Чтение онлайн

Дэш осторожно, чтобы не коснуться ее, как заметила Пиппин, взял у нее из рук подзорную трубу. Он разглядывал линию, где море сходилось с небом, но покачал головой.

–  Ничего не вижу, должно быть, это была игра света.
– Он вернул ей подзорную трубу.
– Помню, когда первый раз оказался на вахте, то поднял тревогу, как потом выяснилось, из-за стаи китов.

Пиппин рассмеялась:

–  Ты? Не может быть.

–  Да уж. Получил небольшую трепку, поскольку команда разбудила капитана.

Хихикая, она улыбалась ему, потом оглянулась.

–  Клянусь, что я видела судно позади.

–  И оно там и останется, - ответил Дэш, - поскольку никто не может поймать нас.

Он начал спускаться, руководя ею по пути и указывая, где лучшая опора. Пиппин не сознавала, как высоко забралась, пока не пришло время спускаться, и была сердечно рада советам Дэша.

Внизу моряки, уже утратившие благоговейный трепет перед настоящей английской леди, оказавшейся на их судне, шумно комментировали происходившее и подбадривали ее.

Несколько мужчин поднялись на нижние снасти, чтобы приветствовать ее. Во всяком случае, так думала Пиппин, пока двое не выхватили из задних карманов веревки и быстро и ловко привязали ее к снастям.

–  Дэш! Дэш!
– звала она. Он уже спрыгнул на палубу и, широко расставив ноги, улыбался ей.
– Они связали меня. Сними меня отсюда!

Он скрестил руки на груди и покачал головой:

–  Нет.

–  Нет?
– Она повернулась к Нейту - Мистер Дэшуэлл, прикажите отвязать меня!

–  Извините, миледи, - сказал он, заняв ту же упрямую позицию, что и его отец, - но вам приказали не подходить к снастям, а вы преднамеренно нарушили приказ.

–  Что за чушь! Отпустите меня!
– Нейт покачал головой:

–  Боюсь, что не могу.

–  Не можете или не будете?

Нейт оглянулся на отца и, усмехнувшись, ответил:

–  И то и другое.
– И оба рассмеялись.

Пиппин плевалась и ругалась, вся команда «Эллис Энн» содрогалась от хохота.

Она беспомощно повернулась к Финну.

–  Ты можешь помочь мне?
– Мальчик тоже покачал головой:

–  Извините, миледи. Таково правило. Только команде разрешено подниматься на снасти. Пассажиров, которые не соблюдают правило… - он оглянулся на моряков, которые все еще заливисто смеялись, - ловят.

–  И как мне освободиться?
– спросила она самым надменным тоном.

–  За выкуп, - отозвался Дэш.
– Ты должна дать команде выкуп.

Моряки, смеясь, кивали.

–  У вас случайно нет бренди?
– поддразнил один из них.
– Капитан посадил всех нас на сухой паек, и мы измучены жаждой.

–  У меня нет никакого алкоголя, - покачала головой Пиппин.

–  Позор, - объявил другой.
– А сухой табак?
– Она вздрогнула.

–  Откуда у меня табак? Дамы не употребляют табак.

–  Моя мать еще как курит, - возразил моряк.
– Она пускает самые красивые кольца дыма по сравнению со всеми курильщиками в трех округах.

Пиппин начала раздражаться. Кольца дыма! Подумать только!

Она повернула умоляющий взгляд к Дэшу. Он ведь не оставит ее на милость команды. Но он лишь улыбался, покачиваясь на каблуках.

Черт бы его побрал! Пиппин искренне радовалась, что не поцеловала его. Потому что если она спустится отсюда, то размозжит ему голову первым же тяжелым предметом, который подвернется под руку.

–  Займитесь работой, - приказал Нейт.

К ужасу Пиппин, мужчины начали расходиться по своим делам, оставив ее болтаться на снастях, как вывешенную на ветер постирушку! В животе у нее заурчало, ноги устали - ее страстное увлечение пиратской жизнью проходило серьезную проверку.

–  Должен же быть выкуп, который я могу предложить!
– крикнула она им вслед.
– Я только не знаю, что нужно!

Из толпы мужчин послышался тонкий голосок:

–  Вы могли бы поцеловать капитана.

Все на борту замерли и повернулись к Финну. Мальчик отчаянно покраснел.

–  Я думаю, что ее светлость может поцеловать капитана, и этого будет достаточно.

Дэш не совсем понимал, как снова оказался на снастях - главным образом потому, что члены команды не слишком деликатно подталкивали его в общество Пиппин. Очень быстро он оказался лицом к лицу с ней. Бойкие возгласы команды и непристойный свист казались лишь ветром, когда он взглянул в ее сердитые, нет, разъяренные глаза и рассмеялся, поскольку внезапно весь остальной мир был забыт.

–  Крепко они вас поймали, миледи, - прошептал он.

–  Это возмутительно, - отрезала она.

–  Может, расплатитесь?
– Пиппин фыркнула.

–  Если предпочитаешь, я могу позвать Гиббса, пусть получит штраф, - насмешливо предложил Дэш, делая попытку спуститься.
– Или Броуди, того, чьи штаны ты надела.

–  Дэш, ты не посмеешь!
– пробормотала она, отчаянно тряся веревки.

–  Это приказ?
– спросил он, все еще притворяясь, что спускается.

–  Нет, - с трудом произнесла Пиппин.
– Поднимись сюда.

–  Ах, ничто не сравнится с необходимостью поцеловать женщину, которая совсем того не желает, - сказал Дэш, возвращаясь наверх.
– Я помню время, когда мой поцелуй не был таким нежеланным, миледи, когда вы даже искали его.

Ему показалось, что ее глаза вспыхнули именно тем огнем, какой обычно горел в них, когда Дэш держал ее в объятиях. Он подозревал, что Пиппин подумала о том же, поскольку она шевельнулась, сжав ноги и чуть качнув бедрами.

Довольный ее ответом, Дэш невозмутимо продолжал:

–  Помнится, вы имели обыкновение умолять меня… На этот раз ее глаза сверкнули.

–  Ради Бога, Дэш, ты просто поцелуешь меня, и с этим будет покончено? И я смогу спуститься вниз?

–  Если ты настаиваешь.
– Он наклонился ближе, поскольку она прильнула к сетке со своей стороны.

«Ох, ну и зрелище мы собой представляем», - думал Дэш. Но потом его пронзило: он собирается поцеловать ее, поцеловать свою Цирцею.

Со времен своего первого в жизни поцелуя он не был так не уверен в том, что делать. Целомудренно ли чмокнуть в губы?