Скандальные наслаждения
Шрифт:
— Пожалуйста, отвези меня на Мейден-лейн, — велела она кучеру, прежде чем сесть в карету.
Карета двинулась, и Геро выглянула в окно.
— Эй! — прокричал мужской голос — знакомый мужской голос — совсем рядом.
Карета резко остановилась.
Геро подалась вперед. Этого не может быть…
Дверца распахнулась, и в карету взобрался высокий мужчина. Он уселся напротив нее на мягкие красные подушки сиденья с таким видом, будто карета была его собственной.
Геро уставилась на него.
— Вот мы и встретились снова, леди Совершенство, — растягивая слова, произнес лорд Гриффин.
Глава 4
Пришло время, когда королева Черновласка решила, что ей нужно снова выйти замуж. В конце концов, у королевы должен быть король, а у королевства наследник. Поэтому королева посовещалась с советниками, министрами и учеными мужами, чтобы решить, кто же подойдет ей в мужья по положению. Вопрос оказался очень трудным. Советники считали принца Западная Луна идеальной партией для королевы, но министры отвергли с презрением этого принца и вместо него предложили принца Восточное Солнце. Однако оказалось, что ученые мужи ни во что не ставили обоих принцев и сочли только принца Северный Ветер идеальным избранником для королевы…
Гриффин не поверил своим глазам, увидев, как леди Геро вошла в карету в самой что ни на есть отвратительной части Сент-Джайлза. Он велел ее кучеру остановиться, назвал свое имя и, быстро привязав Бродягу к задку кареты, впрыгнул внутрь.
Леди Геро сощурила свои красивые серые глаза.
— Лорд Рединг. Как я рада снова вас встретить.
Он с улыбкой склонил голову набок.
— Неужели я уловил налет сарказма в ваших словах, миледи?
Геро скромно опустила глаза.
— Леди никогда не проявляет сарказма в отношениях с джентльменом.
— Никогда? — Карета накренилась на повороте, и он подался вперед. — Даже если ее побуждает к этому джентльмен, который… скажем, не очень-то похож на джентльмена?
— В этом случае — особенно. — Геро поджала губы. — Леди всегда сохраняет самообладание, всегда тщательно выбирает слова и всегда употребляет их в соответствии с обстоятельствами. Она никогда не насмехается над джентльменом, как бы ее к этому ни провоцировали.
Геро перечислила все правила, словно знала их наизусть, и с таким серьезным видом, что он сразу не обратил внимания на едва заметную иронию ее тона. Но нет, он, конечно, заметил. Он не сомневался, что она следует этим правилам, общаясь с Томасом.
— Возможно, мне придется приложить больше старания, чтобы спровоцировать вас, — не подумав, пробормотал он.
На мгновение их взгляды встретились. Ее широко раскрытые глаза смотрели искренне. Сознательно или нет? Возможно, это женская хитрость.
Она опустила глаза и спросила:
— Что вы делаете в Сент-Джайлзе, милорд?
— Еду в вашей карете. — Гриффин вытянул ноги в узком пространстве между сиденьями. — Это ведь ваша карета?
— Разумеется, — натянуто ответила она.
— Это хорошо, — как ни в чем не бывало продолжал он. — Мне бы крайне не хотелось выговаривать Томасу за то, что он одолжил вам свою карету для поездки по сточным канавам Сент-Джайлза. Если только, — он выразительно на нее посмотрел, словно эта мысль лишь сейчас пришла ему в голову, — если только не Уэйкфилд позволил вам сюда приехать?
Геро гордо вскинула подбородок:
— Я не ребенок, лорд Гриффин. И мне вряд ли понадобится разрешение брата, чтобы поехать туда, куда захочу и когда захочу.
— Значит, Уэйкфилд не удивится, если я ему сообщу, где мы с вами встретились, — вкрадчивым тоном произнес Рединг.
Геро моментально отвернулась, тем самым подтвердив его подозрения.
Гриффина охватил гнев, горячий и молниеносный. Он этого совершенно не ожидал. Не ожидал, что на него обрушится такое животное ощущение. Не все ли ему равно, если идеальная невеста Томаса подвергнет свою жизнь опасности, разъезжая по трущобам Сент-Джайлза? Здравый смысл подсказывал, что его это не касается.
К сожалению, здравый смысл не управлял его чувствами. Леди Геро не должна находиться в этом месте! Гриффин с трудом сдерживался, чтобы не схватить ее в охапку, унося отсюда подальше, и не высказать все, что он думал о самовольных девицах, их безрассудных братьях и о той ужасной участи, которая может постигнуть изнеженных леди в лондонских трущобах.
Гриффин сделал глубокий вдох и потер глаза. Господи, до чего же хочется спать!
— Сент-Джайлз отнюдь не подходящее место для прогулок, миледи, — как можно вежливее заметил он. — Что бы ни привело вас сюда, не может…
— Пожалуйста, не надо относиться ко мне покровительственно.
— Очень хорошо. — У Гриффина на скулах заиграли желваки. Черт, он не привык к высокомерному отношению, тем более со стороны женщин. — Скажите мне, зачем вы здесь?
Геро закусила губу и отвернулась.
— Либо скажете мне, либо Уэйкфилду. Выбирайте.
— Раз уж вы так настаиваете. — Геро разгладила ладонями юбку. — Я собираюсь осмотреть строительство детского приюта.
Он ожидал чего угодно, но не этого.
— Зачем?
— Потому что я одна из его патронесс.
Брови Рединга полезли на лоб:
— Весьма похвально. Но почему держать это в секрете от брата?
— Это не секрет. — Геро заметила его недоверчивый взгляд и пояснила: — То, что я являюсь патронессой, не секрет. Максимус прекрасно знает, что я связана обещанием помогать приюту. Проблема не в этом, а в том, где находится приют. Он не хочет, чтобы я ездила в Сент-Джайлз.
— Рад, что он проявляет такое благоразумие, — сухо заметил Гриффин. — Тогда зачем вы это делаете?
— Потому что я — патронесса! — Леди Геро бросила на него взгляд оскорбленной королевы, чему не помешали даже веснушки на носу. — Это моя обязанность. Мне необходимо убедиться в том, что новый дом возводится должным образом.
— Вы занимаетесь этим одна?
— Есть другая патронесса — леди Кэр. Но ее сейчас нет в Англии. — Геро закусила губу. — Мне следовало, конечно, поехать к лорду Кэру, ее сыну, или к его новобрачной, младшей леди Кэр, — она сестра управительницы приюта и раньше сама этим занималась. Но дело в том, что они недавно поженились и уехали на несколько месяцев в загородное поместье лорда Кэра.