее интерес. Но кроме маленькой высушенной фиалки вложенной в середину книги, там ничего не было.