Чтение онлайн

А уж почувствовать себя настоящим фокусником-сладкоежкой — мечта любого ребенка! Вот почему к Вивьену очередь из гостей.

Порывшись в волшебной коробочке, француз вручает нужную баночку Никите.

— Иди-ка сюда, — бережно подхватывает мальчишку на руки. — Давай поиграем. Легонько нажми и выдави пару капель на верхушку фонтана. Только чуть-чуть, иначе фиолетовый не получится.

Парень, прикусив сосредоточенно язык, вливает краситель в жидкий шоколад... слегка переборщив.

— Все, все, все! Хватит! — останавливает его Вивьен, исправляя ситуацию. — Смотри, что вышло.

— Ухтышка!.. Мама, смотри, смотри, фиолетовый! — малый снова визжит от восторга. И неважно, что немного накосячил с количеством краски. — Дядя, а в желтый можно? — пользуясь моментом, Никита старается выжать максимум выгоды для своих желаний.

Арина тотчас закатывает глаза.

Меня эта ситуация почему-то забавляет.

Я теряю счет времени, молча наблюдаю за Никитосом, вспоминая свое детство.

Когда-то я был таким же любознательным парнишкой, как он.

Забавно, но в Никите я порой узнаю самого себя. Вот только моим любимым занятием была рыбалка.

Дед учил меня, как мастерить удочки и вырезать поплавки…. а затем мы с бабулей сушили таранку… я обожал кушать жареную икру.

— Нельзя сделать желтый из фиолетового, — поясняет француз Никите, ставя его на пол. — Но мы можем добавить желтый в фиолетовый и получим желтовато-коричневый шоколад. Больше мешать его с красками не стоит, станет невкусным.

— Не. Пусть будет вкусным! Хочу фиолетовый. Коричневый не хочу.

— Окей, — хохочет Вивьен. — Тогда вот тебе фрукты на шпажке. Макай в фонтан и угощайся.

Продегустировав дыню с клубникой в шоколаде, Никита тут же теряет к ним всякий интерес.

— А это что? — интересуется у кондитера.

— Шоколадный фондан, — объясняет француз. — Маленький кекс, только внутри расплавленный шоколад.

— Ага…. А это? — тычет пальчиком в соседнюю тарелку, продолжая расспрашивать.

— Фисташковые эклеры. Попробуй, это очень вкусно.

Надкусив кусочек, парень продолжает кружить вокруг тележки, с интересом разглядывая другие десерты.

— А это у нас что за сладость такая в коробке?..

— Пирожное макарон. Внутри очень вкусный крем с миндалем, а вот в тех розовеньких — вишневый джем. Здесь еще есть нуга, цукаты из разных фруктов, профитроли с заварным кремом в паутине из карамели. Ну и самое главное — мороженое!

— Voila! — Вивьен убирает крышку-купол, и из вазочки с тремя шариками разноцветного пломбира, усыпанного мармеладками и жевательными конфетками, вырывается облако жидкого азота.

Никита замирает с открытым ртом, наблюдая за новым фокусом.

Чуть придя в себя, обращается к Арине:

— Мама, сейчас вылетит Джин? Да? Правда? Вылетит?

Мы с Филатовой переглядываемся.

Мне так и хочется сказать: «Да он уже здесь, парень, сидит напротив и исполняет твои желания!» — но я молча расслабляюсь, скрещиваю руки на груди и продолжаю наблюдать за неподкупной реакцией ребенка.

И все же… он чем-то напоминает меня…

Такой же хитрый и обаятельный малый.

Арина

— Что ты собираешься делать с этими рыбками? — спрашиваю, глядя на сына, прилипшего лбом к огромному аквариуму.

Сегодня Никита побил рекорд по желаниям. А все потому, что добрый дядя волшебник ни в чем ему не отказывает!

— Кормить буду! — с сияющими глазами отвечает сын. — Они такие красивые! Смотри, какой у нее хвостик! Я хочу вот эту рыбку!

— Никита, хватит паясничать, — мягко прошу, сжимая его ладошку.

Такого стыда я не испытывала, кажется, лет сто! К тому же мы уже давно должны были покинуть ресторан.

— Ну, по-жа-а-а-алуйста, мам! — хнычет сын, дергая меня за руку.

Его губы от обиды поджимаются, на глаза наворачиваются слезы.

Ужас! Я не узнаю собственного ребенка!

Никита никогда не был таким капризным, а сегодня его будто подменили.

Такое поведение для него было нехарактерным.

— Родной, за ними нужен уход, — склонившись над сыном, пытаюсь объяснить. — Их нельзя просто так взять и забрать домой. Это не зоомагазин, а дорогой ресторан. Понимаешь? Эти рыбки здесь живут, радуют гостей. Это их дом.

— Но я хочу, ма! — уперто повторяет он, глядя на меня исподлобья.

— Вы можете поймать для нас декоративную рыбку? — за спиной раздается уверенный голос Руднева.

— Думаю, да, — отвечает подошедший к нам официант. — Дайте минуту, я уточню у администрации. Вас интересуют петушки?

— Именно. Буду признателен, — с невозмутимым лицом добавляет Руднев, вкладывая в руку официанту несколько пятитысячных купюр.

Нет, ну это беспредел какой-то!

Целенаправленная попытка подорвать мой материнский авторитет.

Я настроена с Давидом судиться!

Зачем он это делает?

С какой целью подкупает моего сына?

Как я с ним расплачусь?

Я не люблю оставаться в долгу. Я далеко не дура. В таких ресторанах бывала с Маратом не раз. И хоть муж за нас обоих платил, я примерно знаю расценки мишленовской кухни. А если к счету добавить гору десертов, которые нам упаковали с собой, мотоцикл и эти чертовы рыбки, то….

То я буду должна заткнуть рот и тихо ждать результатов расследования!

И это я еще не включаю сюда наш визит в травматологию и связи, которые Дава подключил, чтобы Никиту приняли без очереди.

А еще ж «порулить»!

А-а-а-а-р-р-р-р-р-р!!!

Поймав взгляд Давида, вспыхиваю всеми возможными оттенками смущения и злости.

Арина

— Вам не кажется, что вы перегибаете палку с исполнением желаний Никиты? — почти шепотом возмущаюсь я, глядя в бессовестные, чуть прищуренные глаза.

— Вы не пробовали расслабиться? — невозмутимо уточняет Давид после короткой игры в молчанку.

Господи, он невыносимый! Воплощение противоположных чувств!