Чтение онлайн

Седой священник улыбнулся, посмотрел на нас грустными глазами и произнёс:

– Царевич Савватий! Твоё решение взять в жены Грету Линдбаум хорошо обдумано? Не будет ли так, что наутро ты пожалеешь о случившемся?

– Нет, святой отец, – солидно ответствовал Савва.

– Грета Линдбаум! Твоё решение взять в мужья царевича Савватия хорошо обдумано? Не будет ли так, что наутро ты пожалеешь о случившемся?

– Нет, святой отец, – удивлённо ответила я. Ну, и ритуал!

– Царевич Савватий! Будешь ли ты беречь и уважать свою будущую жену, заботиться о ней, пока смерть не разлучит вас?

– Да, святой отец, – отчеканил Савва.

– Грета Линдбаум! Будешь ли ты беречь и уважать своего будущего мужа, заботиться о нём, пока смерть не разлучит вас?

– Да, святой отец, – ошарашенно произнесла я. А где словоблудие про любовь?

После небольшой паузы священник серьёзно посмотрел на нас и продолжил.

– Дети мои. Брак – это таинство, подвластное только воле божьей. А я, правом, дарованным мне господом, могу лишь перед людьми объявить вас мужем и женой. Отныне так это и будет признано всеми. Но, не только я, – все, кто вас любит, с этого дня будут возносить молитвы господу нашему, чтобы он освятил ваше супружество и подарил вам высшую форму духовного единения мужчины и женщины – любовь. Будьте счастливы!

Теперь вы, Савва, можете публично поцеловать свою жену, дабы продемонстрировать присутствующим, что вы отныне связаны брачными узами.

Губы у Саввы были сухими и горячими. Как-то не так я представляла себе свой первый поцелуй. Вокруг аплодировали и кричали что-то на разных языках.

Потом подошли царь с царицей. Светлана опять полезла обниматься и целоваться. Не могу сказать, что это было не приятно. Но как-то странно. Очень. Слегка кружилась голова.

Потянулись с поздравлениями остальные присутствующие. Удовольствие растянулось на час с небольшим. Лицо онемело от непрерывных улыбок и дежурных фраз. Савва, похоже, испытывал аналогичные чувства.

Когда нас оставили в покое и, сквозь строй неофициальных «поздравителей», удалось пробраться в карету, я обессиленно рухнула на сидение. Муж, с перекошенной улыбкой, устроился рядом. Мы посмотрели друг на друга и расхохотались. Такие рожи!

– Больше нас мучить не будут. От общего большого застолья решено отказаться. Все приглашённые пируют в малахитовых палатах, а мы – рядом. Там будут те же, кого ты уже видела за обедом. Может ещё человек пятнадцать – двадцать. Запланировано несколько выходов к гостям, но это ненадолго. В любой момент можно встать и выйти отдохнуть в наши временные покои. Твой терем ещё не готов, а мой мама признала непригодным для семейной жизни.

Если честно, я там не ремонтировался с момента постройки. Это скорее присутственное место для приказчиков с моим жилым флигелем.

– Хотелось бы во всё это поверить, – только и смогла ответить я.

Всю дальнейшую дорогу мы ехали молча. Каждый думал о своём. Я почему-то про Матеуса, которого теперь наверняка вышибут из университета. Жалко парня. И ещё про Марфу, к которой у меня появилось много вопросов.

По приезде сразу отправились в своё новое жилище. В папином замке места не на много больше. Нам выделили целый этаж левого крыла дворца. Наплевав на платье, уселась в огромное кожаное кресло в гостиной, не испытывая ни малейшего желания отправляться на свадебный пир.

– Так бы тут и сидел, – расслабленно произнёс Савва, развалившись в кресле напротив, – Какое наслаждение не слышать этого гама и не видеть эти восторженные рожи.

– Боюсь, что в ближайшее время нам такое счастье не светит, – хихикнула я и как в воду глядела.

В дверях возник Святослав и объявил, что в малахитовых палатах назревает бунт, и родители тоже просят появиться хоть на пять минут.

Мы с Саввой тяжело вздохнули, улыбнулись друг другу и чинной парой двинулись на праздничный эшафот.

Через несколько часов пытки свадьба увенчалась её апофеозом – длительным и нудным ритуалом вручения подарков новобрачным. Старательно выслушав полные титулы дарителей и их однообразные речи, мы вернулись туда же, где и были, в приятную маленькую гостиную в салатовых и бледно розовых тонах.

Хотелось спать. Точнее вообще ничего не хотелось. Только тишины и покоя.

Савва, похоже задремал в своём кресле.

За стеной слышались тихие разговоры, а также звон и шорох сгружаемых ценностей, которые теперь являлись нашей собственностью.

Наконец всё стихло. Побродив по коридорам нашла спальню и ванную комнату чудовищных размеров с неглубоким бассейном посередине, изображающим корыто для мытья тела. Умывать лицо следовало перед зеркалом над странной конструкцией, изображавшей половину медного таза, приделанного к стене. С чем-то похожим я уже встречалась дважды, но сейчас поражали масштабы и совершенство всего, что здесь было.

Слегка отмокнув в тёплой воде и насухо вытершись полотенцем, я выбрала простую розовую сорочку из галереи, разложенной на скамье у стены, набросила бордовый халат, потому что он очень напоминал тот, что я носила дома, и отправилась будить мужа.

Савва спал, раскинувшись в кресле и слегка похрапывая при этом. Когда я дотронулась до его руки, он внезапно исчез, оказавшись у меня за спиной.

– Извини. Привычка. – произнёс он ещё сонным голосом, потягиваясь до хруста в костях. – ты не испугалась?

– Нет. Почти нет. Вы тут все такие бешеные?

– Не думаю. Меня Свят несколько лет натаскивал. У него получается быстрее.

– А кто это?

– Святослав, мой старший брат. Он с детства помешан на военном искусстве. А мне всегда больше нравилось с людьми договариваться, чем сносить им головы.

– Странная система. Меня научишь?

– Попробую. Говорят, ты неплохо фехтуешь на саблях. Там в конце коридора зал для всяких таких дел. И учебное оружие есть. Меня не будет, так Марфа пришлёт тебе напарницу. Только потом не жалуйся. У неё такие кудесницы попадаются…

– Это мы ещё посмотрим. Пойду лягу в постель. Что-то устала от всей этой суеты.

– Я мигом.

Забравшись под одеяло, я старательно стала вспоминать разговоры с мамой на щекотливую тему близости с мужем. К сожалению, всё сказанное касалось супружеских будней, а не первой брачной ночи. С чего бы это?

Наверно в первой брачной ночи есть что-то такое, чего лучше не знать заранее? Да ладно. Не изувечит же он меня. Все как-то проходят через это и ничего. Живы. А иногда даже счастливы. Говорят, что потом это жутко приятное занятие.

Всё равно как-то страшновато.

Потом явился Савва и я, распластавшись на кровати, постаралась максимально расслабиться, как на приёме у лекаря.

Близость с супругом оказалась довольно болезненным, немного странным и очень утомительным занятием. Когда всё закончилось, Савва ещё долго держал меня в объятиях, пока я не уснула.