Чтение онлайн

– А что в той книге ещё было сказано об убийстве Безликих?
– Кован попятился назад, услышав подозрительный скрежет.
– Как именно они возвращаются, если их убить простым оружием?

– Кажется, там говорилось, что они используют человеческие тела в качестве временного вместилища, пока не восстановится их собственная оболочка.

Медведь не постеснялся выражений и громко выругался. Кости убитых вдруг затрещали, окоченевшие от холода конечности двинулись, и трупы начали подниматься. Кован стиснул рукоять своей булавы и попятился назад. Он не мог поверить собственным глазам, потому бросил в сторону Тэйхир беглый взгляд. Её лицо было мертвенно бледным. Женщина тоже видела это. А Сатарну хотелось бы верить, что это всё лишь страшный сон.

Один из мертвецов оказался бывшим воином Гарнизона. Кован понял это, заметив на груди убитого значок с вороньим крылом. Должно быть, он был из числа тех, кого Рафаар отправил исследовать таинственные убийства в Ледолесье. Это был старый воин, уже многое повидавший на своём веку. Когда-то давно Сатарн даже был с ним знаком. Это был Харут, один из капитанов Гарнизона. У Кована с ним всегда были натянутые отношения. У старого воина был скверный характер, а когда настроение его падало, мужчина начинал вымещать свою злость на новобранцах. Медвежий князь нередко желал ему смерти, даже просил об этом Четверых. Кто бы мог подумать, что однажды это всё-таки произойдёт. Но даже после этого Харут продолжал действовать Ковану на нервы.

– Всегда мечтал раскроить этому мешку с дерьмом его чёртов череп!
– прошипел князь, вскидывая булаву.
– Интересно, у него хоть мозги-то были?

Харут неожиданно атаковал. Труп оказался невероятно проворен, и мужчина едва успел отскочить в сторону. Тэйхир тут же отсекла мертвецу голову секирой. Сатарн заметил, как из тела убитого потянулся кроваво-красный дым, словно неясный призрак, покидавший ставшую бесполезной оболочку.

– Ты что творишь?!
– крикнул Кован, оборачиваясь к Тэйхир.
– Это я должен был его убить!

На смену мальчишечьему пылу пришло понимание того, что происходило вокруг, и Сатарн нервно сглотнул. Теперь он осознал, что вокруг них были мертвецы. Тела, в которые вселились Безликие. Тэйхир завалила одного из них, но этого было недостаточно. Корнибус лишь уничтожила пристанище Безликого, но не самого духа. И таких монстров здесь было ещё четверо.

– На коня, живо!
– приказала Тэйхир, отступая в сторону дороги. Кован не стал ей возражать и бросился к оставленным на небольшой поляне жеребцам. Буйный нервно захрапел и ударил копытом, когда мужчина подбежал к нему и спешно вскочил в седло. Корнибус медлила. Мертвецы уверенно приближались к ней. Некоторые из них передвигались с большим трудом, видимо, ещё не привыкнув к новому телу. Их Тэйхир обезглавила первыми. Два оставшихся выглядели совсем как живые люди, если не считать полусгнившего тела, разодранного острыми когтями.

– Вы обречены...
– прошипело одно из существ, потянувшись к воительнице.
– Мы - смерть!

Острое лезвие секиры снесло мертвецу голову, и она покатилась по земле. Тэйхир громко закричала:

– Вот это смерть, урод!
– сплюнув на землю, женщина поспешила к своему жеребцу и вскочила в седло. Последний мертвец, потянувшийся к ноге Рогатой, был убит ударом булавы. Шипастый шар размозжил ему череп, и Кован поморщился, когда мозги твари разлетелись по сторонам и запачкали его сапоги.

– Убираемся отсюда!
– прорычал Сатарн и пришпорил Буйного. Жеребец громко захрапел и помчался прочь, Вспыльчивый не отставал от него ни на шаг. Кован чувствовал, как бешено колотилось сердце в груди. Они с Тэйхир не убили этих чудовищ. Лишь уничтожили их телесную оболочку. Сами Безликие продолжали существовать. Они найдут новое тело и вновь восстанут. И если таких тварей были сотни, а то и тысячи...

– Живее!
– закричал князь, оборачиваясь к Тэйхир.
– Мы должны добраться до Рафаара как можно быстрее! Император должен знать немедленно!

Рогатая коротко кивнула головой и ударила Вспыльчивого в бока, подгоняя его. Кован вновь устремил взгляд на дорогу. О боги, почему это происходило именно сейчас? Если эти твари ворвутся в человеческий мир и соберут армию, не выживет никто. Ни Сатарны. Ни Корсаки. Ни Вороны. Никто. Всё погрузится в вечный хаос. И тогда некому уже будет решать, кто достоин быть правителем Сангенума, а кто должен подчиняться. Если люди хотели выжить, они должны были забыть о той войне, которую вели сейчас.

"Или должны уничтожить Корсаков прежде, чем Безликие ворвутся в этот мир и сметут всё на своём пути", - подумал Кован. Сейчас медвежий князь понял, насколько важен союз между Севером и Западом. Лишь общими усилиями они остановят Псов. Они закончат одну войну, чтобы вступить в новую, от которой, возможно, будет зависеть судьба всего Сангенума.

***

Под ногами Селеки что-то хрустнуло, и девушка, вздрогнув, отшатнулась в сторону. Рекхар придержал её за плечи, не давая упасть. Воительница лишь благодарно кивнула головой. Опасности могли поджидать их на каждом шагу. В кромешной темноте путники не могли видеть, что ожидало их за очередным поворотом. Впереди был лишь бесконечно тянувшийся туннель, с другого конца которого доносились пугающие звуки. Селеке казалось, что кто-то громко выл и стонал от боли, потом вдруг принимался хохотать и петь. Аррага тоже слышала это и нервно озиралась по сторонам. И хотя в темноте волколаки видели куда лучше людей, даже они сейчас не могли понять, где находились и куда шли. Был только туннель. Бесконечный, тёмный и пугающий.

– Судя по ощущениям, мы идём уже не первый день, - заметила Аррага, осматриваясь.
– Точно сказать не могу.

– Четыре дня, - Рекхар оставался абсолютно спокоен, словно его не пугала ни бесконечная темнота, ни подозрительные звуки с другого конца коридора.
– Мы ступили в эти пещеры ночью, и с того момента я ощутил подъём своих сил три раза.

– Три ночи?
– Аррага хмыкнула.

Селека не стала ничего говорить. Девушка никогда не понимала, как устроены волколаки, и не собиралась даже пытаться разобраться. Эти двое жили своей жизнью, а она своей. Рекхар и Аррага не пытались разузнать у воительницы, как она исцеляет раны и поражает врагов Светом, ей было откровенно наплевать на то, откуда они черпают свои силы, даже находясь глубоко под землёй, скрытые от влияния Луны. Эта нейтральность позволяла им троим уживаться в таких условиях, когда любой другой уже не выдержал бы.

Путникам повезло, что они пополнили свои запасы, прежде чем вошли в пещеры священных гор. Рекхар никогда раньше не бывал в этих местах, не искал обитель грифонов и самого Света. Вполне возможно, что он и сам уже заблудился в этих бесконечных коридорах. Но путникам не оставалось ничего другого, кроме как следовать за ним и надеяться, что за очередным поворотом их будет ждать долгожданное грифонье логово. Но темнота не собиралась расступаться, и туннель продолжал тянуться в неизвестность.

Чем дольше Селека находилась в этих пещерах, тем сильнее она начинала чувствовать близость к Свету. Сердце её начинало бешено колотиться, когда чьи-то тёплые невидимые пальцы касались её плечей и слегка подталкивали вперёд, помогая идти, когда ноги уже становились свинцовыми от усталости. Тело наполнялось живительной энергией, и девушка продолжала уверенно идти вперёд. Её цель была рядом, быть может, прямо за этими серыми стенами, что окружали Селеку со всех сторон. Она прикасалась к холодным камням и чувствовала, как пальцы начинают едва заметно гореть. Всё здесь вокруг было пропитано таинственной энергией самого Света. Казалось, даже воздух состоял из крупиц его силы. Селека закрывала глаза и вдыхала полной грудью. Здесь, в священных пещерах Солнца и Луны, она находилась на самом пике своей мощи. Воительнице достаточно было только взмахнуть молотом, чтобы обрушить одну из стен, пробиться к древним сокровищницам и реликвиям, оставленным её предшественниками. Но грубая сила осквернит это прекрасное место. Внутренний голос говорил Селеке, чтобы она продолжала идти. Это было испытание. Свет хотел выяснить, насколько она терпелива. И Гвайр не собиралась проигрывать.

"А помнишь Явана?
– говорила Селека самой себе. Это позволяло ей отвлечься от пугающих голосов, разносившихся по коридорам.
– Он был первым, кто поверил в тебя. Он обещал тебе, что ты станешь настоящим паладином. И вот теперь ты - адепт Нового учения. Ты одна из воинов Света!".

Селека не знала, что произошло с её наставником в Академии. Когда их пути разминулись на передовой в Вастеле, от мечника не было никаких вестей. Жив ли он? Знает ли о том, кем стали его ученики? Алак теперь был императором, могучим хранителем врана. Джакал и Соколы покоряли моря и сражались с вражеским флотом. Эйд, должно быть, стал хорошим воином - Селека не получала от него никаких вестей уже несколько месяцев, но надеялась, что с юношей всё было в порядке. Сама Гвайр стала паладином, как и обещала Явану. Лишь только Ньёр...