Чтение онлайн

— Эх, ничего у нас не получится! Видимо, Айра решила сесть на диету и не хочет участвовать в нашей пирушке.

После этого белая с голубыми пятнышками на глазах и лапках пандочка снизошла до явления себя публике. Но вид, все равно, при этом имела — обречено-утомленный, эдакая, уставшая от безделья, дамочка голубых кровей!

А вот Валдек от моей подружки оказался без ума! Перекинувшись обратно в человека несколько секунд потрясенно разглядывал эту актрису, приблизительно с таким же изумлением, как я до этого его хвосты. Затем пробубнив нечто о том, что видеть таких магических сущностей ему еще не доводилось, он с непосредственностью ребенка, стал сюсюкаться с пандой. Айра млела, куратор был счастлив, я свирепела! Потому как рассвет был не за горами, и даже не за более близким Аурельским лесом. Он уже практически дышал нам в спину, а контур на упертой панде мы так и не замкнули! Пришлось начать угрожать ветреной кокетке, что если она сейчас же не поднимет свой пушистый, беленький хвостик, я буду вынуждена позвать Триура. Не знаю почему, но ворона мои остальные питомцы побаивались. Уважали, однако, предпочитали не лезть под его мощный клюв. А уж Айра не понаслышке была с ним знакома. Один раз получив этим клювом аккурат по мягкому месту за то, что меня не слушала и, собственно, это самое место вовсю демонстрировала! Вот и сейчас, угроза возымела успех — нет, эта чертовка, конечно, посмотрела на меня очень осуждающе, но перехват магических потоков проделала тут же. Со стороны это было зрелищно: проковыляв, задорно виляя попкой в центр магического плетения, которое действительно имело некоторое сходство с паутиной, Айра остановилась, протянула лапу к нитям и намотала их на нее, словно лапшу на вилку. Потоки, имевшие золотой оттенок, затрещали, и мне на мгновение показалась, что они вот-вот порвутся. Но элементаль воздуха со знанием дела выдохнула голубоватую дымку, и наша сеть за считанные секунды из золотистой превратилась в васильковую! У нее получилось! Осталось надеяться, что наше место сражения за эти три дня не будет использовано. Хотя это вряд ли, потому как эту площадку чаще всего использовали для каких-то игр или событий, а уж тренироваться предпочитали на более маленьких территориях.

Вот такая у меня вышла бурная ночка! И не мудрено, что едва моя везучая головушка склонилась над подушкой, как в двери деликатно, но настойчиво постучал мой троллик. Отчаянный стон, вырвался сам собой и не заканчивался все-то время, пока мои тренера надо мной изгалялись. Но всему есть свой предел, и, видимо, мой наступил именно сейчас, потому что остаток времени до поединка я решила посветить отдыху и учебе! Все, больше никаких утренних пыток под предводительством "заботливых" палачей, никаких походов на занятия Рыжика — уж я насмотрелась на этого гада! Теперь я знаю его любимые приемы, что левая рука у него ведущая, и даже то, как он насмешливо щурит глаза перед тем, как нанести решающий, молниеносный удар — мне тоже известно! Вспомнив народную мудрость, которая пессимистично заявляла: "Перед смертью не надышишься…", я вовсю погрузилась в учебу или валялась на постели, блаженствуя от покоя. Нервное напряжение, царившее все это время в моей душе натянутой струной — лопнуло. На его смену пришло спокойствие: все, что могла, я уже сделала, теперь дело за Кайриссе — на чью сторону она станет, тот и прав.

До дня Ледяных стрел и, по совместительству, нашей дуэли с рыжим клоуном, оставались сутки. Моя невозмутимость и отрешенность удивляла всех вокруг. Ну да, остальные-то уже дождаться не могут! Инкиния и вовсе, искусала себе губы от волнения и от попыток определиться, за кого она болеет больше: за меня или за братишку-шалопая.

Я в ее дилемму не влезала, у меня на сегодня была своя головная боль — зачет по рунической магии. И не то, чтобы я в ней была не сильна… если уж откровенно, то из нашей группы, в ней, вообще, мало кто, что понял. Потому как уважаемая, заслуженная, почтенная и все в таком духе… но от этого не менее древняя, маразмом отмеченная и склочная преподавательница Эдорелла Квити-Квати (послал же Творец имечко!), кроме как раскидывать лягушачьи кости и дуть на выложенные в ряд паучьи лапки, нас ничему не научила! А на зачете будет комиссия! И вот чувствую, придется нашей группе заняться непосредственно изобретательством, чтобы выкрутиться из ситуации "не знал, да еще и забыл, что не знал, и вообще, чего я здесь делаю?!". Я, конечно, пыталась учить самостоятельно, но что из этого вышло, пока представляю плохо.

Последняя неделя перед праздниками, прошла чередой зачетов и сегодня мне оставался последний, но самый гадский. Третий корпус, где, собственно, и проходило сие мероприятие, встречал меня удрученной тишиной, студенты, слоняющиеся по этажу, были мрачными и не выспавшимися. Ну а моя группа, так и вовсе не подымала своих ученых носиков от толстенных книг. Мое появление было не замеченным, все сосредоточенно пытались узнать о рунологии, что-то эдакое, чтоб на цельный ответ хватило! Недолго думая, присоединилась к коллективу и тоже уткнулась в книгу. Опыт показывает, что иногда то, что успел мельком прочесть перед входом на контрольную или проверочную работу, сто процентов пригодится!

До зачета оставалось несколько минут, и я начала изрядно беспокоиться. И дело было вовсе не в рунологии, вся беда заключалась в том, что Эринир не пришел! Бросив вопросительный взгляд на Марису, поймала такой же встречный. Значит, Одиночка тоже не в курсе, где носит нашего увальня. Мысль о том, что тролль проспал, отмела сразу — не тот случай, да и вообще троллик к учебе относится более чем ответственно.

Ощущение, что произошло нечто нехорошее, нарастало, словно снежный ком, пущенный с вершины горы. Я уже собиралась плюнуть на эту рунологию и сбегать к Рину в комнату. Как по закону подлости, на горизонте появилась та самая комиссия, состоявшая из трех преподавателей. Из них нам была знакома только увядающая кикимора. Она же, продребезжав нечто, отдаленно напоминающие: "Плодотворного утра!", взглядом указала заходить в класс. Мне ничего не оставалось, как раздосадовано скривиться и протопать на это мучение, мысленно уповая, что тролль все же объявится. Не срослось… Я ждала, пока все рассядутся, пока комиссия расставит на столе дроое дроое — магические сферы, используемые для учебной аттестации студентов, пока один из членов комиссии — немолодой уже гном, окинув оценивающим взглядом нашу шайку, удрученно не поинтересовался:

— Десять… а должно быть, если я не ошибаюсь, одиннадцать, — хмурый взгляд затерялся в ведомостях, но осознав, что правда на его стороне, сделался еще пасмурней. — Где еще один изобретатель, м?

Чуть не ляпнула не менее хмуро: "Вот, и мне интересно, где?"

Но вместо меня, как ни странно, отрапортовала Эдорелла:

— Не переживайте, почтенный сирон Камнетесов. Мальчика отпустила я. У него серьезные проблемы семейного плана, он сдаст мне предмет в индивидуальном порядке, — говорила она это небрежно, словно о вещах незначительных и маловажных.

А у меня в этот момент сердце в пятки рухнуло, в животе неприятно завозилась ледяная змея, и имя ей — страх. Что случилось? И почему со своей бедой он не пришел ко мне? Но задвинув панику на задний план, решила пообижаться на скрытность друга как-нибудь позже. А сейчас… сейчас важно отыскать этого дурня, пока он эти проблемы не умножил! Поэтому сдавать зачет, я вызвалась первой, уже совершенно не переживая, сдам я или придется пересдавать… Волнение отбивало какой-то причудливый ритм пульсом в висках, и на вопросы я отвечала скомкано и быстро. Было странное предчувствие, словно я вот-вот опоздаю… Это не давало сосредоточиться и подгоняло похлеще, чем кнут возницы — лошадь.

В итоге, зачет я все же сдала, правда, на удовлетворительно. Но странным образом, первая в моей жизни тройка не печалила совершенно! Быстро распрощавшись с преподавателями, подхватила свою ученическую сумку и ринулась к мужскому общежитию. Надо было, конечно, подождать Марису… вот только, не смотря на заиндевевшую от мороза землю — ноги жгло огнем. И словно бы кто-то насмешливо дразнился над ухом "Не успеешь, не успеешь!". Что заставляло лишь ускориться, и марш-бросок до места проживания Эринира я проделала с заметной завистью окружающих.

Уже практически влетев по ступенькам общежития, неожиданно поскользнулась и, не успев выровнять равновесию, шмякнулась на бок, приземлившись на локоть левой руки, и знатно приложилась бедром. На мгновение прикрыла глаза, чтобы перебороть острый приступ боли и сквозь стиснутые зубы резко выдохнула. У-у-у больно-то как! Чтобы подняться сил не хватало, рука пульсировала так сильно, что голова закружилось и заломило виски. Отставить жалость! Посочувствую себе потом. Только успела об этом подумать, как рядом раздалось:

— Прекрасная незнакомка, ну что ж вы так… Давайте я вам помогу, — и мне действительно помогли. Единым рывком поставили на ноги, а я не сдержала стона. Ну просто, поднимали меня за плечи, и левое, при этом, опалило сотнями раскаленных иголочек, словно под рукав огненного ежа запустили! — У, да тут, по-моему, без травмы не обошлось… — мрачный, но весьма приятный, мужской голос заставил-таки распахнуть глаза.

В них, конечно, застыли слезы и пытались помешать мне рассмотреть парня, но уж не узнать в нем расу дроу я им не дала и шанса! Красивого, между прочим, дроу! С золотистыми, сплетенными в кучу мелких косичек волосами, яркими сине-фиолетовыми очами, словно фиалки и выразительным подбородком с ямочкой.

— Вам говорили, что у вас удивительные глаза, — восторженно начал этот образчик мужественности.

Но прогадал!

Уж, что-что, а глаза у меня самого дурацкого цвета из всех возможных! Серые! Поэтому, не смотря на благодарность за помощь, я недовольно буркнула себе под нос:

— Врун, — и из придерживающих меня объятий вырвалась.

— Почему? — добродушно улыбаясь, поинтересовался сирин.

— Потому… — недовольно. — Надо было вещать что-нибудь про дивную улыбку или про маленький курносый носик, вот тогда быть может, я и купилась, — а затем с сомнением, — ну, или сделала бы вид. А с глазами ты, парень, совсем не угадал, в их удивительность я не поверю никогда!