Чтение онлайн

Как будто рыбой некою была.

И потому хоть как-то защищаться

И что-то постараться объяснить

Ей было не дано. Она не знала,

Как батюшку к себе расположить.

А он буквально взял её за шкирку

И выкинул из дома, как предмет,

Как сильно нежелательную гостью,

Которой в целом свете хуже нет.

Измазавшись в грязи, дочь попыталась

Вернуться, чтоб не мокнуть под дождём,

Но перед носом дверь была закрыта.

Отец не дал войти девице в дом,

А только повторил вновь: «Убирайся!

Я дважды о подобном не прошу!

Уродка заявилась как хозяйка!

Я ж быстро тебе место укажу!»

Он не шутил. И вскоре, в самом деле,

Явился на крыльцо с прутом в руке

И так ударил им с девицей рядом,

Что стало ей в тот миг не по себе.

Она на это с ужасом смотрела,

И не сумев подобное понять,

Уже боясь отца и во спасенье,

Пустилась от отчаянья бежать.

Никто из близких ей подруг, знакомых

К себе в дом отчего-то не впустил.

Она стучалась к ним, насквозь промокнув,

Ведь в это время дождик сильный лил,

Но все, её увидев, закрывались,

Отталкивали, как большое зло,

Как ранее, в избе не привечали,

Им было отчего-то всё равно,

Какой была ужасною погода.

Девица не могла у них спросить,

В чём провинилась так, что те готовы

Прогнать её и палками побить?

Обидевшись на всех, она решила

Подалее от этих мест уйти.

Куда? Она сама пока не знала,

Но ноги её сами понесли.

Она уже не шла – она бежала,

Забравшись в горы очень высоко.

Теперь уж ночь на небе управляла.

Вокруг не видно было ничего.

По счастью, дождь не лил водой студёной

Из тёмного небесного ведра.

Девица не могла остановиться

И кем-то погоняемая, шла.

И только ранним утром её ноги

Внезапно подкосившись, дали пасть.

Неясно кто, вдруг встал у изголовья,

И если пожелал бы и напасть,

Несчастной всё равно в то время было.

От холода её пробил озноб,

Она в жару металась без сознанья.

Сказался видно ледяной потоп.

Что было после, девушка не помнит.

Очнулась она в маленькой избе,

Увешанной пучками трав, кореньев,

Где всё держалось в дивной чистоте.

Меж тем, мать, потерявшая сознанье,

Давно уж чувства снова обрела,

Расстроившись, скажу вам, даже пуще.

Она ведь и тогда всё поняла,

Но сила духа в ней не удержалась.

И обморок её усугубил

Внезапную, ужасную разлуку.

Муж дочь прогнал и чуть ли не побил!

Они ведь ей поддержку обещали

В любое время, чтобы не случись…

Всё в жизни предначертано сбывалось.

К тому придётся должно отнестись.

В селенье тут же слух распространился,

Что чудище просилось в каждый дом.

Скажи, что так девица изменилась,

Поверили б в подобное с трудом.

А в то, что оно девицу украло,

Когда та шла к подругам под дождём,

Казалось отчего-то чистой правдой.

Единой мыслью, все сошлись на том.

Отец о дочке сильно убивался,

Замкнулся, отошёл от дел мирских.

А женщина в молитвах пребывала,

В слезах прося за самых дорогих.

Вот так и пролетят для них два года.

Что делать, так начертана судьба.

Мы ж с вами очутимся снова в месте,

Где прежняя красавица была.

Теперь уж не красавица, конечно.

Ей можно было люд честной пугать,

Однако ей, когда она очнулась

Об этом не дано было узнать.

Она лежала в чистенькой рубахе,

На лавке сарафан лежал чужой.

Добротная одежда удивляла

Подчеркнутой и строгой простотой.

Зашла старушка в дом, сказав: «Оденься.

Смирись, что не умеешь говорить

И с тем, что ровно два недолгих года

Я буду тебя многому учить,

Но только не тому, как красоваться.

Забудь о своей внешней красоте.

Зеркал тут нет, вода будет стараться

Казать, что не понравится тебе.

Ты этого не бойся, просто больше

На водную поверхность не смотри.

Глаза прикрой, когда попить захочешь,

И в мыслях добрый помысел твори.

Поверь мне, что питьё вкуснее будет.

Сейчас же одевайся и пойдём

В храм, что стоит меж скал, в нём мы с тобою

В познаньях своё время проведём.

Немного подкрепись. Не удивляйся,

Что пищи будет мало на столе.

Пока и этой ты не заслужила.

Считай, что это дарено тебе.

Надеюсь, в завершение ученья,

Яств хватит, чтоб свершить великий пир.

Мы время торопить с тобой не станем.

Постигнуть нелегко даётся мир,

Который ты гордыней заслонила,

Легко всё получая красотой.

Поверь мне, если ты желаешь счастья,

Придётся стать внутри себя иной.

Тебе пока что некуда деваться.

Сейчас тебя навряд ли где-то ждут.

Ну ладно, что зазря распространяться,

Ведь если даже ищут – не найдут.

Оделась дева и на стол взглянула.

А там стояла кружка с молоком

И маленький, сухой кусочек хлеба.